Глава 26

Никогда еще в своей жизни Данилов не сохранял такого спокойствия. Словно не он находился сейчас в комнате, а кто-то чужой. Словно он взирал на все события со стороны.

Да, он готовился к этому моменту. Знал, что рано или поздно наступит день, когда он посмотрит своим врагам в лицо.

И это произошло. Однако сейчас, взамен ликования и эйфории от победы он чувствовал лишь необъятное желание закончить со всей этой грязью как можно быстрее и добраться до Джульетты.

— Ты слишком самоуверен, Данилов! — лениво протянул Тенюшин-младший, переводя взгляд с Джека на отца. — Всегда таким был. Я тебя с детства ненавидел.

— Я в курсе, не переживай, — усмехнулся Джек.

— Но знаешь, я не жалею ни о чем, — Николай понимал, что просто так ему не выкрутиться из ситуации, в которую попал. Знал, что Данилов очень долго готовился именно к этому дню, когда три его врага соберутся в одном месте. Но и сдаваться Тень не собирался. — Нужно было тебя прикончить, когда была возможность.

— Чего же не прикончил? — хмыкнул Данилов, прекрасно зная ответ.

Николай, как и Джек, взглянул на Василия Петровича. Мужчина, опустив плечи, внимательно вглядывался в лицо молодого человека, появившегося в его доме. Что-то человеческое все же проснулось в Тенюшине-старшем, и он провел рукой по старческому лицу.

— Мне жаль Милану, но ничего уже не вернешь, — как будто извиняясь, пробормотал Василий Петрович, а потом твердо взглянул на Джека: — Это я виноват в ее смерти. Я ее убил. Отомсти мне. Коля не виноват.

Данилов не верил ни единому слову Тенюшина. Но ему предстояло выяснить, кто из троих мужчин, стоящих сейчас перед ним, убил его мать.

О том, что смерть была не случайной, Данилов узнал много лет спустя. Когда дело о самоубийстве Миланы Тенюшиной, в девичестве Даниловой, уже было благополучно закрыто. Сам Джек, как только ему исполнилось восемь, был отправлен отцом в закрытую военную школу. А Эмма Савельевна — мама Джульетты, стала единственным посетителем, который навещал Джека в закрытом интернате. А после, когда генерал запретил общение — писала ему письма каждую неделю.

Это потом Данилов догадался, что Фарт его просто-напросто скрывал от всего света. В том числе и от самой Миланы. В то время Мила Данилова была красавицей, работала помощницей у Василия Тенюшина, который решил жениться на милой девушке, остепениться, создать семью. Характер у Василия Петровича был тяжелым. Но Милана могла найти подход к нему. У Василия был друг, Эдик Фарт, который помогал Тенюшину в делах, прикрывая махинации Васи своими погонами. Но Эдуард, встретив Милану, тоже захотел заполучить девушку. Но не в жены, а в постель. И у будущего генерала все прекрасно получилось.

Василий некоторое время переживал, что лучший друг сутки удерживал Милану в пустой квартире. Но потом обида прошла. Дело замяли. А на свет появился сын Миланы и Эдика — Джек. И как только мальчишка подрос — его благополучно выслали из города. А Милана, став Тенюшиной, жила в заточении, терпя выходки мужа и длинную вереницу любовниц, одна из которых и родила Василию сына Николая.

Спустя годы, когда Данилов получил боевой опыт, генерал взял его под свое крыло в спецотряд. Джек подозревал: Фарт просто боялся, что всплывут подробности его рождения, и предпочел держать его на виду, чтобы при необходимости контролировать. Но парню удалось узнать только то, что Милана погибла, бросившись с крыши семейного особняка.

На первый взгляд — самоубийство. Однако Джек, находясь на службе у Фарта, откопал много интересных подробностей. И тогда его перевели, сославшись на действующий контракт, и Данилову пришлось отслужить еще полгода в месте, о котором не хотелось бы вспоминать. Единственный плюс, которым он мог похвастать в то время — знакомство с Сибириным, переросшее в крепкую дружбу.

Джек уволился, вернулся на родину и начал брать заказы на работу, которую выполнял хорошо и чисто.

Он поддерживал общение с женой генерала, но избегал встреч с самим Фартом. Следил за Джульеттой, но больше из любопытства. Да, пару раз он думал, что Жуля вполне могла бы послужить тем рычагом давления, который можно было бы использовать в игре против генерала. Но как только Джек ближе узнал Джульетту, эти мысли исчезли. Да и не мог он так поступить из уважения к ее матери, ставшей Джеку другом.

— Она сопротивлялась и не хотела падать, — насмешливо проговорил Николай, убирая руки в карманы брюк. — Думаю, когда твоя сестренка мне надоест, я ее точно так же сброшу с нашей крыши, как и твою мать.

Джек готов был рвануть на Тенюшина, вколотить кулаки в его лицо, чтобы падла заскулил от боли и выплюнул бы все зубы вместе с кровавыми соплями. Но крепкая рука друга легла на плечо, останавливая.

— Спокойно, Джек, — пробормотал Сибирин, не выпуская плеча друга из захвата.

— Дядь Эдя, а ты знаешь, что твой сын трахнул твою дочь? — скалился Николай, намеренно провоцируя Джека на взрыв ярости. И он прекрасно видел, что если ответ на загадку гибели матери Джек почти нашел, то тема Жу-жу заставляла Данилова психовать и срываться. — Как думаешь, Данилов, она уже понесла от тебя? Не боишься, что родится какой-нибудь урод, такой же, как и ты?

Джек не мог больше бездействовать. Рванул вперед, сбивая с ног Николая, нанося сильные удары по корпусу и по лицу. Но и сам Тенюшин не сдавался без боя. Метил непосредственно в левое плечо, которое и сам же прострелил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Генерал Фарт грузно осел на пол, вдоль стены, как только услышал слова Николая.

Василий Петрович решил помочь сыну. И в последнюю минуту его остановил точный выстрел, вспоровший тишину дома.

Тенюшин-старший осел рухнул на пол к ногам своего друга — генерала. Джек обернулся, на миг выпуская Тень из вида. А когда обернулся, у Николая в руке уже был пистолет, который он направлял на Данилова.

— Всем назад! — скомандовал Николай. Он даже не подошел к умирающему отцу. Не попытался осмотреть его рану. В его взгляде плескалось безумие. — Я доберусь до твоей бабы, Данилов! Доберусь, трахну, и выброшу, как ненужную вещь. Но перед этим я прослежу, чтобы она отработала все деньги, что я потратил на твоего папашу!

Всего секунды хватило, чтобы Джек ринулся на противника. Тень не ожидал того, что Данилов попрет тараном на него, вооруженного заряженным пистолетом.

И выстрелил.

Джек сцепил зубы, цедя мат. Вывернул кисть Тенюшина, заставив его выронить пистолет. А потом стремительно обхватил взвывшего от боли противника за шею, фиксируя и не выпуская, словно хищник свою добычу.

— Ты убил мою мать? — прорычал Джек на ухо Тенюшину, усиливая давление.

— Это была случайность, — подал голос генерал. — Коля играл и залез на крышу, а Милана пошла следом. Испугалась, что мальчик упадет.

— Нет! — прохрипел Тенюшин на последнем дыхании. — Я специально столкнул ее! Я!

Джек, верный собственному слову, усилил хватку. До щелчка. Тело Николая обмякло. Данилов опустил руки, позволяя трупу Тенюшина свалиться к его ногам.

— Два раза в одно и то же место, — сплюнул Сибирин, осматривая рану Джека. — Коленька у нас снайпер, как оказалось.

Джек поморщился. Он оттолкнулся от стены, поднимаясь на ноги. И шагнул к генералу.

Фарт сидел на стуле, глядя невидящим взором в пространство. Данилов мог бы убить его здесь и сейчас. Но не стал. Слишком милосердно было бы с его стороны. Да и не мог Джек лишить жизни человека, воспитавшего Джульетту. К тому же, он, несмотря на властный характер, не бил своих жену и дочь. А свое детство Джек ему не станет вспоминать. Где-то он был ему даже благодарен. Да только отцом никогда не будет считать.

Джек подошел к генералу, склонился к его лицу и произнес одну фразу. Генерал моргнул, словно приходя в себя.

— Нет! — замотал Фарт головой.

Но Джек кивнул, подтверждая правдивость своих слов. И вышел, оставляя два трупа в комнате. Следом шла его команда. Вот и все, план выполнен, месть осуществлена.

— Что ты сказал ему? — полюбопытствовал Сибирин, когда мужчины огибали дом, чтобы добраться до Люси и Жу-жу.

— Имя настоящего отца Джульетты, — усмехнулся Джек.

— Генерал, смотрю, не очень обрадовался, — скривился Серега.

— Переживет, — хмуро предположил Данилов. — К тому же, у него теперь будут заботы куда более серьезные.

По пути Данилов сделал один короткий звонок человеку, способному уладить небольшую неприятность в виде двух представителей влиятельного семейства, отошедших в мир иной.

— Я твой должник, Бес, — скупо поблагодарил Джек давнего знакомого.

— Сочтемся, — ответил Харитон Бессонов.

Спустя полчаса семейное гнездо Тенюшиных заполонили люди в погонах, люди в черных пиджаках и карета «скорой помощи». Но к этому моменту Джульетта, Данилов и его команда уже находились в другой части города.

***