Эпилог

10 лет спустя

Я вытянулась, насколько это было возможно в тесном салоне машины, и в который раз посмотрела на больничное здание, возвышавшееся в конце автостоянки. Глаза ослепили лучи солнечного света, отраженные бесчисленными окнами восьмиэтажной больницы. Теперь я медсестра. Я все изменила, и сама изменилась, кардинально.

Сощурилась, опустила солнцезащитный козырек, на секунду прикрывая глаза. Ночь была сложной, больные все поступали и поступали. Сейчас хотелось только спать.

Машинально провела рукой по лицу. За десять лет эта усталость стала приятной, от нее не хотелось сбегать или что-то менять в жизни, я довольна всем, что имею. В прошлом я ублажала всех, кого не лень, впуская в душу и держа дверь нараспашку. Теперь даже когда мне дико тяжело на работе, я не жалуюсь. Но и не подпускаю к себе близко…

Чертовски отличная идея — приехать сюда. Нужно было не бояться и не гнаться за любовью, а сразу уйти с родителями. И тогда не было бы зря потрачено столько времени.

Но прошлое последние десять лет сопровождало меня молчаливым призраком. Я изо дня в день недоумевала, как люди могут так калечить себя и других? Порой видела ужасные вещи, намного хуже чем то, что происходило со мной: изнасилованных девочек, которые хотели покончить жизнь самоубийством, избитых взрослых дам, которые терпят побои от своих мужей. Я старалась им помочь. Обычным словом, поддержкой и заботой. Каждый должен знать, что он не один в этом мире, всегда есть кто-то, кто сможет поддержать.

Временами казалось, что мое прошлое — жуткий фильм. Вот только кино заканчивается, а из памяти некому вырезать самые страшные фрагменты или остановить пленку в самый ужасный момент. Все было наяву, но спустя долгие годы я научилась с этим жить.

Я много размышляла о своей жизни и поступках. Пыталась понять, почему я так стремилась быть с Олегом? И в голове крутилось только одно объяснение, что это лишь наивность. Я с ним встречалась, будучи еще девочкой. И он так умело вешал лапшу на уши, что я даже не замечала, как теряла себя и плясала под его дудку. Я всегда была рядом с ним, близко, что даже нельзя было вздохнуть без него разрешение. Нельзя доверять… Нужно сразу убегать от таких людей, потому что кроме боли они ничего не принесут. Да, я не спорю он был рядом… Но эта ложь… про любовь, которой не было. Не существует ее между парой, где есть обман. Тем более если он женат. Он всегда будет выбирать с кем удобнее, а я пока он выбирал, столько слез пролила. Но оправдывала его, верила и прощала. А так нельзя… Рядом должен быть мужчина с сильным плечом, чтобы небо над головой не было в осадках. Нужно забывать, стирать и выкидывать…Не стоит губить себя, ради призрачной любви. Потому что настоящие чувства не бросают в объятия другого человека, не заставляют смотреть в окно и ждать хорошей погоды… Только повстречав Дениса я поняла, что такое жизнь. Что на Олеге жизнь не закончилась и не стоит все прощать одному, потому что другой будет хуже. Нет…

Хуже будет с обманщиком, от которого глаза постоянные мокрые…

Иногда я думала о Денисе, мне порой хотелось увидеть его, положить ладони на широкие плечи, уткнуться лицом в шею и вдохнуть неповторимый аромат. Эти воспоминания придавали сил идти к цели — забыть… И не позволяли сойти с ума. Мне предлагали родители поехать в Россию в отпуск. Но именно Денис заставлял серьезно задуматься о том, что я никогда не ступлю больше на ту землю. Даже если его там не будет. Я надеялась, что когда-нибудь мы с ним встретимся. И мое сердце не дрогнет так отчаянно, как когда он мне снился. Мой пульс не ускорится от его прикосновений и ласкового нежного голоса с небольшой хрипотцой. Но его тут не будет, ни сегодня, ни завтра — никогда. Уже десять лет прошло, а он не появился. Если бы нужна была, он бы пришел.

Я даже закурила, когда ночью сидела и тихо ревела. Когда спустя пару месяцев поняла, что не могу справиться, что хочу к нему. Я даже один раз собралась и поехала в аэропорт. Но меня что-то остановило, вся в слезах выбежала оттуда. Потому что я не нужна была ему. А сейчас возможно у него семья, дети. А может и любовница есть. Я себя убеждала и сейчас уже отпустила. И поняла, что пора бросать, когда неожиданно обнаружила, что, думая совершенно о другом, машинально ищу в кармане сигарету. Поняла, что пора выбираться из плена цепких пристрастий. Хватит зависеть от привычек, людей, порывов. И я это сделала. И пошла, учиться на медсестру, а потом устроилась в больницу.

Я освободилась, как только увидела, что мои воспоминания — бред воспаленного мозга, сон. Мираж, раздувшийся до огромных размеров из-за времени и расстояния. И обстоятельств.

Если бы Денис появился тут, показал себя, возможно, давно бы уже забыла о нем. И его образ не маячил бы постоянно передо мной. Нужно было, глядя в глаза, сказать все то, что я написала. А так получилось, что я не поставила точку, а просто пропала.

Но и с этим я справлюсь, возможно, это мой путь, моя расплата, которая будет длиться всю жизнь.

Я опустила боковое стекло и глубоко вдохнула тонкий аромат, исходивший от аккуратно подстриженных кустов.

Приехала домой закинула в себя завтрак на скорую руку, приняла душ и завалилась спать — я снимала однокомнатную квартиру на окраине маленького городка Франции и была счастлива. Никаких гектаров земли, множества комнат, а маленькое и уютное гнездышко. В полной тишине, отключилась и проспала до утра.

***

Утром приняла душ и поехала на работу, прихватив из кофейни свежий кофе.

Да, теперь моя жизнь проходит в таком графике: дом и работа — ничего лишнего, и нет времени даже думать над глупостями.

— Привет, как ночь? — спросила у медсестер на ресепшене.

— Хорошо, когда тебя нет, тут спокойно, Мишель. Ты хоть выспалась?

— Конечно, после дежурства я сутки только сплю и даже не просыпаюсь, — я подхватила папки с историями болезней, которые мне передали, и подмигнула девочкам.

— Удачи, сегодня уже трое приехали.

Ну вот, рабочий день и начался.

Аккуратно положила только что взятую пробу крови пациентки на стерильное стеклышко и запечатала его. И лишь после этого подняла глаза, чтобы выяснить, кто из медсестер вошел, не постучав и не дождавшись разрешения войти.

Ила — медсестра из регистратуры — была чем-то смущена, даже взволнованна, и это на нее не было похоже. Эта девушка единственная с кем мне приходилось общаться и Ила была действительно добрым человеком. Она молодая медсестра, мы вместе с того дня, как я решила устроиться сюда работать. Мало что могло вывести ее из себя, и во мне шевельнулось любопытство. Оттолкнувшись от стола, я встала.

— Что стряслось, Ила? Кого-то снова стошнило на стул в приемной? — пошутила, разное бывает, но тошнит регулярно кого-то и причем на мягкую мебель.

В последний раз, когда это случилось, химчистка не смогла спасти стул. Пришлось обить его заново. Учитывая непрерывный поток беременных женщин, которых я осматривала в последнее время, странно, что это не происходило чаще. Конечно, можно было бы натянуть полиэтиленовые чехлы, но эта не моя забота, а управляющего больницей.

Ила отрицательно покачала головой и ответила не сразу. Нерешительно взглянув на пациентку, она понизила голос:

— Там мужчина, он хочет тебя видеть.

Не так уж необычно. Я положила образец на стол рядом с наклейкой. Лаборатория забирала анализы в три. Не забыть бы отдать этот анализ девочкам, чтобы отправить его вместе с остальными.

— Он один? Или с кем-то, с женой, ребенком? — рассеянно спросила у нее, потому что слишком мало информации предоставила.

— Нет.

Я лишь пожала плечами, засовывая образец в мягкий конверт.

— Может быть, ему нужен главный? Почему я? Он назвал мое имя?

Не в первый раз Меня так подзывают. Тут имя Мишель очень популярно и чуть ли ни каждую вторую называют, ошибки случались регулярно.

— Я уже спросила об этом. Ему нужна ты.

Иногда мне приходилось развеивать страхи нервных мужей. Не все встречали беременность супруги с распростертыми объятиями. Некоторых мужей больше, чем жен, пугали месяцы неизвестности, что происходит с их женами или детьми. Кто-то просто расспрашивал о временном пребывание родственников. Случаев много, и этот не уникальный. Я решила, что смогу уделить посетителю несколько минут между пациентками, если у него немного вопросов. Иначе ему придется ждать конца приема.

Я отпустила девушку. Сняла одноразовые перчатки и выкинула их в мусорное ведро, вымыла и вытерла руки. Сейчас быстро с ним разберусь и дальше примусь собирать кровь у пациенток. А то еще на этаже много работы, всех больных нужно таблетками накормить.

— Так, Ила. Почему мне приходится все выпытывать? Он назвал свое имя? Просил что-то передать— спросила у Илы, когда мы вышли из кабинета и пошли к стойке регистрации.

— Нет, имя не говорил, но попросил сказать, что хотел бы еще раз попасть под дождь, когда у вас будет время.

Я задержала дыхание, сердце как сумасшедшее ударилось в ребра и от волнения забилось со скоростью света. Ноги сами по себе остановились, и мне сложно было сделать даже шаг. Я много раз представляла эту картину, но не думала, что это может произойти в реальности.

Однако и случайность исключается. Такое совпадение невозможно, я ни с кем тут не встречалась. И кто еще пригласил бы под дождь? Никто, потому что таких людей в природе не существует. Я так и не смогла подпустить к себе ни одного мужчину. Хоть и на работе красивые мужчины предлагали и в кафе пойти, и даже женится. Но нет… Я не могла… Я его ждала, а когда он пришел ко мне, не хочу видеть.

Я взглянула в сторону ресепшена, но матовая перегородка была закрыта… Едва различимые черты могли принадлежать кому угодно. Была маленькая, но вероятность, что это не он. А просто мужчина, который любит бегать под дождем. Или оригинально знакомиться — это же классика гулять под дождем.

Но силуэт однозначно принадлежит ему. Сейчас я готова была поклясться в этом.

Это был Денис.

Только в данный момент я не была готова развлекать призраков из своего прошлого. Мне надо справляться с пациентками и болью, которая режет сердце, а еще и со страхом.

— Этот мужчина, как он выглядит?

Ила вздрогнула, и я поняла, что держу ее слишком крепко. От страха я вцепилась в нее, даже не думая. Ила непроизвольно вздохнула, прежде чем ответить, и я знала ответ еще до того, как медсестра открыла рот.

— Резкие черты лица, но красивый. Очень красивый.

Именно так я и думала. Грубоватый, но красивый. Такой красивый, что все вокруг слюни пускают, даже Ила мечтательно закатила глаза и улыбнулась.

— Высокий, карие глаза, темно-каштановые волосы, тату на шее вроде пальмы?

Я сама не знала, почему спрашивала. Ведь это точно он, но я должна убедиться, а заодно и успокоиться. Ила напряглась и нахмурила брови.

— Да-да, тату крутое, — ответила она. — Ты его знаешь?

Ила спрашивала тактично и если бы я сказала друг, то тут же бы просила познакомить. Но не в этот раз.

— Прошлое, — прошептала, скорее, себе, чем подруге.

Все образы, все то, что он мне дарил… Ласку тепло, сейчас билось, крутилось и горело внутри.

А может, у меня что-то с головой? Надо бы провериться, у меня дикое состояние. И сейчас я не знаю зачем он приехал спустя десять лет? Может, отомстить пришел? Но не за что…

И все же, если вернуть прошлое, поступила бы так же, я бы вновь уехала. Сейчас я свободна, поэтому Мишель собралась. Это всего лишь прошлое, которое приехало сказать «привет». Не убьет же он меня… Я спасла от Олега его мать и его самого, ведь он угрожал его убить. Самое обидное, прошло десять лет, а я помню каждое слово и никогда не смогу забыть.

— Проводи его в смотровую. Я с ним там поговорю.

И не стала дожидаться, быстро ушла туда. Мне срочно нужно было выпить воды и промочить горло, от волнения язык прилип к нёбу…

— Так вот ты куда пропала!

Я услышала его голос, пока пила воду, и чуть не подавилась, но быстро взяла себя в руки. Поставила стакан и вышла из-за ширмы.

— Спасибо, Ила. Пять минут — и я вернусь.

Ила кивнула и убежала, но во взгляде я видела, что она жаждет подробностей.

Меня удивил странный взгляд Дениса. Что ему нужно? Но он молчал, только смотрел на меня, буквально пожирая глазами. Потер шею, поглаживая вдоль татуировки, а у меня даже пальцы стали зудеть. Будто я сама провожу по его коже, очерчиваю тату и чувствую шероховатость рисунка и мягкость кожи.

Нас разделял стол. Но темнеющее синее небо подчеркивало белизну его рубашки и блеск темных волос. Я скрестила руки в защитном жесте. и на долю секунды мне показалось, будто он ученик, пришел на ковер к директору. Слишком напряженная была ситуация…

Для меня.

Чары снова завладели мной. Он был так же прекрасен, как и тогда. Только сейчас стал еще прекраснее. Денис загорел, волосы стали длиннее. Плечи стали еще шире, руки мощнее, даже рубашка была на нем почти в обтяжку..

Он был еще красивее, чем запомнился, хотя это казалось невероятным. Черт его побери! Я начинала сходить с ума от одного его взгляда… Что-то в нем изменилось. Что-то появилось в глазах.

Страх?

Вызов?

Трудно разобрать.

Я не перестала его…

— Мне нравится эта клиника, — он кивнул назад, не сводя с меня взгляда. — Как ты? Как жизнь? — спросил он.

Я улыбалась, несмотря на то, что чувствовала себя сплошным комком нервов. Крепче сцепила руки и ответила в том же тоне: бодро, но с некоторым напряжением:

— Нормально, как видишь, сменила род деятельности. Как поживаешь?

Мне пришлось ждать ответа, пока он молча смотрел на меня. Понять его настроение было сложно, он сдерживал себя, но пришел не воевать — когда хотят причинить боль, рубят с плеча, а не спрашивают про здоровье и дела… Внутри меня разгорелся пожар.

Он взглянул на мою руку — кольца у меня не было, но то не говорило ни о чем, может быть, бриллиант, подаренный мужем, слишком велик, чтобы носить его в рабочие часы. Только он не спрашивал, замужем ли я.

— Ты вышла замуж, дети? Поздравления уместны? — его голос прозвучал глухо. Жизнь любит пошутить! Особенно надо мной.

— Это странный вопрос… — Я имею в виду свадьбу, когда люди женятся, а потом рожают детишек. Это в твоей жизни было? — спокойно пояснил Денис, и только привычная ухмылка появилась на его лице. От нее у меня чуть ли коленки не подкосились.

Я облокотилась о край стола, чтобы быть уверенной, что не завалюсь на пол.

— Нет, — эти слова давались мне с трудом. Но скрывать или говорить не правд я не могла.

Уже нет смысла и если он станет задавать вопросы, я отвечу на все.

— Денис, у меня много работы. Давай ты мне скажешь, зачем приехал, и разойдемся.

Пять минут давно закончились, слишком долго он прожигал меня взглядом и любовался.

— Хорошо. Но я не сейчас тебе скажу, а вечером. Ты свободна?

— Смена заканчивается в восемь. Мы можем встретиться за углом в кафетерии.

— Да, Мишель. До вечера.

Денис развернулся и вышел из кабинета.

И как мне теперь дожить до вечера, чтобы, наконец, узнать, что он хочет от меня? Как вообще вечером к нему идти и не дрожать от страха?

Или это уже далеко не страх?

Работать нужно работать и все…

У меня перехватило дыхание. Пришлось подождать минуту, прежде чем появились силы добраться до стола и телефона. Несмотря на прохладу в комнате, мой лоб покрылся испариной. Он ушел, а у меня опять ворох проблем. Стоило ему вернуться, как липкий ужас прошлого вновь овладел мной.

Весь день я как заведённая пробегала, старалась отвлечься, но, как назло, постоянно натыкалась на вещи, которые напоминали Дениса, и никак не могла сосредоточиться. Едва пробило восемь, я ушла из больницы. Даже девочки заметили странность, ведь раньше я никогда так быстро не убегала. А сейчас мне нужно было поскорее поставить эту точку, чтобы продолжить жить спокойно.

Я не стала переодеваться, как была в медицинской форме, так и осталась. Не хочу наряжаться, вдруг я изменю его планы или того хуже буду провоцировать. Сейчас просто пообщаемся, спросим, как у кого что….

И все …

Спокойно разойдемся, может, у него тут дело, или бизнес расширяет — вариантов масса. Не стоит надумывать заранее то, чего нет.

Мишель… Ты ничему не учишься. Все эти мысли в голове крутились и вертелись, как курица-гриль на вертеле. А у меня такое же ощущение, что мозги жарятся.

Я выдохнула и зашла в свою любимую кофейню. Народу тут было много всегда. Я подошла к стойке и заказала зеленый чай и пирожное. Осмотрела зал и увидела Дениса за столом возле окна. Он видел, что я шла. А я в своих мыслях даже по сторонам не смотрю.

Денис

Прошло десять лет. Долгих, не скажу, что мучительных, но весьма затянутых десять лет. Все это время я жил как во сне. Вся эта история походила на дешевую мелодраму, но никак не могла оказаться настоящей жизнью. Но спустя долгое время я понимал — эти кадры не кино, а самая настоящая жизнь.

Пусть моей ошибки нет, только по вине Олега сложилась так жизнь. Но если бы он тогда не нашел Мишель, я бы с ней не познакомился. А это означало лишь одно. Ему можно было бы сказать спасибо, но не такой ценой. Столько жизней разрушено по ошибке одного человека. И этот человек сейчас жестоко наказан.

Я долго представлял себе встречу с Мишель. И на самом деле боялся, что она замужем и у нее есть ребенок. Но удача оказалась на моей стороне. Хотя, если у нее за десять лет никого не было, то есть вероятность, что меня она даже слушать не станет. А просто пошлет.

Но и на этот раз Мишель удивила. Она спокойно ответила на вопрос, но руки ее подрагивали. Моя девочка переживала. Это могло означать, что она меня и правда любит, не забыла и не вычеркнула из своей жизни. Но разговора в больнице у нас не получилось, пришлось переносить все на вечер, это даже лучше. Мы не будем торопиться, а действительно поговорим обо всем. Об упущенном, о чем не получилось сказать до этого. Мне нравилось, где она сейчас живет. И то, чем стала заниматься. Эта профессия ей больше подходит. Помогая людям, она открывается совсем другим человеком.

Я привык быстро оценивать окружающую обстановку и приспосабливаться к ней. Двухэтажная кофейня была обустроена со вкусом, без показного блеска. Элегантность и класс, да и ароматы тут царили божественные — понятно, почему Мишель выбрала ее. Тут много людей. Девочка хочет обезопасить себя. Но я ее понимаю, она не знает, для чего я приехал и что хочу. Но это поправимо.

Уже восемь, и она должна прийти. Но даже если и опоздает — не страшно, десять лет ждал… И сейчас подожду.

Я увидел ее за витриной. Она шла задумчивая и не обращала ни на кого внимания, смотрела под ноги. Она выполняет свое обещание, и это радует. Спустя пять минут она подошла ко мне и поставила перед собой чашку и маленькое пирожное. На ней были светлые хлопковые брюки и облегающая кофточка с открытым воротом, на ногах — босоножки серебряного цвета, а в ушах — жемчужные серьги. Она выглядела скромно, но мне такой Мишель нравилась больше, чем если бы на ней было вечернее платье и дорогое украшение. Хотя что-то мне подсказывало, что в ушках у нее не просто бижутерия.

— Приятное местечко. Часто тут обедаешь? — буднично поинтересовался, все же ее нужно расположить к себе и понять, как она ко мне относится, а потом уже выкладывать, зачем я пришел.

— Да, постоянно. Тут всегда свежая выпечка и кофе отменный. На любой вкус. Люди сюда из многих уголков Франции приезжают.

Мишель, видимо, переживала, и ее голос слегка дрожал, но тем не менее она поддерживала разговор, а не просила просто объяснить цель моего визита.

— Это замечательно. Расскажешь, как ты?

— А что рассказывать? Я, как ты уже видел, работаю в больнице. Семьи нет, детей нет. Да и не нужно. Мне работа заменяет их.

Она говорила все это с толикой грусти или мне так казалось.

— А не хотелось за это время, все же десять лет прошло…

— Нет. Не хотелось… Наверное, я до сих пор расплачиваюсь за свою ошибку.

Мишель отвернулась от меня, всматриваясь в окно, а я все никак не мог ею налюбоваться. Она изменилась… Стала красивее, женственнее. И мне это нравилось, она сейчас вызывала во мне все те чувства, которые были тогда.

— Мишель…

— Денис. Погоди. — Она меня перебила, выставляя свою аккуратную тонкую руку между нами. — Зачем ты приехал? Для чего? Что ты хочешь?

— Я приехал за тобой.

Да, это именно те самые слова, которые я хотел ей сказать за все это время.

— Но как же? — кажется, Мишель была в растерянности, ее глаза расширились в удивлении.

— Что ты имеешь ввиду? — сложно догадаться, о чем она хочет спросить.

— Как же твоя жизнь? Не думаю, что ты за десять лет так и не завел семью. Или ты приехал предложить стать твоей любовницей? — она закусила губу и нервно стучала по краю стакана.

— Нет. На оба вопроса — нет!

Как ей вообще такое в голову могло прийти?

зная нашу ситуацию, это можно расценить, как шутку, сарказм. НО все равно, не в нашей ситуации так шутить.

— Тогда для чего тебе я? Денис, прошло десять лет…

— Да, Мишель. Прошло десять лет, а ни у тебя, ни у меня так и не появилось семьи. Скажи, почему ты так и не завела ее?

Меня немного стало выводить, что она хотела отстранить меня, но делала это неуверенно. Я понимал ее страхи, но уже пора перестать бояться.

— Я тебе уже отвечала. Не хотела…

— А вижу твою реакцию на меня… Мишель… Мне хватило времени понять, что нам пора уже обо всем поговорить и перестать сбегать и прятаться.

— Я не пряталась… Я всегда была тут.

Мишель отпила свой напиток и смотрела на меня, как кролик на удава, она сказала, что не пряталась… Но и не сказала, что сбегала.

— А почему сбежала десять лет назад? — мне хотелось услышать ее версию…

— Все очень просто. Мы с тобой не пара. Я тебе оставляла записку.

— Ах, да… записка… из которой ничего не понятно. Особенно если принять тот факт, что когда я вернулся, то ни тебя, ни Олега не было. Что я мог подумать? Только то, что ты с ним сбежала.

— Ну так и должно было быть. Ты же привез меня туда для этого.

— Я привез тебя туда для того, чтобы ты поняла, что он не твой мужчина. Что у него есть мать, и он должен перестать к тебе лезть. Потому что ты — МОЯ…

Так я видел эту ситуацию десять лет назад, вспоминая сейчас те чувства ярость во мне так и плещет.

— Денис…

Она сомневалась и не знала, как мне рассказать про маму.

— Я тебе расскажу одну историю. Это произошло недавно. Я уже вернулся домой и стал помогать матери в бизнесе, встал во главе, как и полагалось раньше. И ко мне в кабинет пришел Олег. Он был небрит, неопрятно одет и потасканный — в общем, побитый жизнью. От того мужчины, которым он был раньше, и следа не осталось. Я думал, пришел мне мстить или милостыню просить. Мать ему оставила лишь компенсацию ежемесячной выплатой. И все. Но это неважно, а важно то, что он мне тогда рассказал. Он толком так и не понял, как вы с мамой его обвели вокруг пальца. Но смысл был в том, что ты уехала с ним. Пришла, навешала лапши, как он крут, и уехала с ним развлекаться. А потом он ничего не помнит, только спустя время сопоставил факты и понял, кто его обдурил. Я не поверил вначале. Но на крайний случай решил поговорить с мамой…

Я прервался на секунду, ожидая хоть какой-то реакции Мишель, но она сильнее сжимала кружку. Довольно ли она была, каким стал Олег, сложно сказать. Мне кажется, сейчас она в полном шоке.

— Денис… Я не знаю, что сказать…

Как я и думал.

— Тогда я продолжу, чтобы раз и навсегда поставить в той истории точку. Я приехал домой и решил поговорить с мамой. Потому что, не скрою, она мне в самом начале сказала, что ты сбежала с Олегом. И я думал так долго, пока сам Олег мне не поведал эту историю. Хотелось узнать, правда, это или нет. Знаешь, она вышла замуж, в отличие от нас. Ее сердце не отказалось воспринимать любовь других людей. Возможно, потому она и рассказала полную правду. И она подтвердила слова Олега. И еще много чего сказала.

— Например? — хрипло спросила Мишель.

— Например, то, что ты уехала из города и забыла обо мне. Это был пункт договора. Она сейчас сожалеет о многом, но призналась, что поступила бы так же.

— Она твоя мать, и она защищала своего ребенка. Это понятно, — грустно ответила Мишель.

— Да, только знаешь в чем проблема? Я не ребенок, и сам вправе принимать решения, тем более в своей личной жизни. Почему ты мне все не рассказала? Сразу! Почему?

Я не понимал, это был единственный вопрос, который постоянно крутился в моей голове. Почему она ничего мне не сказала?

— Потому что… ты меня сам обманывал. И я была уверена, что не любишь меня. Да и вообще, о какой любви идет речь? Денис, мы с тобой провели вместе не так много времени…

— И ты у меня в голове уже десять лет! — крикнул я.

— Это просто остаток… — рассеянно ответила она.

— Это далеко не остаток. Это только начало. Я слишком долго ждал…

Мишель

Я была в шоке от происходящего. Во рту пересохло. Я запаниковала, что не смогу произнести ни слова, но приказала себе успокоиться. Будто я вернулась в тот сон, где все прекрасно и мы любим друг друга. Мне было сложно все представить и все понять, голова разболелась, хотелось сбежать на улицу подышать свежим воздухом. Теперь стены замечательного кафе давили на меня. Но если я сбегу, то это будет, то же самое, что и тогда. Денис прав, невозможно бегать, нужно решать сейчас все. Раз и навсегда.

— Я… хочу извиниться. Я тебя очень обидела тогда. Действительно сделала поспешные выводы. Но и ты пойми меня, по-другому просто не могла, — пора раскрыть все карты. И если я не скажу самого главного, то мы никогда не сможем все отпустить и идти дальше.

Денис смотрел на меня выжидающе, теперь его очередь расширять глаза в немом шоке. И, кажется, мне удалось его шокировать.

— Не просто поспешные, а прямо-таки стремительные, — прочистив горло, произнес Денис.

У меня сердце упало. Нет, он не походил на человека, перед которым стоило извиняться, да и на обиженного не походил. Это было нужно мне, но еще хотелось так много ему сказать, но не знала как.

— Я ошибалась.

— И что же заставило тебя передумать?

Резкий вопрос меня немного пугал, но я уже не остановлюсь. Он сказал, что знал, теперь моя очередь.

— Ты. Ты приехал сюда. Вот это и показатель, и твои слова. Твои глаза и твои…

— Понятно, — весело ответил Денис.

И теперь уже по-настоящему испугалась. Передо мной будто другой человек, веселый, озорной. Может, это его такая месть? Он решил сказать, что любит, и уйти…

Пусть. Зато я буду честна перед собой.

— И что же тебе понятно? Я люблю тебя, Денис. Так люблю, что мне даже немного страшно. Я боялась тебя потерять. Боялась, что ты не поверишь моим словам… И боялась сказать правду — вдруг что-то изменится в наших с тобой отношениях. Для меня они не ограничивались постелью. Я так виновата… И если бы тогда действительно пришла к тебе и рассказала все, то можно было избежать эти десять лет разлуки…

Пока я говорила, на лице Дениса отражались самые разные чувства, которые не могла понять, пока он не поднялся со стула и не подошел ко мне. Денис приподнял меня и сжал в объятиях.

— Маленькая, ведь я тоже тебя люблю. — Он перевел дыхание. — Как я переживал, что никогда больше не обниму тебя…

Он так крепко прижал меня к себе, что я едва не задохнулась. И не только от того, что сильно сжимал, а от радости. Дикого восторга и счастья…

— Ты простил меня?

Денис слегка отстранился и посмотрел на меня так, как смотрят только на самого близкого и дорогого человека.

— Ты же простила, когда я сделал поспешные выводы о тебе, правда?

— Да, но…

— Никаких «но». — Он умолк на мгновение, но после нескольких секунд продолжил: — Некоторые твои обвинения была вполне оправданы. Я специально уезжал — проверял тебя. Я думал, если поддашься Олегу, то у нас нет будущего.

— И в этом я виновата. Я не смогла уберечь наши отношения.

— У тебя не было выбора. Но сейчас это в прошлом, поэтому давай не будем вспоминать, а начнём писать нашу историю с чистого листа.

— Я согласна. Просто сейчас такое странное чувство… — оно и правда было странным и описать сложно.

— Как будто этих десяти лет и не было? — спросил Денис, продолжая держать меня в объятиях, а мне было так хорошо, хотелось, чтобы это продолжалось вечность.

— Верно, — улыбаясь, ответила Денису.

Это прозвучало так глупо, но это все что я могла произнести, в момент этого беспечного счастья. Он посмотрел на меня с нежностью, пробуждая во мне еще большую бурю страсти. Момент прощения и понимания — это то, чего так требовала моя душа. Вот так просто, всего одна встреча, один разговор — и чувства возродились, как птица феникс из пепла. И их огонь был настолько обжигающим и страстным, о таком я мечтать даже не могла.

— Ты еще что-нибудь хочешь знать про меня и Олега? — Спросила у Дениса, хоть он и знал, но не от меня.

Он погладил меня по щеке нежно, а в глазах было столько любви, что в моем сердце заполнялась пустота.

— Из его слов тогда, да и маминых я понял, что вы с Олегом были никем, он воспользовался тобой для достижения своих целей.

— Просто ты должен понять…

Денис приложил палец к моим губам:

— Не надо ни в чем оправдываться.

Он быстро поцеловал кончики пальцев, и осторожно отвела руку, мне кажется, сейчас уже тут неприлично стоять и можно уйти.

— Я не оправдываюсь, просто хочу объяснить. Мама так действовала только потому, что он угрожал твоей жизни, и я боялась, если что-то сделаю не так… Ты мог пострадать. И я с ним не спала. Не смогла бы… После того, как я полюбила тебя, уже ни с кем не могла.

— Ты необыкновенная!

И его слова были настолько искренними, что я уже не могла держать себя в руках. Обвила его шею и коснулась губами щеки.

— Нет, это ты необыкновенный.

— Знаешь, а я ведь не собирался тебя отпускать. Но, наверное, эти годы нам нужны были для того, чтобы стать такими, какие сейчас. А подраться мы еще успеем, нас многое еще, что ожидает вместе. — Голос Дениса был хриплым от переполнявших его чувств.

А я лишь несмело улыбнулась, все это было странно слышать. Я десять лет ждала и боялась. А увидев, поняла, что зря ждала. Но Денис прав, возможно, приди я сама, ничего бы не получилось. Приди он сразу, я бы убежала от него. Сейчас мы с ним вдвоем взрослые и пережившие те моменты люди.

— Правда? — Спросила у Дениса, чтобы еще сильнее почувствовать себя счастливее.

— Правда.

Он погладил меня по плечу и принялся водить пальцем по ключице, нежно, возбуждающе. По телу разлилась сладостная истома, и это еще мы не были в кровати. Что же будет, когда мы доберемся до дома?

— Пойдем отсюда. Я покажу, где живу. Но предупрежу — тебя это может удивить.

— Не стоит переживать, милая. Меня уже ничего не удивит.

Мы вышли из кофейни и прошлись по улице, Денис не предлагал взять такси, он шел и наслаждался прогулкой. Как тогда на юге. Только сейчас я была счастлива, меня не мучили призраки прошлого. Мы, наконец, обрели друг друга.

И только вошли в мое уютное гнездышко, я думала, что увижу разочарование, что оно слишком маленькое.

— Мне нравится, как ты устроилась. Тут ничего лишнего, все самое необходимое. Хотя, я думаю, что ты живёшь в больнице.

— Ты прав. Так я и жила, после ночной смены могла вообще сутки проспать, даже не поднимаясь.

— И тебе нравится?

Я понимала, к чему он клонил.

— Да, я люблю свою работу и не за что не откажусь помогать людям. Мне кажется, это мое призвание.

— А ты поедешь со мной?

— Мне сложно вернуться туда. Я всегда буду бояться, что вернется Олег и сможет навредить. А тут спокойна, уверена в завтрашнем дне. А там…

— Тогда останемся здесь.

Его губы коснулись моих в трепетном поцелуе. И касание было не диким, резким и болезненным. А чутким и чувственным. Маленькие искорки, покалывая, рассыпались по всему телу, пробуждая ту самую страсть, которая дремала все это время. Она спала, ожидая своего волшебника. И этот время настало, Денис как музыкант играл на моем теле очень виртуозно. Когда его шершавые ладони заскользили по моим обнаженным плечам, я не сдержала стон и крепко прижала Дениса к себе. Я не помню, как он снял с меня футболку и брюки… Этот момент просто вышибло из моей головы, но и вспоминать о нем не был смысла. Я находилась в своем маленьком раю. Где только он и я…

Денис поднял меня на руки и закружил, так, что все превратилось в сверкающую бриллиантовыми огнями карусель.

— Дени-и-ис, — простонала, едва сдерживая смех.

— Я люблю тебя, Мишель, и буду любить всегда.

Денис остановился возле кровати, и мы на секунду оба замолчали. И ни один не пошевелился. Мое сердце медленно и глухо отбивало ритм радостного ожидания.

Это финал? Это счастливый финал всей этой истории?

Мне сложно было поверить, но оно так и было. Денис поставил меня на ноги, и его ладонь с большой нежностью приподняла мой подбородок.

— Теперь так будет всегда, — видимо, почувствовав мое колебание, прошептал уверенно Денис.

И ни на секунду не усомнилась.

Он рядом, он со мной. Просто так люди спустя десять лет не возвращаются. А это значит только одно — мы семья.

Денис прильнул к моим губам поцелуем, в котором впервые ощутила не только нежность любовника, но и властность мужа.

— Скажи еще раз, — прошептала ему отрываясь от столь нежного поцелуя.

И Денис сразу понял, о чем я говорю, что прошу.

— Я люблю тебя, — тихонько отозвался.

— Еще, — с улыбкой, как кошечка, довольно промурлыкала.

— Я люблю тебя.

— И я тебя, Денис. Больше жизни, — уверенно, без грамма веселья, заявила ему.

Он сжимал меня крепко, сильно, почти до боли, но такой приятной. Его поцелуи менялись, то были неистовыми, торопливыми, с каким-то странным отчаянием. То нежными, тягучими, как сладкий сироп, а я все никак не могла насладиться. Я чувствовала каждую клеточку его разгорячённого тела, каждый сантиметр его обжигающей кожи, и плавилась от его рук.

Сильный ветер проник в комнату, настежь распахивая дверь маленького балкона. Я вздрогнула, испугавшись постороннего шума. Денис оторвался от меня, поднимаясь с кровати и подходя к двери. Небо стало серым и пасмурным, и через секунду крупные капли стали падать с неба.

Дождь…

— Не хочешь прогуляться под дождем, любимая?

Конец