Глава 28. Непристойная тайна матери

Грейс пристально посмотрела на племянника, затем закрыла глаза и театрально рассмеялась!

И без ремарок понятно, она ждала этого момента так долго, что теперь наслаждается каждой секундой!

— Он был моим! Моим! Но я сирота, приживалка в доме старших Бэкетов, сестра с пустым карманом. Прямо как ты сейчас!

Она снова рассмеялась, но тут же скорчила гримасу боли. Демонстративно накапала в тусклый стакан вонючие капли и выпила.

Эндрю поморщился, они обе ненормальные в своей злобе и ненависти друг к другу и Грейс, и Гвинет.

— Что значит твой?

— Мой жених! Мы встречались, но под присмотром наставницы. Пока твоя мать крутила хвостом в Лондоне, и не просто крутила. У неё был пошлый роман с военным, да высокопоставленный и знатный, говорили, что очень красивый! Но ЖЕ-НА-ТЫЙ! Понимаешь? Женатый! Это позор. Твой дед силой приволок красотку Гвинет домой. И она уже оказалась порченой!

— И?

— Я не знаю, чей ты сын! Но сейчас этого генерала нет в живых. В Ирландии были беспорядки, и склад с порохом и вооружением взорвали боевики, он и ещё многие военные погибли.

— А мой отец, кто он? И почему выбор пал на Оливера Бэкета?

— Оливер был молод, красив, с небольшим, но стабильным доходом. Меня быстро сослали в Шотландию в тётке Хизер. Держали взаперти почти год. А моего жениха охмурила Гвинет, он был невинным! Как и я, молодым, невинным мальчиком. Она задрала перед ним юбку и всё... Старая няня клялась, что ты родился недоношенным, и на своего «отца» мало похож.

Лорд Бэкет от неожиданности плюхнулся на скрипучий, дырявый диван. Слишком много потрясений для одного дня! Но мать!

Она же строила из себя праведницу. А сама не лучше Дороти? Такая же дешёвка?

Инес в сравнении с ней — ангел, вышла замуж девственницей и точно никогда не изменяла, всегда была честна и откровенна. А мать её ненавидела или завидовала?

Он обхватил голову руками, не в силах справиться с волнением.

— И почему ты молчала? Почему не...

— А что мог сделать Оливер? У него семья, ты, обязательства, служба в департаменте. Он жил в Лондоне, вы в провинции. Развод — это позор. Он просто отделался от Гвинет, сослал вас в имение. А жил с молодой женщиной, и у него есть ещё незаконнорождённый ребёнок, его родной ребёнок! Подозреваю, что он приехал к твоей матери требовать развод, но она его отравила, — тётя достала нюхательный табак и вложила в одну ноздрю, чтобы как следует чихнуть на всю эту грязь, что сейчас приходится расхлёбывать.

— Имена! Назови мне имена!

— У меня плохо с деньгами! — коротко ответила и выжидательно замолчала, снова скривив недовольное лицо.

Бэкет молча достал чековую книжку и вписал сумму, оторвал и протянул.

— Это цена одного имени, а у меня есть ещё два письма моей шлюхи сестры к тому генералу, я их даже не вскрывала, это моя месть. Я ждала больше тридцати лет и цена теперь за мою растоптанную жизнь в пять раз больше, чем этот чек!

Бэкет молча снова открыл чековую книжку и вписал новую сумму. Протянул, а потом отдёрнул, но Грейс успела заметить цифру. Глаза загорелись, но она молча вышла из комнаты. Через несколько бесконечных минут вернулась с внушительной старинной шкатулкой. Повернула маленький ключик и достала пачку писем, перебрала их и, наконец, улыбнулась, найдя нужные.

— Они долго ждали своего часа!

— Или выгодного покупателя, вы, тётя, мало отличаетесь от матушки, такая же подлая натура! — Эндрю выхватил письма, но чек не протянул.

Грейс зашипела на него как дикая кошка, но поняла, чего от неё ждут:

— Имя сожительницы Оливера Бэкета Лаванда Камю, скажите, какая комедия, она тоже француженка, именно поэтому твоя мать ненавидит Инес Лотрек и твой разум отравила, она же постоянно капала тебе «яд» в уши, что Инес ужасный выбор! А я удивляюсь, почему ты жил в полном неведении, наивный, глупый мальчик! — Грейс рассмеялась и, воспользовавшись замешательством племянника выхватила чек. —А теперь проваливай из моего дома, я уезжаю в банк, обналичить подачку, иначе знаю я вашу подлость, отменишь и ограбишь несчастную тётку.

Её ведьминский смех и беззубый рот заставил Бэкета вздрогнуть, но он, не теряя ни минуты и не прощаясь, вышел на свежий воздух. Противный запах в доме Грейс уже успел впитаться в одежду. В бардачке автомобиля есть небольшой флакон с мужским одеколоном, лорд нещадно брызнул на себя аромат с цитрусовыми нотками, тоже не шик, но и не вонь тётки.

Выдохнул и, сидя в автомобиле, открыл первое письмо матери.