Глава 20

Александр

— Как…Как сбежала? — не верю своим ушам. Быть такого не может… Она…она не могла.

— Вот так, Саш. В тот вечер, незадолго до взрыва на камерах было видно, как она выходит с территории дома и убегает в лес, — в сердце вонзаются тысячи стрел. Я его будто не чувствую больше, настолько ему больно. — На самом деле насчет нее всплыло очень много интересных фактов. Но я не уверен, что сейчас самое время тебе об этом рассказывать. Тебе нужно восстановиться.

— Говори. Говори все, как есть, — безжизненным голосом отзываюсь я. В груди ноет так сильно, что с трудом получается дышать. Нервная система отказывается принимать смысл его слов. Я не верю, что она могла так подло со мной поступить. Только не она… Но то, что заявляет мне дальше Вадим подвергает меня в еще большой шок и одновременно добивает намертво.

— На самом деле зовут ее вовсе не Маша. Ее настоящее имя Савельева Маргарита Николаевна, но думаю тебе все равно это ничего не говорит. Она приехала к тебе с липовыми документами. Судя по всему, кто-то из твоих недоброжелателей подослал ее к тебе.

— Известно, кто подстроил этот взрыв? — обреченно хриплю я. Услышанного уже достаточно, чтобы сердце разорвалось на куски. Но это еще не конец.

— Есть предположение. Скорее всего это тот же самый человек, что и… — делает паузу, обдумывая что сказать дальше.

— Я понял, тот же самый человек, что и подорвал мою семью, — глухо выдаю, не дав Вадиму договорить.

— Верно мыслишь. Судя по фактам, которые я все это время исследовал… — воцаряется тягостная пауза.

— Господи, Вадим, да не тяни ты! — отчаянно мычу. Его эти паузы словно медленный яд действуют на мой организм.

— Эта самая Маша, то есть, Рита…вполне вероятно, что взрыв подстроила именно она.

Тяжело, шумно и отрывисто дышу. В голову взрезается мысль, что лучше я бы умер. Потому как слышать эти слова — хуже смерти. Гораздо хуже. Мое сердце рвется в клочья. Та, которую я любил всем сердцем, ради которой был готов на все, с которой собирался связать свою жизнь… она меня предала. Подло и гнусно.

— Кто еще из наших выжил? — с надеждой спрашиваю. Во рту пересохло, язык намертво прилип к небу. Сознание плывет.

— К сожалению, больше никто, — опустив голову, обреченно произносит.

Оба молчим какое-то время. Боль расползается очагами по телу. Сердце отказывается работать. Мозг также отказывается принимать суровую правду.

— Мне жаль, что так вышло… — растерянно произносит Вадим, видя мою печаль. — Что планируешь делать?

— Известно что-нибудь о ней?

— Пока нет. Эта сука хорошо спряталась. Ни единой зацепки. Можем, конечно, подключить следствие, но сам знаешь как они работают, — сухо заключает.

— Не нужно пока никакого следствия. Я сам…я сам найду эту дрянь. Она заплатит за то, что натворила, — сурово проговариваю, устремляя взгляд в потолок. Пытаюсь встать с постели, но тело меня не слушается.

— Стой, куда ты собрался?

— Домой.

— Сдурел что ли? Тебе нужно для начала прийти в себя! — возмущенно бурчит Вадим, подойдя ко мне и схватив за плечо, тем самым заставляя обратно лечь в койку.

— У меня нет времени на то, чтобы приходить в себя! — взрываюсь я.

— Послушай, я понимаю тебя. Ты такое пережил, и тут опять… Я представляю твои чувства сейчас. Понимаю, как тебе тяжело. Поэтому и не хотел тебе сразу говорить, зная, что ты не сможешь просто лежать без действий. Но ты должен в первую очередь подумать о себе. Окрепнуть. Чтобы будучи здоровым найти этих тварей и наказать за все, что они сделали, — присев рядом со мной, успокаивающим тоном произносит Вадим. И я слушаюсь его. Вздыхаю с надрывом, сжимаю кулаки. Но он прав.

— Ладно. Пока буду здесь, подключи всех, чтобы ее найти. Любую мелочь, любую малейшую информацию сразу выкладывай мне!

— Хорошо, брат. Все сделаю. А теперь тебе пора отдыхать. Уже поздно. Спокойной ночи, — с этими словами Вадим ободряюще хлопает меня по плечу и выходит из палаты. А я остаюсь наедине со своими мыслями. И понимаю, что теперь ни одна последующая ночь в моей жизни уже не будет спокойной.