Глава 5 Между прошлым и настоящим

После визита матери мне пришлось выпить успокоительное. Настолько она взвинтила мне нервы. И то только через час оно подействовало. Ну и ласки Василианыча помогли, конечно. Нет, мне правда интересно. На что она рассчитывает? Что Глеб ее возьмет под крылышко? Или он что-то ей пообещал? Схватив телефон, разблокировала номер и набрала Бессонова. Даже стандартного «да, слушаю», дожидаться не стала. Сразу прыгнула с места в карьер: – Что ты наговорил моей матери? Вернее, что ты такого ей пообещал, что у нее крышу снесло? – А много ли ей надо? – зло рассмеялся Глеб. – Немного лести в уши. Ну и хорошая сумма зелени в качестве вознаграждения. – Ну ты и мразь, – вырвалось у меня. –Не больше, чем твоя алчная мамашка. Так что лучше отступи, Лана. У тебя последний шанс согласиться на мировую. И так уж и быть, не оставлю тебя с голой жопой. Вернемся к первоначальному варианту. Подпиши документы и отвали от меня. – Да пошел ты на хер, Бессонов! – отключилась и в сердцах бросила мобильник на пол. Как же это подло. Хотя, чего я могла ожидать. Глеб и в своей адвокатской практике буквально выгрызал себе победы в процессах. Теперь мне становится понятно, как он это делал Чертов манипулятор. Холодный и беспринципный. Я столько лет была с ним и не видела этой его стороны. Или не хотела видеть. Не зря же говорят, что любовь слепа. Вот и я ходила незрячей, пока с разбега не окунули лицом в дерьмо. И теперь надо как-то выгребать. Потому что идти на дно не хочу. Не дам Глебу повода для радости. Мне стало настолько гадко и тошно на душе, что я решила поехать на кладбище. Навестить отца. Выговорюсь хоть, может полегчает. Похоже, он единственный, кто любил меня. Ну и Надька еще, конечно. Но я ее и так уже достала своими проблемами. А у нее и своих полно. Работа, семья. Не буду же дергать подругу каждый день. На кладбище я добиралась на такси. Впрочем, я и обычно так ездила по городу. Хотя у нас и было две машины, но Глеб категорически был против того, чтобы я ездила за рулем. Впрочем, будь его воля, то он бы вообще всех женщин прав лишил. В этом плане он был жутким сексистом, а я, наивная дурочка, и не парилась. Считала это своеобразным проявлением заботы. Да мне и самой не хотелось за руль. Не хватало уверенности. Даже страшно было. Казалось, стоит мне выехать на дорогу, и я непременно спровоцирую кучу ДТП. Поэтому такси меня полностью устраивало. Ну и когда Глеб подвозил тоже. Только в последнее время это случалось все реже и реже. И теперь я прекрасно понимаю почему. На могиле у отца сидела долго. Наверстывая упущенное. В этом году даже на родительский день не удалось вырваться. Пришлось торчать в суде. Хорошо хоть работники кладбища за отдельную плату и уберут все, и памятник отмоют, и оградку покрасят. В общем, сидела и выговаривалась. Высказывала все, что накипело. От предательства Глеба до паскудства матери. – Как ты мог, пап? – не выдержав наконец, задала вопрос в пустоту. – Зачем ты на ней женился? Как смог все эти годы жить с такой змеей подколодной? Неужели так любил? Или из-за меня терпел? Да лучше бы ты развелся и оформил право единоличной опеки. Всем лучше было бы. И мне, и тебе. Глядишь, и жив был бы сейчас. Выплеснув всю свою боль, положила на плиту цветы и пошла на выход. Что делать дальше не знала, поэтому решила пройтись и проветрить голову. На улице стоял июнь, погода была жаркая, но пока еще терпимая. В такую погоду я чувствовала себя комфортно. Пока брела по улицам, мысли невольно уплывали в прошлое, перебирая основные моменты наших с Глебом отношений, начиная с той встречи у салона. Увидев его тогда, я первым делом шарахнулась в сторону. Ведь была хоть наивной, но не дурочкой. И не сомневалась, что этот мажорик задумал какую-то гадость в отместку за то, что отвесила ему оплеуху. – Слушай, ты Лана, да? – Допустим, – подозрительно посмотрела в ответ на широкую улыбку парня. Надо же, откуда только узнал и имя мое, и место работы. – Не шугайся ты так, – положив букет на локоть одной руки, ладонь второй парень поднял вверх. – Я с миром. – Да ну? – Слушай, я понимаю, что мы начали немного не с того. – снова обворожительно улыбнулся. – Давай замнем тот неприятный инцидент. Меня Глеб зовут. Будем знакомы? – Слушай, Глеб, – выдала после секундной задержки. – Шел бы ты по своим делам. И розы свои подари одной из своих воздыхательниц. И обогнув парня по широкой дуге, направилась к остановке. – Да куда же ты? Давай подвезу. – наглец тут же увязался за мной. Конечно же, ни в какую машину я не села, а наоборот, ускорила шаг, торопясь добраться до остановки, располагавшейся буквально за углом. В последний момент успела оторваться и запрыгнуть в салон отъезжающего автобуса. И в тот момент мне как-то было пофиг, что ехал он в противоположную сторону от моего дома. Главное, отделаться от преследователя. Не удержавшись, бросила взгляд в окно и успела увидеть, как Глеб с хмурым видом сунул букет в руки какой-то женщине с ребенком. А затем повернулся и пошел прочь. Тогда я расслабленно вздохнула, решив, что на этом история закончилась. Но это было только начало. Со следующего дня меня ожидала планомерная осада. Глеб не отступился и продолжал приходить к салону с неизменным букетом цветов. Только букет каждый раз был разным: в понедельник это были розы, во вторник пионы, в среду тюльпаны, в четверг лилии, а в пятницу какой-то непонятный микс. Я лишь качала головой, сетуя на такую расточительность, и продолжала свои забеги до остановки. После первой недели осады стало еще хуже. Парень стал поджидать меня и у корпуса. Так что мне ходить пришлось исключительно в сопровождении Надьки. Она, кстати, и поведала мне о Бессонове все, что знала. Он был старше нас на три года и той осенью учился на втором курсе магистратуры. С Надькой они не общались, хотя она и выведала о нем все у девчонок-старшекурсниц и своих сокурсников, которые частенько с Глебом таскались по клубам и вечеринкам. Один из наших с Надькой общих знакомых и сдал меня этому типу. Я попросила Надю дать Даньке по мозгам, чтоб язык за зубами держал, но та лишь рассмеялась. В то время Бессонов умудрился обаять даже ее, и она с интересом следила за нашими странными отношениями. Только что попкорн не доставала. – Слушай, Лан, – наконец заявила мне в один из дней, когда мы обедали в нашей столовой. – Дай ты парню шанс. Ухо востро держи, само собой, он тот еще бабник, но хоть один букет прими. Да и поговори, мне до ужаса любопытно, чего он к тебе пристал. – А то ты не знаешь. Наверное, отомстить хочет. – Тратя такие деньги на букеты? – выгнула та бровь. – Плохая тактика для юриста. Больше похоже на то, что запал на тебя. – Пха, – хохотнула я. – Ты сама же говорила, что у него девок целый вагон. Зачем ему именно я? Может, пари какое? С таких как он станется. – А ты попробуй выяснить. – подмигнула Надька. – Если и правда пари, то быстро проколется. Ты, главное, ушами не хлопай, а намеки ищи. В общем, к исходу сентября моя крепость пала. Неуверенно улыбнувшись, я все же приняла букет. В машину, правда, сесть отказалась, но согласилась прогуляться по небольшому парку, который располагался неподалеку. Сначала разговор не клеился, но вода камень точит, как говорится. Невероятное упорство и мужская харизма Глеба сделали свое дело – я начала оттаивать. Он рассказывал, я внимательно слушала, расспрашивал меня —отвечала, как есть. Шутил – я улыбалась в ответ. И закончилось все тем, что согласилась пойти с ним на свидание на следующих выходных. Резкий гудок клаксона и визг шин по асфальту вырывают меня из воспоминаний. Ошалело повертев головой, обнаруживаю себя на пешеходном переходе. Светофор отчаянно горит красным, по соседним полосам несутся машины, а в считанных сантиметрах от меня застыл джип. Еще чуть-чуть и меня бы снесло капотом к чертям хомячьим… Шиздец.