Глава 19 · Нежданный гость

Шок прошёл довольно быстро. На смену ему тут же явилось женское кокетство. Плевать на все былые обиды, ещё неизвестно как всё на самом деле было. Плевать и на смущение из-за того, что я прежде наговорила. Главное, что тут сам император, а я в домашнем платье, с толком не расчёсанными волосами! Кошмар!

— Таниса, отвлеки гостя, мне надо привести себя в порядок…

И сердце снова колотится как заполошное. Вот же! Странно. Леонель уже какое-то время здесь, во дворце, а я почувствовала его присутствие только сейчас.

— Не надо меня отвлекать, — донёсся из-за начавшей приоткрываться двери голос, от звука которого по телу тут же расползлось предательское тепло. — Оставь нас наедине, — приказывает, обращаясь к служанке.

Как же он хорош, гад! Как-то чересчур хорош. Даже вот такой — припорошённый дорожной пылью, уставший. Эх… Что там моей козочке требуется? Совратить залётного козла для появления потомства? Ага, вот прямо-таки он и совратился, глядя на лохматое недоразумение, коим я сейчас являюсь. От обиды на проказницу судьбу, я даже носом шмыгнула, для пущего эффекта красоты неописуемой.

— Ларетта, что происходит? — сразу поинтересовался гость, едва за служанкой закрылась дверь.

И до чего же чарующий у него голос. Хочется слушать и слушать.

— Эм… — многозначительно выдавила я.

Да уж, красноречивостью я его поразить явно не сумею. И все тысячи вопросов, что роились у меня в голове, вмиг позабылись.

— Мэрион рассказал о случившемся на пикнике. Я решил лично разобраться. И что?

— Что? — повторила я, поражаясь своему богатому лексикону.

— И не смог перенестись в твой дворец, вот что!

А… Ага, точно, защита… Кстати, и как он в итоге прошёл, интересно?

— Я активировала защиту.

Вот только прозвучало это не гордо, как планировалось, а как-то жалко, словно оправдание.

— Ты? Что?!

— Ээээ… Защиту… Активировала, — выдавила я, ощущая себя нашкодившим котёнком.

А он смотрит на меня как-то странно. Желваки по лицу так и гуляют, челюсти плотно сжаты, красиво очерченные губы напряжены, буквально крича о том, что Его Величество в ярости. Вот и чего он завёлся? Между прочим, я его миру услугу оказала. Пусть и не осознанно, но запустила защиту над всей планетой.

— Мне это, между прочим, жизни будет стоить, — обиженно пробурчала я.

— Вот и я о том! Магии же нет! Чем ты думала?! Хотя, о чём я… Где это видано, чтобы женщины вашего рода думали.

Что?! Да он, да… Прав он.

— К полнолунию я прикажу собрать всё необходимое для поддержания твоей жизни. Но лучше бы тебе успеть вернуть магию.

Вот же новость какая! Вопрос — как это сделать.

— Слухи меня опередили, — продолжает распаляться Леонель. — И ты хороша. Услышала, не разобралась, и вот.

— Что вот?

— Додумалась защиту поставить.

Ну не говорить же ему, что я вообще в тот момент не думала. В смысле, когда защиту ставила. Да и о чём думать, если я в этом ни капельки не смыслю.

— Мне сказали, что на Раментайль планировалось вторжение в полнолуние, — отмазалась я.

Да-да, типа такая я вся из себя благородная патриотка, жизнь положить во имя их мира готова. И видимо нужный эффект произвести сумела. Вон как у собеседника глазищи голубые вытаращились и челюсть отвисла.

— Ты сумасшедшая… Как все Заславские, — уже тише добавляет, и…

В следующий миг я очутилась в медвежьих объятиях. Ммм… Как же это приятно, когда твой мужчина такой вот большой, сильный…

— Глупая… Глупая… Что же ты натворила… — шепчет мне в макушку, а я таю в его объятиях, вдыхаю запах его тела, с лёгкими нотками пыли и пота, слушаю его голос. — Я чуть с ума не сошёл, когда узнал о том, что ты надумала, услышав о нашем с Катериной разговоре. Рванул сюда, собираясь всё объяснить. А добраться не получается… Вот, из соседней провинции добирался пешим ходом.

— Да ладно? — на миг растеряв всё очарование момента, выдохнула я. — Что-то не спешил ты. Мэрион ушёл вечером. Поздно вечером. А защиту я ставила утром. Сутки назад.

— Да, рано утром я и пытался к тебе попасть, — невесело усмехнулся он. — Узнал обо всём сразу, но Мэр и Владисвет отговорили меня от немедленного визита к тебе. Мол, дай ей время успокоиться, всё взвесить, осознать. До утра дотерпел и рванул. А портал не открывается. Ни к тебе, ни во дворец. Смог попасть только на границу соседних владений. На лошадях до сих пор гнал. Боялся, думал, что-то случилось.

Хм… Ну насчёт «пешим ходом» он приукрасил, всё же на лошадях, это вам не пешком. И защита меня разочаровала. Думала, она извне вообще никого не пустит, а вот же!

— Хорошо хоть не додумался отправить кого-нибудь за тобой. Их бы не пропустило, — словно прочитав мои мысли, продолжил Леонель.

Хм… Просчитались мои работнички. Видимо, именно против императора эта защита бессильна.

— Прости! — спохватился мужчина, наконец-то выпуская меня из объятий.

Ну, вот зачем, а? Мне так хорошо было, так уютно. А теперь ноги подгибаются.

Плюхнулась в стоящее неподалёку кресло.

Главное, Леонелю явно наплевать на всю ту чепуху, что я ему когда-то наговорила. В противном случае он бы на нашу встречу иначе реагировал. А он волнуется. И это безумно приятно.

— Так что же произошло между тобой и Катериной? — интересуюсь.

Ну, он и рассказал, и я такой дурой себя почувствовала, каких поискать. Вот же, бывают совпадения. Конечно, нельзя исключать того, что Леонель лжёт, но какой в этом смысл? Да и не расходятся его слова со словами экономки. Всё же сыграли роль мой, отнюдь не дружелюбный, настрой в тот момент и её отношение к императору. Вернее, даже не к императору как таковому, и не как к личности в целом — вряд ли слуги настолько близко знакомы с Его Величеством, а как к мужчине, изрядно досадившему женщинам нашего рода. И как итог, имеем то, что имеем.

— А моим предшественникам ты рассказывал эту историю? — интересуюсь.

— Естественно, как и моим доверенным лицам. Думаю, от твоих соотечественников информация и просочилась в народ. За своих я уверен, они бы не стали такое разглашать.

— Мои вельхоры могли с кем-то поделиться наблюдениями.

— Маловероятно. Они ведут затворнический образ жизни. Дань привычке, сформировавшейся ещё в те времена, когда они были лишены магии и считались изгоями. Лишь ваш управляющий иногда наведывается в столицу по делам, но он никому даже под пытками не расскажет о том, что происходит в поместье.

Вот же. Неприятно. За соотечественников неприятно. А ещё больше… Чёрт с ним, с Мэрионом. Перед Арлеттой очень неудобно. Как теперь выпрашивать у неё прощение? Где её искать? Хотя… Надо бы кое-что о ней выяснить.

— А Арлетта, её ты ко мне приставил?

— И в мыслях не было, — на первый взгляд, вполне честно отозвался Леонель. — Она появилась незадолго перед тобой. А к тебе её назначил мой секретарь. В конце концов, она с рождения владела магией, к тому же, Арлетта аристократка, образована, повидала мир, многое знает. В отличие от простых слуг, она реально могла помочь.

— Ты хорошо осведомлён о жизни слуг. Тем более недавно появившихся во дворце, — с подозрением произношу я.

— Какая же ты! Во всём видишь подоплёку. Ричард отчитался мне сразу, как только Арлетта появилась в замке. Он не мог не упустить из вида этот редкий случай, когда графиня подаётся в служанки. К тому же многим при дворе известно, что её и Мэриона некогда связывали тёплые отношения. Загадка лишь в том, почему у алтаря она выбрала другого.

При этих словах император невольно скривился, негромко буркнув:

— Попробуй пойми вас, женщин.

— Ясно. Прости за слишком поспешные выводы, — смущенно произношу я.

— Бывает и хуже, — усмехнулся Леонель, а мне в его интонации буквально послышалось «с вашей семьёй».

Тактичный. Но если бы и озвучил свои мысли, то был бы прав. Осудить его за это сложно, особенно, когда я узнала, что учудила Катерина.

И возникает вопрос: как исправить то, что она натворила? Да, теперь мне дословно известно проклятие «осчастливившее» Раментайль. Дело за малым — сочинить контрзаклинание, которое не принесёт ещё большего вреда, ну, и придумать, как его активировать без магии.

Одно ясно. Прежде надо посоветоваться с Витаэлем, чтобы в момент активации целитель был рядом со мной. И сделать это надо до полнолуния, потому что, как это ни печально, лично для меня «после», может уже не быть.

— Ты слышишь? — выдернул меня из размышлений голос Леонеля.

— Прости, задумалась, — не стала лукавить я.

— О чём именно?

— Как выпросить прощение у Арлетты. Как правильно составить контрзаклинание. Как его активировать без магии. Как…

— У тебя смотрю много этих «как». Давай остановимся для начала на уже озвученных.

— И?

— Что «и»? — вопросом на вопрос ответил Леонель, как-то странно глядя на меня, отчего хотелось лужицей расплыться или отдаться ему прямо здесь и сейчас.

— Ну и как решать мои первостепенные «как»?

— С Арлеттой всё просто. Она там места себе не находит. Мэрион утешает её как может, но… В общем, просто позови обратно, — говорит он, взглядом указывая на артефакт связи.

— Так она же не сможет пройти сюда…

— По приглашению сможет. И… Ну если тебе не сложно, открой доступ для Мэриона и Владисвета. Они мои самые доверенные лица, не считая секретаря. Их помощь и совет нам не помешают.

Это «нам», совершенно неожиданно согрело душу, дав понять, что я окончательно и безоговорочно прощена. Захотелось запрыгать от счастья, по-детски хлопая в ладоши. Но сдержалась. Хватит, я и так сполна начудила в его присутствии. Неизвестно, какая капля станет последней и решающей на весах его хорошего отношения ко мне. А мне не хочется, чтобы это произошло, чтобы он отвернулся, стал избегать моего общества.

— Зови уже, — усмехнулся император, видя, что я нервно тискаю в руке амулет связи. — Остальное все вместе и обсудим.

С недоверием взглянула на императора, чувствуя себя ребёнком, которому позволили забрать с прилавка магазина понравившуюся игрушку. Леонель кривовато усмехнулся одной стороной рта, и кивнул, будто подталкивая меня к решительному шагу. Стоит ли говорить, что я тут же активировала амулет связи?

— Арлетта…

— Лара? — в голосе подруги послышались искренние радость и волнение.

Вот как ей это удаётся? Всего одно, короткое слово, а столько в нем информации… Я поняла, что не просто прощена, что на меня и не обижались. Что она всё это, пусть и недолгое время переживала, надеялась, что я осознаю свою ошибку. И от понимания всего этого на душе так легко стало, будто давивший до этого груз свалился.

— Прости, — произношу. — И вернись. Мне тебя очень не хватает.