Глава 11. Истина где-то рядом…

Маргарита проснулась первой, когда за окном только начало светлеть небо. К своему немалому удивлению лежала она почти поперёк кровати, устроив голову на груди Егора, и обнимала его одной рукой. Он остался… Остался до утра. Рядом. Был трезв и в сознании. Но остался с нею…

Может раньше времени наступило Рождество? Или это жаркий бред от простуды, и ничего нет на самом деле? Сон продолжался? Сомнения были глупы, но и верить собственным глазам боялась. Стараясь не разбудить Егора, Маргарита тихо села. Взъерошив спутанные волосы, она заметила на полу скомканное одеяло. Опять сбросила во сне. Хоть прибивай гвоздями.

Взгляд устремился к настенным часам. Почти шесть. Нужно принять душ и выгулять Шекспира, пока кое-кто мирно сопел в её постели. Губы Маргариты тронула тёплая улыбка. Её рука остановилась над головой Егора, собираясь коснуться мягких волос. Нет. Нельзя. Иначе разбудит. И тогда это волшебство разобьётся на осколки, будто было простым сном. Пусть спит…

Подавляя желание остаться здесь и наблюдать за спящим гостем, Маргарита поднялась с кровати. Видимо ночью спала температура, и её футболка стала полностью мокрой, вынуждая вздрогнуть. Голова немного кружилась, и ощущала слабость, но всё было поправимо и куда лучше вчерашнего состояния. По привычке прижимая ладонь к ране, она бесшумно прошла к одной из колонн, открывая встроенный шкаф. Выбрав сменную одежду, Маргарита отправилась в ванную.

Шекспир лениво проследил за её действиями, лишь приподняв голову. Убеждаясь, что хозяйка в порядке, он глянул на развороченную кровать и спящего на ней Егора. И этот на месте… Пёс расслабился, возвращая голову на лапы, и закрыл глаза.

Приняв душ, Маргарита наконец ощутила себя живой и… голодной. В последний раз ела ещё вчера утром. Нужно глянуть, что съедобного завалялось в холодильнике, но сначала стоило позаботиться о Шекспире. Сегодня ко второй паре, и у них с Егором ещё хватало времени. Приведя себя в порядок и переодевшись, Маргарита тихо покинула квартиру, забирая с собой послушного пса.

На улице было свежо, асфальт блестел пятнами луж после вчерашнего ливня, а яркая листва на деревьях радовала взгляд. Выбирая сухую дорогу, они направились к ближайшему парку. Несколько раз Маргарита оглядывалась, и улыбка снова появлялась на её лице. Впервые хотелось скорее вернуться домой. Чёрт возьми… Сегодня однозначно отличный день…

Сегодняшний день – проклят! В этом Егор уверился на все сто. Только он мог поклясться, что не сомкнёт глаз до утра, и заснуть мертвецким сном. Не услышал ни будильника на телефоне, ни как исчезла Марго с псом-оборотнем. И что сейчас было самым главным – не услышал вторжения того самого незнакомого мужика, который сейчас пялился на него взглядом голодного до крови цербера. На вид лет тридцать, может чуть больше. Такого смазливым не назовёшь, но женщин привлекал несомненно. Небритая угрюмая физиономия, тёмные волосы, тёмные глаза…

Хотя, назвать его незнакомцем Егор поторопился, ибо перед ним стоял Ник. Верно. Им же созданный. Можно сказать – родной сын… Тот самый, с участием которого совсем недавно писал ненавистную любовную сцену. Когда ранее он придумывал этого персонажа, то образ буквально возник в голове – яркий, будто видел вживую. Казалось, что подходил идеально. Почему? Понятия не имел…

Проклятье… Да как такое возможно? Те же черты лица, тот же взгляд, даже одежда и осанка была та же. Этот мужик был реальной проекцией его мыслей! Егор медленно поднялся с кровати, не сводя взгляда с молчавшего всё это время «Ника».

Он нутром чуял некую непонятную опасность. Противное чувство тревоги охватывало всё сознание, будто погружался в ледяную мутную воду. В пальцах знакомо покалывало, а в груди рождалась глухая ноющая боль. Рука непроизвольно потянулась и прижалась к ней, ощущая под ладонью рваный ритм колотившегося сердца. Перед глазами всё покачнулась, в следующий момент хлынув в сознание ожившими изображениями. Он помнил их. Помнил, ведь сам придумал всё это. Сам… Это ведь всё его фантазия. Чёртова фантазия. Не больше…

Но слишком яркой была вспыхнувшая сцена, где этот человек стоял среди тьмы, прорезавшейся неизвестными красно-синими вспышками. В окровавленной одежде и с почти безумным огнём, отражавшимся в глазах. У его ног сломанной куклой лежало некое мёртвое тело. Но сейчас «Ник» смотрел только на него, пока жажда убивать в его глазах не утонула в неожиданных слезах. И это пугало ещё больше. Мужчина протягивал руку, перепачканную кровью. Он повторял и повторял что-то, но слов не разобрать. Некое утешение? Возможно… Эта сцена была в одной из книг, когда Ник не успел спасти ребёнка.

Чёрт… Постоянно думая о Рейн, думая о сюжете, о горящих сроках, он однажды сойдёт с ума, потеряв связь с реальностью. Теперь ему мерещилось наяву. Такое ощущение, что в аварии больше всего пострадала голова… Этот человек просто похож. Мало ли похожих людей? Всё Света, смутившая вчера своими словами. Ведь только стал убеждать себя в том, что их с Рейн история заканчивалась. Но подруга нечаянно задела больную тему. Нет… Эта книга точно станет последней… Он должен остановиться. Должен успокоиться. Перестать сравнивать. Перестать видеть несуществующее вокруг себя. Если кто-то узнает, что с ним происходит, то точно сочтёт ненормальным.

– Эй, ты же в обморок не собираешься валиться? – внезапно спросил незнакомец, и на его лице промелькнула тень смятения.

– Нет! – Егор поджал губы, одёргивая рубашку, смятую настолько, что походила на тряпку.

– Точно? – недоверчиво поглядели на него.

– Точно… – только и смог кинуть в ответ, всё же немного приходя в себя.

Маргарита видимо вышла, чтобы выгулять собаку. А этот человек… Кто он такой? Почему здесь? У него есть ключи от квартиры. Для отца слишком молод. Да и вчерашнее упоминание о том, что семьи нет, вычёркивало этот вариант. На брата тоже не похож. От слова – совсем. Вчера он предположил, что синяки на теле Марго мог оставить её парень. Незнакомец выглядел так, что вполне мог быть им. И при этом одновременно так, что не мог. Голова сейчас взорвётся…

Николай мысленно выругался. Твою ж… Эта парочка однажды сведёт его с ума! Вчера они договорились, что заберёт собаку, потому и притянулся с самого утра. И уж меньше удивился бы, застав в квартире инопланетянина, чем этого парня.

Признаться, вначале он решил, что девчонка окончательно слетела с катушек и чем-то опоила его. Или вырубила и притащила в свою берлогу… Других объяснений не было. Но, мальчишка не выглядел ни одурманенным, ни избитым. И, чёрт возьми, валялся в её постели, как у себя дома!

Неужели всё рассказала? Нет… Так внезапно никогда бы не решилась. Сам вспомнил? Тоже – нет. Тогда бы уж точно не смотрел на него так испуганно. С последнего раза, как они виделись, прошло года два. С того самого дня, когда стоял перед ним на коленях, перемазанный кровью… От собственных воспоминаний кинуло в жар и Николай почувствовал, как футболка противно прилипла к спине. Всё было слишком неожиданно. Слишком.

Видя растущий испуг Егора, Николай и сам разволновался. Ещё не хватало, чтоб мальчишка со своим слабым сердцем тут в обморок свалился. Поэтому решил разрядить обстановку, сказав первое, что пришло в голову:

– Голодный?

– Что?..

– Есть хочешь, говорю?

Что он нёс?.. Но уже шёл к кухонной стойке, в самом деле собираясь сообразить что-нибудь для завтрака. Холодильник давно припал слоем вековой пыли. Ритка никогда не готовила. В доме кроме собачьего корма мало найдётся чего съедобного. Всегда заказывала еду с курьерской доставкой. А если что-то из продуктов и находилось, то считалось заслугой Николая. Сегодня, к своему удивлению он обнаружил свежее молоко и упаковку яиц. Помнится, на прошлой неделе забрасывал в морозилку только пачку пельменей. Видать это «любовь всей жизни» постаралась…

– Как относишься к омлету? – Николай покосился на притихшего Егора.

– Кто вы? – пытаясь пригладить взъерошенные волосы, Егор подошёл к каменной стойке. – Понимаю, что я здесь случайный гость. Но может, стоит начать с приветствия, а не с омлета?

На небритой физиономии мелькнула ухмылка. Едва не разорвав пополам пластиковую упаковку для яиц, Николай проигнорировал вопрос и продолжил громить кухню.

– Вам что, действительно плевать, кто я?

– Ты валялся в её постели. А блохастая псина не откусила тебе голову. Так какие могут быть варианты, малыш?

– Погодите, – оторопел Егор. – Всё не так! Вы неправильно всё поняли.

– Угу, – Николай повертел в руках банки с чаем и кофе.

К удивлению Егора, кофе отставил в сторону и выбрал чай. Не мог же этот мужик быть так осведомлён в его предпочтениях? Глаз у Егора нервно дёрнулся, когда «Ник» сыпанул едва ли не две столовые ложки сахара в чашку.

– Сядь! – велели ему как непослушному питомцу.

Не сводя подозрительного взгляда с ожившего охотника на демонов, Егор опустился на один из барных стульев. Перед ним поставили тарелку с дымившимся омлетом, и чашку с приторно сладким чаем.

– Жуй, пока не остыло.

– Кто вы? – упрямо повторил вопрос Егор.

– Иногда мне кажется, что – слуга, – Николай заварил себе кофе, дразня его ароматом. – Скажем так, я друг, бесконечной добротой и терпением которого кое-кто бессовестно пользуется. Вчера мы договорились, что заберу собаку на пару дней. Поэтому я здесь.

– Так вы не её… – Егор осёкся, хватая вилку и придвигая к себе тарелку.

Какое ему дело, насколько близка была Марго с этим типом?

– Не её кто? – поддразнил Николай, отпивая горячий кофе и щурясь от поднимавшегося с чашки пара.

– Отец, – нарочно кинул этот вариант Егор, рискуя попробовать омлет. Вкусно, чёрт возьми…

– И сколько мне лет, по-твоему? – возмутился Николай.

– Откуда мне знать? – он уже решительнее взялся за еду. – Спасибо.

– Да на здоровье!

Только Егор решил, что можно немного расслабиться, как входная дверь открылась, впуская Маргариту и её невозмутимого пса. Ошейник звякнул пряжкой, вместе с поводком падая на пол из руки девушки, стоило заметить у стойки Николая. Ошеломлённый взгляд метнулся к Егору, вглядываясь в его лицо, будто пыталась убедиться, что тот в порядке. Побледнев, Маргарита всё же смогла сдержать эмоции.

– Что ты здесь делаешь?

– У тебя память девичья? Договорились же вчера! – мужчина повернулся к хозяйке дома, продолжая отчитывать.

Егор же слышал все слова, будто через слой ваты, ощущая, как дрогнула рука, в которой сжал вилку. Стоило человеку, с которым его разделяла стойка, повернуться к входной двери, как на другой стороне шеи стала видна чёрная татуировка. Замысловатая, повторявшая, как до мгновения назад был уверен Егор, древнюю защитную печать. Ту самую, которую он лично рисовал, а потом передал в издательство для одной из иллюстраций.

В голове зашумело, и недавно отступившая паника вернулась вновь, хлынув по венам. Егор задержал дыхание, веля себе успокоиться. Не сходить с ума. Не сходить. Каков был тираж?.. Сколько этих картинок уже разбросано по интернету? Разве можно считать уникальным рисунок, даже если сам создал его? Любой салон тату мог скопировать его…

– Всё уже остыло, – продолжил ворчать Николай. – Разогреешь сама. Нет у меня времени с вами болтаться! Идём, приятель.

Мужчина подошёл к прихожей и поднял с пола ошейник с поводком. Маргарита кинула на него мрачный взгляд, в котором было молчаливое пожелание убиться на ступеньках.

– Он… – еле слышно произнесла девушка.

– Нет, – так же тихо ответил Николай, застёгивая на шее пса ошейник. – Не делайте глупостей. Оба.

Он вышел из квартиры, оставляя их двоих в полной тишине. Маргарите казалось, что в этой тишине стук её сердца был оглушительным. Как она могла забыть? Слабость охватила её новой волной, а лоб покрыла испарина. Из-за вчерашнего своего состояния, совсем упустила из головы, что Николай должен заехать за собакой. Она посмотрела на Егора. Тот ответил тем же, сидя на барном стуле.

– Ты в порядке?

– Как ты?

Произнесли одновременно, снова умолкнув.

– Твой друг готовит отвратительный чай. Но омлет очень вкусный. Тебе тоже нужно поесть и принять лекарство, – пытаясь казаться спокойным, заговорил Егор.

Маргарита медленно подошла к нему и села рядом.

– Почему ты не разбудила меня, когда уходила?

– Ты выглядел слишком мило. Как я могла быть настолько жестокой?

Егор проигнорировал нелепый комплимент, сердито пододвигая к девушке тарелку с её остывшей порцией. Потом, понимая, что придётся сидеть вот так рядом, будто настоящая парочка за завтраком, встал со стула. Он отобрал тарелку и отнёс её к микроволновке, собираясь разогреть еду.

– Так кто этот мужик? – спросил как бы между прочим, нажимая несколько кнопок на панели.

Маргарита наблюдала за его действиями с лёгкой улыбкой, которую немедленно прятала, стоило гостю обернуться.

– Мой друг.

– Друг, значит?

Микроволновка подала противный сигнал, и Егор открыл дверцу, доставая горячую тарелку с дымившимся омлетом. Он поставил еду перед девушкой, серьёзно глядя на её лицо.

– Это не моё дело. Совершенно не моё. Можешь даже не отвечать.

– Спрашивай, – Маргарита взялась за вилку, решая наконец утолить голод.

– Синяки у тебя… Этот «друг» имеет к ним отношение?

Она закашлялась, подавившись от неожиданности.

– Ты решил, что мы любовники? Что он избил меня, а сегодня явился завтрак готовить? – наконец смогла отдышаться девушка, теперь сдерживая смех.

– Что здесь забавного? – рассердился Егор.

– Прости… прости, – Маргарита примиряюще подняла ладонь, но плечи всё равно подрагивали, выдавая рвущийся смех. – Клянусь, он не имеет никакого отношения к моим синякам. И он уж точно не мой парень. Никогда не был им, и никогда не станет. Почему ты вообще это предположил?

– Отец часто рассказывал о похожих ситуациях на работе. Женщинам порой сложно признаться, когда они в беде. Иногда они даже предпочитают убеждать себя, что всё в порядке. Я просто…

Улыбка стёрлась с лица Маргариты, и она отложила вилку, тихо звякнувшую о столешницу.

– Я не из тех, кто будет терпеть подобное.

Глядя в её холодные глаза, Егор поверил. Марго не стала бы терпеть. Наверняка не стала. Но просто должен был спросить. Лучше, как говорится, получить по физиономии от алкаша, валяющегося посреди улицы, чем пройти мимо человека, у которого прихватило сердце… Но всё же любопытство заставляло спрашивать дальше.

– Если он не твой парень, и вещи в доме не его, то зачем тебе эта боксёрская штуковина? – Егор кивком указал на закреплённый к потолку мешок.

– Осталась от прошлого хозяина квартиры.

Маргарита и не мечтала, что однажды он переступит порог её берлоги. Подумать не могла, что столкнутся лбами с Николаем. Не было причин переживать о том, что могло произойти в этих случаях. Судьба слишком внезапно бросила в её руки этот «подарок». И теперь она словно легендарный Штирлиц была как никогда близка к провалу…

– Почему не убрала её?

– Откуда такая сила у хрупкой девушки? К тому же, на неё удобно клеить стикеры, – Маргарита беспечно пожала плечами, привычно усмехаясь.

– Ты хоть на один вопрос может ответить серьёзно?

– Не хочу.

– Не хочешь?

– Не хочу быть серьёзной, – её взгляд мягко блуждал по лицу Егора.

– Тогда просто ешь! – возмущённо велел он, и принялся перебирать упаковки с лекарствами, лежавшими горкой на столешнице. А выбрав несколько таблеток, аккуратно оставил их у стакана с водой. – Мне нужно вернуться домой. Переодеться и…

– Ты – сокровище, Ремнёв. Знаешь это?

– Ты издеваешься?

– Давай встречаться.