Глава 34

Я выгнулась, облизнувшись, и послушно отозвалась:

– Да, мой хозяин.

На лице Рэя мелькнуло удовлетворение, он наклонился надо мной, закрепляя связанные ремнём руки на спинке кровати цепью. Погладил пальцами запястья и заботливо спросил:

– Не больно? Могу сменить на наручники.

Ох, аж в груди сдавило, первый раз он интересовался моим удобством!

– Н-нет, всё хорошо, – пробормотала я, сглотнув ком в горле.

Любимый мой, теперь верю, что я тебе небезразлична. И неважно, как персональная игрушка, или кто-то больше. Рэймон кивнул и присел рядом, обвив шёлковой лентой мою лодыжку, подтянул к спинке и тоже закрепил, потом проделал то же со второй ногой. Я едва не задохнулась от острого ощущения открытости и всё той же беспомощности, и осторожно поёрзала, чувствуя, что почти не могу шевелиться, распятая на кровати. Рэймон снова окинул меня взглядом, его горячие ладони медленно провели по груди, задев напряжённые соски, погладили широко разведённые бёдра, заставив вздрогнуть. Тишина в комнате стала густой, вязкой, я дышала открытым ртом, тяжело и рвано.

– Ты такая красивая, Рианна, – вполголоса заговорил Рэймон, и я снова вздрогнула, теперь уже от голоса, глубокого и бархатистого, задевающего тайные струны в душе. – Никогда не сомневайся во мне, поняла? – его пристальный, потемневший взгляд завораживал, и я медленно кивнула, чувствуя, как тело становится лёгким-лёгким от вновь наполнившего его возбуждения и ожидания. – Ты нужна мне, куколка, – продолжил он, пока пальцы гуляли по обнажённой коже, рассыпая обжигающие мурашки. – Такая, какая есть. Порочная и покорная, готовая сделать всё для меня, – Рэй улыбнулся уголком губ, а я ощутила себя бабочкой, которая вот-вот вспорхнёт с цветка.

Я нужна ему. Нужна! Больше ничего не имело значения. С моих губ сорвался счастливый вздох, и я прошептала, глядя на него затуманенными глазами:

– Спасибо, Рэй…

Его пальцы переместились на обильно увлажнённое после недавних ласк местечко, раскрытое и нежное, мягко провели, отчего я судорожно вздохнула, снова выгнувшись навстречу. Проникли внутрь, медленно, глубоко, давая прочувствовать это вторжение, и так же медленно вышли, оставив меня опустошённой и разочарованной.

– Я хочу, чтобы ты в полной мере осознала, Рианна, насколько принадлежишь мне, – тихий, низкий голос отзывался в каждой клеточке, будоражил нервы и кровь, заставляя её вскипать от острых вспышек желания. – Твоё наслаждение, твоя боль полностью зависят от меня, куколка, – пальцы продолжали блуждать вокруг моего лона, дразня, но не касаясь, и стоило больших трудов сдержаться и не захныкать, кусая губы и нетерпеливо ёрзая, насколько позволяли привязанные ноги. – И только я решаю, насколько тебе будет хорошо, – бархатистым шёпотом закончил Рэймон, снова улыбнувшись предвкушающей улыбкой.

– Да, как скажешь, – задыхаясь, выговорила я, не сводя с него напряжённого, ждущего взгляда.

– Как скажу… – протянул Рэй, потом поднялся и подошёл к канделябру, вынул из него толстую белую свечу, и снова глянул на меня. – Ты голодная, Ри? – мягко спросил он, вернувшись к кровати.

– Нет, – тут же ответила я чистую правду.

Его усмешка стала шире, Рэймон вытянул руку над моим телом и чуть наклонил свечу.

– А я – да, моя суккубочка, – вкрадчиво произнёс Охотник, и у меня подвело живот от смутной догадки, что будет дальше. Между ног всё тяжело запульсировало, и мышцы сжались, послав молнию удовольствия до кончиков пальцев на высоко поднятых ногах. – Хочу, чтобы ты снова кричала для меня, Рианна, – я завороженно смотрела, как прозрачная капля повисла на свече, а потом оторвалась и стремительно полетела вниз.

Рэй оказался очень точным: горячий воск упал прямо на твёрдую горошину соска, растёкся по ней, и укол боли смешался с удовольствием, заставив тихо вскрикнуть и выгнуться. О-о-о. Это было что-то новенькое… Чувствительная вершинка вспыхнула огнём, дыхание перехватило, и тут же следом за ней – вторая, куда упала ещё одна обжигающая капля. Боль мягко перетекла в наслаждение, по коже разбежались горячие змейки, а Рэймон продолжил, и дорожка из капель пролегла по моему животу, спускаясь всё ниже. Я замерла, затаив дыхание, внутри всё сжалось в предвкушении, ликование щекотало мягкой кисточкой, а мне хотелось ещё… Волнующие, бодрящие ощущения, в которых я купалась, судорожно всхлипывая каждый раз, как воск касался кожи. С губ Рэя не сходила довольная улыбка, и у меня кружилась голова от эмоций, а тело дрожало, напрягаясь всё сильнее. Последняя капля упала в самом низу холмика, там, где начинались мягкие складочки, и Рэймон остановился, склонил голову к плечу, убрав руку, а потом взял что-то из ведёрка и устроился на кровати между моих широко разведённых ног.

– Нравится? – вкрадчиво спросил он, улыбнувшись шире.

– О… очень… – запнувшись, пробормотала я и сглотнула. – Прошу, продолжай…

– Что именно, куколка? – мурлыкнул Рэй и снова вытянул руку со свечой над моим раскрытым лоном, но пока не наклонял. – Что ты хочешь, чтобы я сделал с тобой?

Сердце вспорхнуло бабочкой от его слов, и я точно знала, что он хочет услышать.

– Что пожелаешь… мой хозяин… – выговорила я и приподняла бёдра, насколько позволяло моё положение и добавила, шалея от собственной храбрости и откровенности. – Любимый…

Он прикрыл глаза, шумно вздохнул, и в следующий момент моих складочек коснулось что-то мокрое и очень холодное. Я слабо ахнула, распахнув ресницы, попыталась приподняться, чтобы увидеть, что это, но не получилось – Рэймон грамотно обездвижил меня. Тихо рассмеявшись, мой Охотник пояснил:

– Это всего лишь лёд, Рианна.

Ох. Резкий контраст между моей горевшей от возбуждения плотью и ледяным кусочком рождал странные ощущения, холодные дорожки талой воды стекали вниз, заставляя дрожать, проникая между лепестками, а потом… Снова огонь. Расплавленный воск капнул прямо в серединку, на чувствительный бугорок, только что охлаждённый кусочком льда. Я снова вскрикнула, потерявшись в ощущениях, они буквально взорвались между ног, пронеслись по телу сокрушительным валом. И снова – прикосновение обжигающе холодного, а сверху – горячий воск. Я металась в путах, захлёбываясь стонами, ослеплённая резкими переходами между болью и наслаждением, холодом и жаром, и всё это сплеталось, мешалось в остропряный коктейль, будораживший кровь. Я слышала тяжёлое дыхание Рэймона, его тихое бормотание «Вот та-ак, моя порочная суккубочка… Хорош-шо-о…», и от этих слов по телу растекалась жаркая истома, заливала низ живота и лоно, и сознание отключалось, оставляя мне лишь инстинкты и желания. Принадлежать ему. Отдаваться снова. Раскрыться до предела, до самых сокровенных глубин…

– Рэ-э-эй! – простонала в очередной раз, когда горячий воск капнул на пульсировавший бугорок, и захлебнулась воздухом – внутрь меня скользнуло что-то очень холодное, проникая всё глубже. – О-о-ох!..

Это был почти растаявший кусочек льда, и спустя долгое, мучительное мгновение по моей плоти прошлись пальцы Рэя, снимая плёнку воска, и… его настойчивые, жадные губы приникли, обжигая ставшее слишком чувствительным лоно. Пальцы раздвинули складочки ещё шире, язык прогулялся по ним, пощекотал набухшую сердцевинку, вызвав у меня очередной томный возглас, и вслед за льдом проник внутрь, принося жар и огонь, заставляя извиваться и прижиматься теснее. Да, да, да, о-о-о, как же сладко, чёрт возьми! Я окончательно потерялась в бурных, сокрушительных эмоциях, захлестнувших с головой, тёмная сущность стонала со мной в унисон, купаясь в них, просто наслаждаясь, а не утоляя голод. И это было упоительно…

Язык Рэя начал двигаться быстрее, приближая желанную разрядку, и мои бёдра подавались вперёд, подхватив ритм, усиливая ощущения, а тело вытянулось в струнку.

– Ещё… Ещё чуть-чуть… – бессвязно бормотала я, мотая головой и ничего не видя из-за ослепительных вспышек перед глазами. – Сейчас, Рэй, пожалуйста, люби-имый! – простонала, когда его язык проник особенно глубоко.

А он снова отстранился, оставив меня хнычущей, опустошённой и буквально на волоске от оргазма. Чёрт… Рэймон мягко улыбнулся, в его глазах мелькнула нежность, и палец медленно провёл по промежности чуть ниже заветной дырочки… И настойчиво надавил на тугое колечко мышц, уже обильно смоченное и растаявшим льдом, и моими собственными соками. Я резко вдохнула, широко распахнув глаза, снова дёрнулась, и его ладонь тут же подхватила меня под попку, приподнимая, а палец проник дальше, привнося острую перчинку в густой коктейль удовольствия, тёкший по венам вместо крови.

– Нравится мне твоя попка, Рианна, – проникновенно произнёс мой мучитель, размеренно двигая рукой, и к первому присоединился второй палец. – Такая тугая, упругая, горячая…

Он снова наклонился, захватив в плен порочного рта моё раздразненное, пылавшее огнём лоно, превратившееся в сгусток желания. Посасывал, сильно втягивая нежный кусочек плоти, чувствительно прикусывал, и я забыла себя, растворившись в волшебных ощущениях. Ярких, мощных, окатывавших волнами, одна другой сильнее с каждым мгновением. Рэй был везде, его пальцы были во мне, и мелькнула сумасшедшая мысль, что – жаль, у него всего один член… Это послужило последней каплей. Одновременно язык сильно прижал налитый кровью бугорок, и пальцы проникли особенно глубоко, мягко пошевелившись, и я сорвалась в пропасть, забилась в путах, захлёбываясь хриплым криком ликования. А Рэймон не отпускал, он пил меня, мою эйфорию, заставляя вновь и вновь содрогаться от волн оргазма, выжимая последние капли, забирая мои эмоции.

Когда я затихла, обессиленная, дрожащая, но безмерно счастливая, улыбаясь искусанными губами, Рэй последний раз нежно прошёлся языком по горящему лону, исторгнув из меня беспомощный всхлип, и отстранился, медленно убрав пальцы. Ох… Потрясающе. Ни с кем мне не было так хорошо, как с ним, и уже не будет. Только Рэймон умел довести до самых вершин, погрузить в горячую пучину и заставить испытать все грани удовольствия. По виску сползло что-то мокрое, и я поняла, что снова плачу – теперь от испытанного наслаждения, как и хотел мой любимый хозяин. Рэй лёг, мягко прижав к кровати, и начал медленно освобождать руки, не сводя пристального взгляда.

– Ты ведь не думаешь, что это всё, моя развратная девочка? – вкрадчиво шепнул он, обдавая горячим дыханием, пахнувшим мной.