Глава 38

Я смотрела на уютно потрескивающий огонь в камине и томно улыбалась, прислушиваясь к суете за спиной. Мужчины, которых я теперь, наверное, могла назвать своими, наливали нам вино и раскладывали на блюде легкие закуски. Я была завернута только в мягкий плед, под которым ни кусочка одежды. Итан был одет в спортивные штаны с футболкой, как и Зак, который после приезда успел принять душ и переодеться. Мы даже поужинали, но пока не обсудили всего, что случилось за последнее время. В основном болтали о том, как себя чувствует Итан, и на какой срок еще затянется реабилитация. – Держи, – Итан вложил мне в руку бокал с белым вином и присел рядом, а Зак поставил на кофейный столик поднос и присоединился к нам. Как только наполненные бокалы оказались в руках мужчин, Зак приподнял свой навстречу нашим. – Полагаю, сейчас самое время выпить за воссоединение. – Поддерживаю, – отозвался Итан и прикоснулся своим к бокалу Зака, я тут же присоединилась к ним, после чего сделала глоток невероятно вкусного вина. – Ты так и не сказал, как согласился на операцию, – сказала я, принимая из рук Зака шпажку с нанизанными на нее сыром и фруктами. – Я сделал это ради тебя. Медленно прожевывая закуску, я пялилась на Итана. – И что же побудило? Страх, что я останусь с Заком и разлюблю тебя? – Рано или поздно это случилось бы. Райли, ты же не наивный подросток, чтобы считать чувства вечными. Их нужно подогревать, а если этого не делать, они быстро угаснут. – Судя по всему, не так и быстро, раз прошло полгода, а я все равно люблю тебя. Итан улыбнулся и, обняв меня, поцеловал в висок. – Было страшно? – спросила я. – Нет. – Черта с два, – вклинился Зак. – Когда мы перед операцией разговаривали, ты спрашивал, как лучше оформить завещание. – Ты знал? – я повернулась лицом к Заку и впилась взглядом в его лицо. – Конечно. – Почему мне не сказал? – Итан запретил. – Я не хотел, чтобы ты возлагала надежды, которые могли не оправдаться, – сказал Итан, и я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Посмотрела на него полным упрека взглядом. Я хотела, чтобы он прочувствовал все то отчаяние, которое разрывало меня изнутри. – Ты понимаешь, как я переживала? Я волновалась, что ты не соглашаешься, а с каждым днем шансов на удачный исход было все меньше. – Не сдержавшись, я всхлипнула, и слезы потоками полились из моих глаз, прочерчивая горячие дорожки. – В некоторые моменты на меня накатывало такое отчаяние, что, я думала, оно разорвет мою грудную клетку! А вы… вы оба знали и ничего мне не сказали! Бокал выскользнул из моих пальцев, но я даже не дернулась, потому что знала, его забрали. Итан тут же обнял меня обеими руками и прижал к себе, а Зак легонько сжал колено. – Я не мог тебе сказать, Райли, – тихо произнес Итан. – Что-то могло пойти не так, а я не хотел, чтобы ты видела меня в состоянии овоща. Меня бы убила жалость в твоих глазах. – Но как ты решился на это? – спросила дрожащим голосом, вытирая слезы, хоть это не помогало, потому что на их место тут же набегали новые. В груди пылал пожар, который выжигал дотла мое бедное сердце, чтобы позже возродиться из пепла, словно феникс. – Я… – Итан сделал паузу, и я подняла взгляд на него, а он смотрел на Зака. – Что вы скрываете? – я смотрела поочередно на своих мужчин, лица которых напоминали каменные изваяния. – Итан? Зак? – Я делал операцию в Швейцарии. – Почему там? – севшим голосом спросила я. – Там врачи лучше? – Там разрешена эвтаназия. После этих слов я сделала вдох, но он так и застрял в горле, не дойдя до дыхательных путей. Спрятав лицо в ладонях, я разрыдалась так, что, думала, умру от удушья. Вот теперь в груди все было выжжено. Мои внутренности просто превратились в пепел, и я не была уверена, что когда-нибудь смогу возродиться. Одна мысль о том, что Итан мог умереть, если бы операция прошла неудачно, просто убивала меня. То, что творилось в моих голове и сердце, было невозможно выразить словами. Лютая, адская боль разрывала меня на части. Казалось, она поселилась в каждой клеточке тела и пожирала всю меня. Наверное, от меня бы ничего не осталось, если бы не ярость, которая нахлынула совершенно внезапно. Вырвавшись из крепких объятий, я встала на диване на колени и посмотрела на Итана сквозь пелену слез. – Как ты мог?! Как ты посмел самостоятельно принимать решение о таком?! Как ты мог не поговорить со мной?! Ты гребаный эгоист, Фишер! Ты никого не любишь, кроме себя! Ты обо мне подумал?! Как бы я себя чувствовала, если бы ты добровольно ушел из жизни?! Я бы умерла, едва услышала бы эту новость! Я бы… Я… Выложить все обвинения я не смогла, мне просто не хватило дыхания. Положив руку на грудь, я согнулась, кашляя и захлебываясь слезами. Не могла выдавить из себя больше ни звука, как ни пыталась. Картинки одна страшнее другой пролетали в моей голове, пожирая здравый рассудок. – Тихо-тихо, – Итан притянул меня к себе на колени и снова крепко обнял. – Все же закончилось хорошо. Все в порядке, малышка. Я здесь, с тобой. Зак тоже. Все, как ты мечтала, видишь? Ну же. Уже все позади. – Ты – гребаный эгоист, – повторила я севшим голосом. – Ты не можешь говорить, что любишь меня, потому что это не так. Ты любишь только себя, иначе бы до того, как принимать такое решение, подумал о том, как новость о твоей смерти повлияет на меня. – Райли, – настойчивее произнес Итан. – Все позади, и все закончилось хорошо. Не надо думать о плохом. Впереди только выздоровление и наша счастливая жизнь. – Счастливая?! – я вскочила с его коленей, едва не свалившись на пол, когда запуталась в пледе. – Счастливая?! Это кто так решил? Ты? Что я, по-твоему, теперь должна сделать? Склонить голову и со всем соглашаться? Сказать “конечно, дорогой Итан. Как скажешь” и радостно поскакать в твою постель?! Иди к черту, Фишер, понял?! Проваливай! Найди себе другую дуру, которая будет безропотно ждать, пока ты себя убиваешь! Итан встал с дивана и навис надо мной с абсолютно серьезным лицом. Так он смотрел на меня, когда злился. Я помнила это выражение лица и, если раньше меня оно никак не трогало, сейчас по телу разлились колючие мурашки, и я поежилась. – Все сказала? – тихо спросил он совершенно серьезным голосом. – Нет! Я сваливаю, ясно?! Возвращаюсь… – бросила взгляд на Зака, пытаясь понять, могла ли я вернуться в его квартиру, но он тоже смотрел на меня без эмоций. Две бездушные машины! Вот кого я выбрала себе, да? Ну и пусть катятся к черту! – Домой! – Ты никуда не уедешь, – спокойно сказал Итан. – Уеду! Ты не можешь за меня решать! – Могу! – И что дает тебе такое право, интересно знать?! – То, что ты теперь принадлежишь нам с Заком. – Я никому не принадлежу, понял?! Я взрослый, самодостаточный человек! – Зак, кажется, у нас тут истерика, которую нужно прекратить. Я повернула голову в сторону Зака, но не успела даже и рта раскрыть, как он подхватил меня на руки и, забросив на плечо, пошел к лестнице. – Пусти меня, варвар! Ненавижу вас обоих! Вы просто… просто… Прекрати меня трясти! – Будешь брыкаться, трахнем прямо на лестнице, – прорычал Зак, и я подавилась воздухом.