Глава 24

О, я ответила с большим удовольствием, подавшись вперёд и выгнувшись, когда ладонь Рэймона сжала мою грудь. Несколько упоительных мгновений мы самозабвенно целовались, и моя кровь моментально воспламенилась, стекая к низу живота жаркими ручейками. Мне было совершенно всё равно, смотрят на нас или нет, и что обо мне подумают сопровождающие Лорену дамочки и она сама. Я всё равно не собиралась вращаться в их обществе и строить из себя великосветскую пустышку. Я та, кто я есть. Суккуба. Личная игрушка охотника Рэймона, и он меня выбрал. Остальное не имеет никакого значения.

Рэй отстранился, поглаживая проступавший через тонкую ткань напряжённый сосок, и внимательно посмотрел мне в глаза.

– Не люблю, когда за мной охотятся, – негромко, внушительно произнёс он, а потом медленно улыбнулся, наклонившись к самым моим губам. – Предпочитаю сам это делать.

– Она будет мстить, – так же негромко ответила я, не в силах отвести глаз от таинственно мерцавшей зелёной глубины. – Ты унизил её.

Охотник пожал плечами.

– Мне плевать, – равнодушно сказал Рэймон. – Я уже говорил, я сам выбираю, с кем и как занимаюсь сексом. Меня не интересуют те, кто изображает подчинение только для того, чтобы подыграть. А вот искренняя покорность гора-аздо слаще, – его голос стал вкрадчивым, приобрёл глубокие, бархатистые переливы, и моё сердце вспорхнуло бабочкой, и на лице расцвела ответная улыбка. – Потому что тогда можно делать с женщиной всё, что угодно, правда, куколка? – его палец обвёл мои полуоткрытые губы, и я, поддавшись хулиганскому порыву, поймала и слегка втянула в рот, пощекотав языком.

Рэймон шумно выдохнул, в глазах полыхнул огонь, и мужчина резко отдёрнул руку, усмехнувшись и покачав головой.

– Поехали домой, Ри, – скомандовал он, поднимая меня с дивана. – Пора к вечеру готовиться, – с предвкушением добавил Охотник, понизив голос.

Лорена стояла спиной к нам, громко обсуждая с владельцем украшения. Рэй, обнимая меня за талию, подошёл, намеренно игнорируя дамочку, и обратился прямо к продавцу.

– Мы закончили, любезный, – вклинился он в разговор, и Лорена вынуждена была прерваться на полуслове, метнув на него яростный взгляд. – Пришлите покупки в мой дом не позднее, чем через час.

Оставив адрес и оплату за драгоценности, Рэй направился к выходу, всё так же обнимая меня. Наверное, если бы взгляд мог убивать, я бы уже лежала бездыханной. Спина буквально горела, но я не оглянулась на Лорену, гордо вздёрнув подбородок и чувствуя себя победительницей. И всё-таки, не стоило сбрасывать обиженную женщину со счетов, и я постараюсь убедить Рэймона быть осторожнее. Мне-то она вряд ли что-то сделает, а вот ему… Мы сели в экипаж и поехали домой, и опять я полулежала в объятиях моего хозяина, млея от прикосновений к груди. Рэй, стянув тонкую ткань, снова беззастенчиво ласкал острые вершинки, при этом не сводя с меня задумчивого и даже слегка рассеянного взгляда. Уверенные пальцы обводили вокруг ареолы, потирали твёрдые шарики сосков по очереди, отчего я вздыхала, ёрзала и покусывала губы, плавясь от растекавшейся по телу томной неги.

– Ты… уже не злишься на меня?.. – выдохнула я, когда подушечки в очередной раз нежно надавили на тёмно-розовый бутон, подарив всплеск горячего удовольствия.

– За что? – обронил Рэймон, не прекращая неторопливых ласк, и теперь ещё и то и дело мягко обхватывая ладонью ноющие полушария и массируя их.

О-ох-х. Теперь и между ног стало жарко, захотелось их раздвинуть, поднять платье… Я облизнула пересохшие губы и напомнила себе, что мне задали вопрос.

– З-за то, что хочешь меня, – пробормотала, слегка выгибаясь под ленивыми ласками Рэймона.

Он хмыкнул, на мгновение остановился, склонив голову и глядя чуть насмешливо.

– А ты умная, – усмехнулся Охотник, и ладонь продолжила размеренные движения.

– Я же суккуба, – проворковала, пытаясь справиться с участившимся дыханием. – Я… чувствую чужую страсть, а… а твоя… – я снова запнулась, когда пальцы нежно сжали твёрдую горошину, перекатывая её между подушечками. – С ума меня… сводит…

Было очень сложно контролировать мысли и чувства, ощущения сбивали все попытки оставаться в ясном сознании. Чёрт, уверена, Рэймон на это и рассчитывал!

– Не злюсь, – протянул он, медленно скользя взглядом по моей обнажённой и раздразненной груди. – Знаешь, так упоительно видеть, что ты и от наказания получаешь удовольствие, и боль тебе нравится, – добавил Рэй и вдруг сильно сжал чувствительную вершинку, оттянув и отпустив.

Боль прострелила тело, заставив тихо вскрикнуть и широко распахнуть глаза, между ног вспыхнул настоящий пожар, и я едва не подавилась вдохом. А Охотник, улыбнувшись шире, снова накрыл ладонью грудь, тихонько погладив пульсировавшее жаром полушарие.

– Вот это я и имею в виду, – мурлыкнул он, как сытый кот.

Экипаж остановился, и пришлось подниматься и поправлять платье, пытаясь успокоить дыхание. Лицо горело от румянца, в крови бродило возбуждение, и, кажется, я тоже становлюсь ненасытной… Ох, Рэймон, что же ты делаешь со мной, а. Мы зашли в дом, и я сразу направилась на кухню – хотелось есть, и до вечера ещё оставалось три часа, можно не торопиться. Вскоре начали прибывать посыльные из магазинов, и когда после позднего обеда я поднялась наверх, потихоньку готовиться, едва не хихикнула. Спальня Рэймона была завалена свёртками и коробками, а на кровати высилась внушительная горка футляров с драгоценностями. Охотник обвёл взглядом безобразие, длинно вздохнул и скрестил руки на груди.

– Как, оказывается, хлопотно иметь персональную игрушку, – пробормотал он. – Ладно, сделаем тебе будуар из гостиной напротив. Заслужила, куколка, – ухмыльнулся Рэй и потрепал меня по щеке, но потом строго добавил. – Дверь сниму. Закрываться там ты не будешь.

Я просияла и чуть не кинулась ему на шею.

– Даже не подумаю, мой хозяин! – прощебетала и преданно уставилась на него.

– Тогда неси это всё туда, завтра займёмся перестановкой, – скомандовал Рэймон. – А потом приходи в ванную. Пора собираться.

Я уловила в его тоне нотки предвкушения, и сердце забилось чаще. Что-то подсказывало, мой неугомонный Охотник задумал интересное и наверняка с очень неприличным подтекстом с этой подготовкой к вечеру. Я перенесла все свёртки и коробки в гостиную, сразу вынула наряд к сегодняшнему приёму и, подумав, отнесла его в спальню Рэймона – он же наверняка захочет видеть, как я одеваюсь, ну и шнуровку на спине сама не затяну. Сам хозяин уже ушёл в уборную, и оттуда доносился шум воды. На ходу расстёгивая платье, я поспешила туда же, перед дверью избавившись от одежды и зайдя внутрь. А забравшись в ванну, обняла Рэя, прильнула к его мокрому, покрытому хлопьями пены, телу и мягко отобрала мочалку.

– Позволь мне? – шепнула, прижавшись щекой к плечу и вдыхая терпкий запах.

Я скользила по нему ладонями и мочалкой, наслаждаясь каким-то до боли простым женским счастьем, восторгом, что принадлежу этому мужчине целиком и полностью. Мои пальцы гладили крепкие мышцы спины, бицепсы, упругие ягодицы, и я млела, а в груди что-то радостно-тревожно сжималось. Кружилась голова от близости Рэймона, от его запаха, и самое удивительное, что хотя я и ощущала его возбуждение – да и сложно не заметить гордо стоявшее напряжённое достоинство, – но моя сущность сыто молчала. Я просто хотела моего хозяина, хотела сделать ему хорошо потому, что мне нравилось доставлять ему удовольствие. Обойдя его, медленно провела ладонями по груди и животу, выронив мочалку, стирая пену, и так же медленно опустилась на колени, любуясь внушительных размеров членом. Подняла голову, посмотрела в потемневшие глаза с расширенными зрачками, и кротко улыбнулась, мягко прикоснувшись к желанному органу. Тут же ладонь Рэймона ухватила мои мокрые волосы, слегка оттянув голову, губы растянулись в порочной усмешке.

– Проголодалась? – понимающе протянул он.

Глядя на него сквозь ресницы, я качнула отрицательно головой и поправила:

– Хочу десерт после ужина, – и томно выгнулась, отставив попку и раздвинув колени.

Очень, до судороги внизу живота хотелось дотронуться до себя, унять хоть немного горевший между ног пожар, но… Я помнила запрет делать это без разрешения. И хотя не боялась наказания, однако мне нравилось быть послушной, а Рэймону нравилось, когда я так себя вела. Портить настроение перед предстоящим вечером не хотелось, пусть даже предполагаемое наказание доставило бы удовольствие нам обоим. Поэтому я, подавив вздох, прикоснулась нежным поцелуем к гладкой головке, мягко обхватила губами, пососав, как леденец, игриво пощекотала языком. Рэй шумно выдохнул, его пальцы крепче сжали мои волосы, направляя, и я послушно раскрыла рот шире, впуская горячий, напряжённый ствол глубже, скользя по нему языком. Ох, как же сла-адко! Впервые, пожалуй, мне хотелось просто доставить наслаждение, а не насытиться эмоциями. Сущность внутри молчала, и я ощущала себя обычной женщиной, ублажающей дорогого её сердцу мужчину. И это было прекрасно…

Я царапнула собственное бедро, едва удерживаясь от желания приласкать уже себя, набухшие складочки тяжело пульсировали, налившись огнём. Кровь давно превратилась в густую патоку, восторг растекался по телу огненными реками, проникая в каждую клеточку. Мои бёдра двигались в такт скользившему во рту члену, я полностью отдалась Рэймону и его руке, и теперь он контролировал мои действия. То быстрее, сильнее, так, что гладкая головка упиралась в горло, то совсем замедляясь и выходя почти полностью – тогда я высовывала язычок и шаловливо дразнила нежную плоть, чутко вздрагивавшую под моими прикосновениями. Судорожные вздохи и короткие стоны Рэймона заставляли дрожать и плавиться, внизу всё требовательно сжималось, и я еле слышно всхлипнула, когда член в очередной раз покинул мой рот, а головка обвела влажные губы, дразня уже меня. Я умоляюще уставилась на Охотника, стиснув пальцы, и хрипло пробормотала:

– Можно… я тоже с тобой?

Рэй дышал так же тяжело, как я, и от моих слов его глаза вспыхнули предвкушением. Он большим пальцем обвёл мой послушный, приоткрытый рот и кивнул.

– Можно, куколка. Можешь приласкать себя, – его голос тоже звучал с хрипотцой, безумно сексуально, и пробирал до костей, заставляя отзываться каждый нерв.

С тихим стоном облегчения я протянула руку к изнывавшей промежности и раздвинула мокрые складочки, выгнувшись навстречу пальцу, безошибочно нащупавшему набухший бугорок. Одновременно Рэй обхватил моё лицо уже двумя руками, снова направив член в мой послушно и широко раскрывшийся рот, и реальность завертелась в бешеном темпе, унося нас обоих к вершинам наслаждения…