Глава 19

Он снова начал избегать меня. Целый день прятался в своем кабинете. Просил принести туда завтрак и обед. На меня почти не смотрел, бросал только мимолетные взгляды. А мне хотелось кричать, рычать и плакать. А еще тереться о него, как кошка. Потому что Итан пробудил то, что я уже спрятала, не надеясь в скорости достать из глубин – свою чувственность. Выпустив собак погулять, я расчистила дорожки от снега. Не потому что в этом действительно была необходимость, а потому что мне нужно было чем-то занять себя, чтобы не сойти с ума от мыслей. В тот день я не бесилась с собаками, как обычно, во время прогулки. Немного побросала в них снегом, чтобы отстали от меня, и занялась делом. А вечером… Вечером Итан сам приехал ко мне в спальню. Вопреки своей привычке, не постучал, а просто толкнул дверь, заехал в комнату и закрыл за собой, чтобы не впускать любопытных собак. Я села на кровати и смотрела, как он приближается. В глазах Итана снова горел тот же пожар, что и накануне вечером. – Подвинься, – скомандовал он, подъехав к кровати. Я молча отодвинулась на другую сторону, а он, сбросив футболку, пересел на кровать, потом лег рядом. Я боялась пошевелиться, не понимая, как себя вести. Мне хотелось прогнать его и заставить перестать играть со мной, но в то же время хотелось уговорить его остаться. Повернувшись боком, Итан приподнялся на локте и провел ладонью по моей щеке. – Как прошел день? – спросил он, как будто мы не жили в одном доме, и он не знал, чем я занималась. – Я тебя не понимаю, – качнула головой. – Я сам себя плохо понимаю, – выдохнул он и накрыл мои губы своими. Из-за замешательства и растерянности я не сразу ответила на поцелуй. – Райли, – шепнул он в мои губы и снова поцеловал, на этот раз настойчивее. А я… я слабачка, которая отбросила все обиды и недопонимания, и приоткрыла рот, чтобы впустить настойчивый, упругий язык Итана. А дальше я просто отключила голову и отдалась чувствам. Он снова доставлял мне удовольствие, заставляя взлетать и взрываться, рассыпаясь на миллионы осколков, а потом собирал меня по крупицам и снова доводил до пика, и так несколько раз. Я не понимала, зачем ему это, если сам он вряд ли получал от процесса удовольствие, но не сопротивлялась, потому что таяла в его руках. Последний раз я снова кончила, сидя на его лице, и рухнула на кровать, как подкошенная. Итан вытер рот тыльной стороной ладони и, обняв меня, притянул к своей груди. Как только моя голова коснулась разгоряченной кожи, я услышала, как грохотало его сердце. Оно билось в неистовом, рваном ритме, и грудная клетка вибрировала от этого грохота, резонируя с моим собственным сердцем. Положив руку на грудь Итана, я погладила большим пальцем влажную от пота кожу, а он накрыл мою ладонь своей. – Мой день прошел хорошо, – внезапно сказала я, потому что неловкая тишина затягивалась, а я боялась, что Итан снова оттолкнет меня и покинет спальню. – А твой? – Было очень много работы. Я наконец подобрался к запуску новой модели креплений, так что сейчас усиленно работаю с командой. А вторая разрабатывает новые палатки, поэтому и им нужно уделять внимание. – Я ничего в этом не понимаю. – Ты никогда не ходила в горы? Не спала в палатках? – Конечно, мы выезжали с родителями в горы, но ночевали в доме на колесах. А однажды было, что и в палатках, правда, у родителей на ранчо. В подростковом возрасте мы с Реми – это моя старшая сестра – решили, что мы уже достаточно взрослые, чтобы жить отдельно, поэтому взяли палатку, спальники, немного еды и пошли на улицу. Самостоятельно поставить палатку не удалось, так что папе пришлось помогать нам. Потом ночью к нам пыталась забраться собака. Мы не были уверены, что она наша, а потому испугались и остаток ночи жались друг к другу, пока она не убежала. В общем, мы еле дождались утра, чтобы вернуться в безопасность родительского дома. Ты бы видел, как мы туда бежали в пять утра! Неслись так, как будто за нами гнались зомби, – я тихонько засмеялась, вспоминая это приключение. Итан хмыкнул, и я посмотрела на него. На его губах играла улыбка, а глаза были закрыты. Опустив голову, я прошлась взглядом по его животу к V-образной мышце, проследила дорожку от пупка вниз, скрывающуюся под резинкой спортивных штанов. Черт, как жаль, что такой мужчина поставил на себе крест! Мне даже захотелось зарычать от отчаяния! Ну неужели он не понимал, что возвращение к нормальной жизни стоило боли и страданий, которые он пережил бы на реабилитации? Все же лучше так, чем прозябать в глуши в одиночестве без перспективы на нормальную жизнь. – У меня нет братьев и сестер, – сказал Итан. – Только кузены, но я с ними не слишком близок. – А друзья у тебя есть? – Один друг. Зак. Кстати, он на днях приедет погостить. – Как вы с ним познакомились? Откровенно говоря, мне было плевать, как. Но я так боялась, что он уйдет, что готова была болтать на любые темы, только бы Итан остался рядом. – Он стал моим деловым партнером. У него свое рекламное агентство. Как-то мы пообщались на презентации одного из моих продуктов, потом разок пересеклись на одном из приемов, а дальше как-то само-собой получилось, что стали общаться теснее. – Какой он? Итан помолчал пару минут, а потом ответил: – Зак тебе понравится. Такой же оптимист, как и ты. Любая проблема для него всего лишь препятствие на пути к цели. Он любит веселье и развлечения. – То есть, полная твоя противоположность. – Почти. Если говорить о проблемах, то я тоже стараюсь их сразу решать. А все остальное… да, он – моя противоположность. – Может, поэтому вы сдружились? Вы просто дополняете друг друга. – Может быть, – задумчиво ответил он. – Надолго приезжает твой друг? – Пока не знаю. Сказал, что хочет отдохнуть от городской суеты. Произнеся это, Итан замолчал, как и я. По моей грудной клетке разлилось сожаление. Если его друг сможет приехать сюда, я смогу уехать. Я должна буду покинуть этот дом, хоть каждая моя клеточка сопротивлялась этому. Но я начала влюбляться в Фишера, а это было очень-очень плохо. И с профессиональной точки зрения, и с личной. Он не подпустил бы меня слишком близко к себе, я уверена в этом. Если он сказал, что не может дать мне все, в чем я буду нуждаться, значит, так он и думал на самом деле. Я тоже начала сомневаться в том, что мне хватило бы того, что нам с Итаном доступно. А вдруг мне и правда через какое-то время захотелось бы полноценного секса? Что бы я стала тогда делать? Искала бы ему замену? Вряд ли я была способна на такое, ведь тогда почувствовала бы себя предательницей. И тогда была бы вынуждена терпеть наши отношения, а это убивает любые чувства, я точно знаю. Итан повернул голову и, приподняв мою за подбородок, нежно поцеловал в губы. – Я поеду. Доброй ночи, Райли. – Ты не останешься? – едва задав этот вопрос, я хотела треснуть себя по губам. Он был настолько… жалким, что я почувствовала себя униженной. – Нет. Выспись хорошенько. Еще раз коснувшись моих губ своими, Итан переложил меня на подушку и, сев, перебрался в кресло. Бросив футболку себе на колени, отправился к двери, у которой тормознул на мгновение. – Доброй ночи, – сказал, обернувшись и посмотрев на меня. Я тут же натянула на себя одеяло. – Доброй ночи, – ответила тихо. Итан еще секунду смотрел на меня, а потом развернулся и выехал из комнаты, прикрыв за собой дверь.