ГЛАВА 20 Тяжело любить и быть любимым

Лан Лафинаэль

Я сидел на углу широкого подоконника рядом с Ариэль и рассказывал ей веселую сказку о том, как нужно уметь любить маленьких фей. Я когда-то слышал её от матери, подслушивая под её дверью, будучи маленьким. Конечно, она рассказывала её не мне, а приехавшей к нам погостить племяннице, но все равно на всю жизнь запомнил этот рассказ, полностью пропитанный чудом и волшебством.

Ариэль весело смеялась, запрокидывая голову в этом невероятно притягательном жесте, присущем только ей. Я не мог налюбоваться, глядя лишь на неё и никого больше. Все это время, оказывается, я ни разу не видел женской красоты, а был глупым, спесивым слепцом, желающим добиться совершенно невозможного.

С наслаждением последил за её юрким язычком, когда она облизала губы, отсмеявшись. Пальцы девушки в моих руках дрогнули, и я сжал их крепче, словно смысл всего моего существования заключался именно в этом жесте. Она обнажила свои ровные, белые зубы в улыбке.

- Ты такой смешной, - сказала мне девушка, и моя душа словно воспарила на небеса отдельно от тела, бесконечно счастливая от одного невинного комплимента.

- А ты потрясающая, - сознался ей, не в силах отвести взгляда от её искрящихся весельем глаз.

- Погуляем? – предложила она, проворно соскакивая с насиженного места и, хлопнув меня по плечу, унеслась вдаль по коридору, - догоняй! – предложила она, и я бросился вслед, не чуя собственных ног, словно паря над полом.

Ариэль уже почти добежала до парка, когда была поймана мной в кольцо нежных объятий. Она задорно засмеялась, заставляя искрящееся счастье внутри меня лопаться веселыми пузырьками.

Повернул девушку в своих руках, наслаждаясь звуками её радости.

- Ты невероятная, - с придыханием сознался, сам того не замечая, опуская голову для невинного поцелуя. Её губы были на вкус как сладкая карамель, пропитанная яблочным соком, и я не мог оторваться от них ни на секунду. Девушка отвечала мне с не меньшей страстью. Я был счастлив.

Весь следующий день я провел, витая в облаках счастья и нирваны, думая лишь об одной женщине на свете – потрясающей, невероятной драконице Ариэль, с первых мгновений покорившей меня своей великолепной улыбкой и радужным счастьем.

Конечно, я понимал, что мое счастье не может длиться вечно, и рано или поздно она узнает, что я уже Хранитель, и кто знает, как она к этому отнесется.

Я как раз сидел в тени разлапистых деревьев, когда это случилось.

- Лан! – грозно сведя брови, Ариэль бежала ко мне. Её голос уже не предвещал ничего хорошего. Кровь в жилах застыла. Я понял – все

 - Это правда? – нахмурилась она, глядя на меня взглядом, полным мрачного презрения и ненависти.

- Что? – попытался улыбнуться, но это у меня явно не получилось, так как девушка лишь нахмурилась ещё больше. Оставил эти бесплотные попытки, уже готовый услышать приговор.

- Что ты Хранитель!

На мгновение задержал дыхание, ясно видя приговор в её глазах, когда я сообщу правду. Сердце болезненно сжалось.

- Да, - уже без стеснения оголил руку с татуировкой, которую умудрялся прятать все это время.

Ари какое-то время молчала, просто мрачно разглядывая моё тату. Я не мешал. Может, ещё не все потеряно, и мы сможем быть хотя бы друзьями? С надеждой заглянул её в глаза.

- Зачем? – наконец уставилась она на меня неживыми глазами. Я передернулся.

- Я люблю тебя, а не её… - сознался я ей в своих чувствах, впервые в жизни признавая свое поражение.

- Я больше знать тебя не желаю, - припечатала она, отворачиваясь и уходя.

А я остался сидеть здесь, в парке, под жарким солнышком, совершенно разбитый. Искрящиеся пузырьки счастья внутри все полопались, превращая мою душу в один сплошной и бездонный резервуар, полный боли и ужаса перед будущим.

Но я действительно сам виноват, что промолчал, желая урвать те крохи счастья, что на меня упали рядом с ней. Вот теперь и расплата.

Одинокая слеза упала на подсушенную солнцем землю. Впервые в жизни мне стало действительно очень больно.