Глава 20

Ангелина

Уткнувшись в монитор компьютера, я моделировала новый проект, ну или пыталась делать это, когда мой телефон неожиданно ожил. Прошло несколько дней, как собрав все свои вещи, уехала из квартиры Дани. И вот сейчас, смотря на дисплей, где высвечивалась его фотография, закусив до боли губу, не решаясь ответить.

Сегодня утром, он прилетел, и скорее всего, обнаружил мою записку и пустую квартиру. О том, что ушла так, не сожалела, слишком велик был страх за ребенка, которого с такой любовью ждала.

Какими бы не сложились наши отношения сего отцом в будующем, ребенка уже любила всей душой и с нетерпением ждала. Фотографии с места аварии родителей приходили регулярно, напоминая мне о прошлом, и заставляя волноваться о будущем. Пусть я и останусь матерью одиночкой, без любимого человека, зато сохраню, самый дорогой подарок судьбы.

Телефон перестал вибрировать и вздохнув с облегчением, подумала, что стоит прислушаться к совету Оли и сменить номер. Теперь, глупо сожалеть о том, чего не сделала раньше. Закрыв ящик стола, снова погрузилась в работу, которая спасала меня в эти дни от депрессии.

В компании Константина Сергеевича, отца моей лучшей подруги, работалось легко. Хоть мне и приходиться допоздна засиживаться за документами, доказывая свой профессионализм и способность самостоятельно вести проекты. Но в глубине души, испытывала радость и облегчение.

Сотрудники приняли меня равнодушно, изредка бросая заинтересованные взгляды, но и с этим я научилась жить. Телефон еще несколько раз, извещал о входящих звонках, но я так же продолжала упорно игнорировать его.

Скрываться долго не получиться, город у нас не такой большой, чтобы с легкостью в нем можно было бы затеряться. Да и Даня не такой человек, если ему захочется, он найдет меня везде, где бы я не спряталась.

Весь день, мучилась и терзалась, раздираемая противоречивыми чувствами. Понимала, что поступаю трусливо, вот так толком не объяснив, разрывая отношения с любимым, но иначе поступить не могла.

К концу рабочего дня, накрутила себя так, что практически не соображала, руки тряслись, делая ошибку за ошибкой. Выключив компьютер, опустила голову на руки и тихо завыла, не сдерживая слез.

Больно, горько и обидно от своего бессилия, подчиняясь дикому страху, ненавидела себя за слабость. Наплакавшись, достала из сумочки зеркальце и влажные салфетки, привела себя в божеский вид и отошла к окну.

Девочки, работающие со мной, убежали домой, и оставшись в кабинете одна, позволила себе расслабиться. В глубине души, еще теплилась надежда, что Даня, не отступится и вопреки всему мы будем вместе.

Но вместе с этим приходил и дикий страх, не столько за себя, сколько за ребенка. Тяжело вздохнув, собрала сумку и вышла из кабинета, запирая его на ключ. На крыльце, поежилась от прохладного ветерка, запахнув кофту, поспешила к остановке.

Возле дома остановилась у киоска и прикупив хрустящего печенья, предвкушала, как буду лакомиться полюбившейся выпечкой, поспешила домой. Но как только я переступила порог квартиры, меня в оборот захватила Оля, засыпав вопросами о Дане.

Раздраженно скинула обувь, молча прошла на кухню, ставя покупку на стол.

— Лина, ну что ты молчишь?!

— Ничего.

— Как ничего, ты собираешься с ним говорить?!

— Нет. Не знаю. Еще не решила.

— Почему?! Ты о ребенке подумала? — Не унималась подруга.

— Откуда знаешь? — Хрипло произнесла, впиваясь взглядом в её лицо.

— Случайно увидела твою карту, когда ты забыла ее на столе.

— И молчала? — удивленно спросила я.

— Да. Ждала, когда сама расскажешь. Даня знает?

— Нет.

— Кто бы сомневался?! Лина, о чем ты только думаешь?!

— В первую очередь о ребенке, а потом уж о себе.

— Ты должна ему обо всем рассказать, он имеет право знать. А там разбирайтесь сами.

— Прости, что сразу не сказала.

— Ладно, проехали. Я буду крестной. — Распечатывая коробку с печеньем, произнесла Оля.

— Куда уж без тебя.

— Отцу ребенка не забудь рассказать о своем интересном положении.

— Разберусь, — буркнув в ответ, потянувшись за понравившимся лакомством.

Как только отправила воздушное печенье в рот, зажмурилась от удовольствия. Н-да, с таким аппетитом, и изощренным вкусом я быстро наберу лишний вес.

— Ну и пусть, — пробурчала себе под нос, отправляя очередное лакомство в рот.

Красоваться особо не перед кем, а себя я буду любить в любом виде, подавив в себе чувство жалости, положила в рот еще одну печеньку. Хватит рыдать и жалеть себя, ведь знала, что так будет и все равно позволила окунуться в отношения.

Не просто окунуться, а броситься в омут, причем позабыв обо всем, но не жалею. Пусть сейчас и не вместе, зато я знаю что значит любить и быть любимой.

Уже в комнате, сменив офисную одежду на домашнюю, присела на край кровати, взяв в руки телефон. Несколько раз, проводила пальцем по экрану, но смелости набрать номер Дани, так не хватило.

Глупое девичье влюбленное сердце, отказывалось верить, что для него я была всего лишь временное увлечение. Нет, он любил меня, я чувствовала это, но все равно ушла, оставив после себя глупую записку.

Все мое существо рвалось к нему, хотелось наплевать на все, только бы снова ощутить его крепкие объятия и поцелуи. Но, почему — то снова прячусь в квартире подруги. Постоянные вопросы и сомнения, не дававшие покоя, изматывали и без того израненную душу.

Почему я не могу довериться ему? Если мои чувства взаимны, почему же я не могу все рассказать? Каждый раз, когда пыталась сказать о ребенке, слова, как нарочно застревали в горле, и я молчала. Что — то каждый раз останавливало меня, вот только что и почему?

Не понимала, что мешает довериться самому близкому и родному человеку? Или Даня не смог стать для меня таким человеком? Тогда зачем я позволила нашим отношениям зайти так далеко? Голова шла кругом, и чем дольше я думала, тем сильнее раздражалась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сомнения и страх, окончательно завладели моим существом, и я не понимала, что мне делать дальше и как поступить. Телефон, продолжал молчать, а я пялиться на него.

Запуталась. Во всем. Сейчас, все происходящее со мной, напоминал жуткий кошмар, в котором я барахталась словно букашка в луже. Хотелось, вернуть свою спокойную жизнь и счастье, но я не знала как. Возможно знала, но боялась, страшно снова ошибиться, и поставить под угрозу новую жизнь зародившуюся во мне.

Я не имела права рисковать, и если для благополучия ребенка, необходимо отказаться от его отца, то сделаю это, как бы больно и мучительно не было. Приняв для себя сложное решение, достала из сумки блокнот и ручку.

Новая работа у меня уже есть, осталось найти квартиру, сколько можно злоупотреблять гостеприимством Оли? Пора становиться самостоятельной и самой нести ответственность не только за себя, но и за будущего ребенка.

Весь оставшийся вечер, усердно искала жилье, выписывая нужные адреса и телефоны, вежливо отказавшись от ужина. Подруга умчалась на свидание со своим парнем, и воспользовавшись ее отсутствием, занялась поиском.

С удовлетворением посмотрела на результат своих трудов, отложила в сторону блокнот с написанными адресами, потянулась, разминая затекшие мышцы. Завтра, по максимум обзвоню, выбранные варианты, и если повезет, к выходным перееду в съемную квартиру.

Довольная проделанной работой, убрала блокнот в сумочку, чтобы Оля не сунула свой любопытный носик. Мне и так придется повоевать, отстаивая право на отдельное проживание. А может быть, предложить переехать вместе со мной? Было бы здорово, жить как раньше. А что? Отличная идея! И вдвоем не так одиноко будет.

Воодушевившись, побрела на кухню, чтобы чего нибудь перекусить. В квартире тихо, а это значит, что ее хозяева в своей комнате, спокойно включила свет и открыла холодильник. Пока нарезала колбасу и сыр для бутербродов, не заметила, что у меня появилась компания.

— Ох, Лина, Лина, опять ешь в сухомятку?! Ох, и нравы у вас молодых! — Воскликнула Ирина Александровна, мама Оли.

— Да не хочется, Ирина Александровна. — Смущенно ответила я.

— Сколько ты с моей дочерью дружишь? А все по имени и отчеству зовешь! Для тебя я тетя Ира, и не как иначе! Иначе обижусь!

— Хорошо.

— А теперь садись за стол, разогрею ужин.

Забрав колбасу и сыр, женщина достала из холодильника сковороду и поставила ее на огонь, деревянной ложкой помешивая содержимое. Мне осталось только смириться и устроиться на стуле в ожидании ужина.

Прекратив помешивать, мама Оли, достала тарелку и наложила огромную порцию картошки с мясом. Аромат еды, дразнил мое обоняние, желудок призывно заурчал, и я облизала губы. Тетя Ира усмехнулась, поставила передо мной тарелку и достала вилку.

Увидев порцию, удивленно посмотрела на нее и прошептала;

— Я столько не съем.

— Ешь, тебе сейчас, необходимо хорошо питаться.

— Оля успела разболтать? — спросила у неё, отправляя кусочек мяса в рот.

— Нет, и так видно. Это мужики ничего дальше своего носа не видят, пока их не поставишь в известность.

— Вы тоже думаете, что стоит все рассказать?

— Это твоя жизнь, и решать только тебе, как ты поступишь.

— Оля считает по другому, — задумчиво произнесла я.

— Оля. Оля твоя ровесница, и многого не понимает. Ты же не одна сотворила ребенка? Участие принимали двое, и ответственность нести должны оба родителя. Но в жизни ситуации разные бывают, и как поступать, решать только тебе, и больше никому. Ты можешь прислушиваться к советам, а можешь и нет.

За разговором, не заметила как умяла всю порцию картошки, посмотрев на пустую тарелку, смутилась, тетя Ира, прятала улыбку за чашкой чая.

— Спасибо, за вкусный ужин.

— Не за что, чай будешь?

— Нет, боюсь уже не влезет. — произнесла я, хлопая по животу.

Её задиристый смех, разнесся по кухне, наполняя теплотой и уютом, которого мне так отчаянно не хватало. Отсмеявшись, убрала за собой посуду и повернувшись, тихо подбирая нужные слова, произнесла:

— Я квартиру ищу, скоро съеду.

— Значит и Оля тоже, — со вздохом произнесла женщина, — Ну что ж, вы девочки уже взрослые, самостоятельные, и естественно должны жить отдельно. Сами строить свою жизнь, набивать шишки на ошибках. В любом случае чтобы ни случилось, вы всегда можете к нам вернуться, обе.

— Спасибо. — с трудом сдерживая слезы, прошептала в ответ.

— Иди, отдыхай. Я так понимаю у тебя завтра сложный день.

— Да, я наметила пару адресов.

— Когда планируете переезд?

— Ближе к выходным наверное, а Егор Дмитриевич не будет против переезда Оли?

— Даже если и будет, ты же знаешь мою дочь, она в любом случае настоит на своем.

— Это точно, прет как танк, не остановишь.

— Есть в кого, ее отец такой же! Только не хочет признавать этого.

Вытерев руки, вернулась в комнату, откинула покрывало в сторону и с наслаждением вытянулась на кровати. Натянув одеяло удобно улеглась и потянулась за телефоном, в надежде позвонить Даниле.

Дрожащим пальцем провела по экрану, нашла его номер и затаив дыхание нажала. Сердце глухо трепетало внутри, замирая от страха, но услышав вместо гудков автоответчик, нажала отбой и убрала телефон. Одинокая слезинка скатилась по щеке и смахнув ее, закрыла глаза.