Глава 27

Кожа в местах, где касался меня губами Марс, начинала гореть. Чьи-то пальцы были крепко переплетены с моими…

— Расслабься, — прошептал Ветров мне в губы тихо, но через шум воды я сумела расслышать это, как и то, что Марсель произнес: — Сладкая…

Возбуждающие прикосновения становились все откровеннее, а желание все сильнее. Наши тела были по пояс в воде, но это никому не мешало. Напротив, в эту минуту все казалось настолько идеальным, что не хотелось прекращать все то, что происходило.

Невероятно прекрасное место у шумящего кристально-чистого водопада, двое потрясающих мужчин, которые вскружили мне голову. Разве может быть прекрасней?

— Не честно, — выдохнула, выгибаясь. — Грязно играете, мальчики… — добавила, прикусив нижнюю губу, ощущая то, как под водой мужчины умело ласкаю мое лоно, пытаясь возбудить еще сильнее.

— Важен результат, а не методы, — усмехнулся Чернов, заставляя откинуться ему на грудь и ждать новой порции ласк.

— Я же просила не искушать… — стала стонать, чувствуя, как Макар начинает проникать в меня своим каменным стояком. — Просила же, — снова прикусив губу, закрыла глаза, понимая, что сейчас бесполезно противостоять им и своему дикому желанию, которые способны вызвать только они. Только эти двое безбашенных привлекательных мужчин.

— Мы лучше знаем, что тебе нужно, — прикусив мое ушко, произнес Марсель и стал пристраиваться ко мне сзади, желая наполнить собой, как это уже сделал Макар.

— Всевышний, — задохнулась от ярких ощущений, когда двое мужчин оказались во мне одновременно. — Невозможно просто… — стонала в голос.

Мне было так хорошо, что я не могла думать и говорить, а только издавать протяжные гортанные звуки.

Прикрыв глаза, я не видела что происходило, только чувствовала. Но мне и этого было достаточно, чтобы оказаться на самой вершине наслаждения.

— Аааах, — вскрикнула, когда кто-то из них стал ласкать мою налившуюся возбужденную грудь.

Дыхание перехватывало от того насколько умело мужские пальцы терзали мои каменные горошинки, а движения внутри меня становилось сильнее и развязнее.

Потерялась в реальности. Мычала, всхлипывала, кричала от удовольствия, пока не ощутила сильнейший оргазм, из всех что когда-то вообще испытывала. Разрядка через мгновение накрыла и мужчин.

Волна удовольствия будто захлестнула нас и потащила за собой по волнам дикого экстаза.

Это было великолепно. Мощно. Ярко. Непередаваемо…

Тело продолжало биться в конвульсиях, вызывая во мне надрывный стон наслаждения и мысль, что эти двое созданы для меня одной. Чтобы дарить мне неземное удовольствие, от которого я не откажусь. И мне плевать, кто обо мне что подумает!

— Ого, какой он у них огромный! — выпучив глаза, смотрела на тотем, деревянную фигуру божества. Хоть на улице стало уже очень темно, такую громадину я все же не пропустила.

Вернувшись обратно в деревню, нас проводили к костру, где во всю танцевали и стучали в барабаны участники обещанных для нас действ. Первое, что бросилось в глаза — это статуя какого-то предка, при виде которого я не сдержала эмоций.

— Когда ты говоришь огромный, ты что имеешь в виду? — ухмыльнулся Марсель, обнимая меня за талию.

— Ну, котека у него тоже ого-го себе, а вообще я о размере в целом, — смеясь, ответила ему, не желая разрывать наши объятия.

У водопада я твердо решила, что перестану избегать мужчин. Стану наслаждаться их присутствием и тем, что они могут мне дать.

А чувства? Ну, они никуда не исчезли, а даже усилились. Но, как бы ни прискорбно было осознавать, будущего ни с одним из них мне не светило.

Марс и Макар навсегда останутся в моей памяти как одно очень приятное приключение, о котором буду вспоминать темными одинокими ночами.

А пока… я буду создавать те самые воспоминания…

Начало уже было положено у водопада. На берегу у воды мы втроем придавались плотским утехам, о которых вслух было стыдно сказать, но вспомнить будет очень приятно.

— Где ты ходишь? — спросила блондина, когда он уселся по правую сторону от меня и оставил страстный поцелуй на моих губах. — Весь вой и пляски пропустишь.

— Приятно знать, что ты беспокоишься обо мне, — улыбнулся он и стиснул в своих объятиях.

— Задушишь, — пискнула я, но не стала сопротивляться.

Вот так и начались наши тройные отношения, о которых мы негласно договорились у водопада.

Меня все устраивало, а вот что думали на этот счет парни, меня не беспокоило.

Если кому-то что-то не устраивало — мог не участвовать. Никто насильно никого не держал. Но судя по молчанию моих спутников, все было супер!

Никто никому не дерзил и не подкалывал, а самое потрясающее было то, что все мужское внимание было направлено на меня, любимую.

— Ветров, — рыкнул Марс. — Ночью тискаться будете. На нас все смотрят.

Макар нехотя выпустил меня из оков, но присвоил себе мою руку, которую крепко сжал в своих ладонях.

Кайф! Какое же удовольствие быть желанной… и чего я раньше упиралась, спрашивается?

Спустя пару минут, к нашей троице присоединился Адэр и стал объяснять нам происходящее на понятном нам языке.

Оказывается большая деревянная фигура, что находилась у костра, была божеством Дема. В племенах подобно этому был распространён тотемизм, и они страшились и поклонялись ему. По-моему мнению это самое божество больше смахивало на какое-то животное, нежели на человека. Сдается мне, их где-то жестоко обманули.

Как оказалось, те звуки, которые издавали мужчины в перьях, вовсе был не вой, а ритуальная песня. С минуты на минуту должны были начаться главные действия, из-за которых мы и собрались.

Из рассказа Адэра местных жителей хлебом не корми — дай посоревноваться в танцах, песнях, в умении охотиться и стрелять.

— Зрелище конечно запоминающееся, — шепнула парням, оценивая это место как точку, куда можно привлекать туристов.

— Согласен, — кивнул Ветров, внимательно следя за происходящим. — Воины с традиционной раскраской на теле и церемониальных масках. Атмосферно…

— А мне этот вой уже порядком за. бал, — недовольно проговорил Чернов.

— Я работаю в хору. Все орут и я ору, — засмеялась я. — Как думаете, вообще туристам будет интересно такое?

— Посмотрим, — отмахнулся Марсель, но по его тону было понятно, что он не в восторге.

Люди издавали фырчаще-кричащие звуки, от которых становилось даже смешно, и на ум пришла одна история.

— О, у нас во дворе в детстве была бабка. Все звали ее Скутер.

— Почему? — с интересом спросил Марс.

— А у нее была внучка Фаина и она, выходя на балкон, всегда орала “Фаяяяя!” — засмеялась, вспомнив, как это забавно звучало.

Вот эти пернатые сейчас на нее смахивали. Ну, ни дать ни взять — Скутер!

— Блин, я сейчас сам заору Фаяяя, — усмехнулся в ответ Марс. — Эти барабаны словно по мозгам мне бьют. Так и подмывает у них эти палки забрать и в костер бросить…

Только я хотела ему ответить какой-нибудь забавной фразочкой, но слова застряли в моем горле, увидев приближающегося к нам старейшину Алба.

Сказав пару слов Адэру, он развернулся и скрылся в темноте, поселяя во мне нехорошее предчувствие.

— Алб хочет поговорить с вами, — сказал он моим спутникам. — Без женщины.