Глава 12

Света

Требовательные сильные руки гладят разгоряченную кожу моего тела, заставляя жмуриться от сладкой истомы и предвкушения. Плавлюсь от этих нежных прикосновений, покорно выгибаясь им навстречу, и тихо постанываю, прикрывая веки.

Слышу нетерпеливый рык и в следующее мгновение оказываюсь под приятной тяжестью крупного мужского тела, которое состоит из сплошных натренированных мышц.

Он нависает сверху. Смотрит в глаза и медленно проникает в меня горячим каменным членом, растягивая стенки влагалища под свой немалый размер.

Выдыхаю, дрожа от желания. Чувствую, что мной овладевает похоть. Я не в силах противиться животным инстинктам. Не могу. Не хочу!

С ним я всегда такая.

Из скромной правильной девочки превращаюсь в бесстыжую голодную самку, которая теряет голову и всякий моральный облик, стоит ему лишь коснуться меня.

Вскидываю руки и обнимаю его за шею, притягивая любимое лицо ближе.

Я хочу целовать эти губы. Кусать их. Стонать в них с каждым жёстким толчком в моё тело. И в полубреду шептать слова любви. Говорить ему, что он самый лучший. Самый любимый. Единственный.

Хоть у меня и не было других мужчин до него, я знаю, что это так. Он мой идеал. Мой центр вселенной. Моя жизнь…

Его толчки становятся настолько быстрыми и мощными, что я теряюсь в ощущениях. Кричу. Балансирую на грани, а затем срываюсь в пучину сильнейшего оргазма, накрывающего моё тело мелкой дрожью.

Сквозь туман страсти, слышу его хриплое рычание. Он сжимает меня в своих руках и кончает, вонзаясь в меня до самого основания. Дико. Первобытно. Собственнически…

Распахиваю веки и резко сажусь в постели, совершая рваные вдохи.

Моё тело горит и подрагивает от возбуждения. Разум окутан туманом воспоминаний, которые привиделись мне во сне, и я с трудом возвращаюсь в реальность, окидывая взглядом спальню, погружённую в полумрак.

Свесив ноги с кровати, продолжаю тяжело дышать и провожу дрожащей ладонью по влажному лбу.

Вот это меня накрыло! Вау! Никогда раньше не замечала такого за собой…

В растерянных чувствах поднимаюсь с места, взяв курс в ванную комнату. Склонившись над раковиной, быстро ополаскиваю лицо холодной водой и перевожу взгляд на своё отражение в зеркале.

Глаза продёрнуты отголосками желания, губы искусаны, щеки горят…

И это я ещё не беру во внимание то, что между ног у меня влажно пульсирует, а соски торчат, выделяясь сквозь тонкую ткань майки.

Сжимаю края раковины руками, испытывая злость и презрение к самой себе.

Не понимаю, с какой радости в моей голове начали гулять такие фантазии?

Уже давно я загнала свою чувственность в самый дальний угол и повесила на нём амбарный замок. Стала фригидной и холодной ко всему, что связано с сексом. Но Романов своим появлением сорвал всю защиту. Заставил снова чувствовать этот сумасшедший голод неудовлетворительности и животной похоти.

Меня это капец как не радует.

Обречённо вздыхаю и иду обратно в спальню, отгоняя пробудившиеся физиологические потребности и пошлые мыслишки, которые никак не отпускают.

Не знаю, в какой момент я впервые начала испытывать влечение к Андрею, но это было подобно урагану, сносящему всё на своём пути.

Наш первый поцелуй был настолько головокружительным и сумасшедшим, что в тот момент мой здравый смысл превратился в безвольное нечто в руках этого человека. И впоследствии я целиком и полностью доверилась Романову, которого считала эталоном мужчины. Совершенством. Идеалом.

Я верила каждому его слову и безотчётно шла с ним на любые риски, пока мы скрывались от людей моего отца. А потом…

Стоп. Стоп. Стоп!

Стараюсь остановить вихрь своих мыслей, не разрешая себе думать о прошлом.

Сейчас важно сосредоточиться на том, что теперь мне придётся сосуществовать рядом с Андреем, несмотря на прошлые обиды.

Может когда-нибудь Романов и отпустит меня, но не в ближайшее время точно. Поэтому мне нужно учиться быть гибче. Ради сына.

В окна неторопливо начинает пробиваться рассвет, а я всё продолжаю мерить шагами комнату, погружённая в раздумья.

Спустя какое-то время слышу тихий стук в дверь и удивленно вскидываю взгляд в направлении выхода.

Кого там принесло в такую рань?

Нетерпеливо подхожу к двери, распахивая её, и вижу перед собой девушку примерно моего возраста.

Хмурюсь, отмечая, что незнакомка довольно-таки симпатичная и по типажу очень смахивает на меня.

Это единственное, что улавливаю, прежде чем враждебно поинтересоваться:

– Вы кто?

Девушка смотрит на меня с вежливой улыбкой, отвечая:

– Меня зовут София. Я няня. Андрей Владимирович не предупредил вас, что сегодня я приступаю к своим обязанностям?

– Няня? – переспрашиваю, не скрывая недовольства.

А не много ли на себя берет Романов, выбирая молодых симпатичных нянь для моего сына?

Повисает неловкая пауза.

Вижу растерянность на дружелюбном лице. Гостья явно не ожидала такой реакции на своё появление.

– Извините, Светлана Алексеевна, – старается держаться невозмутимо. – Я просто думала вы в курсе ситуации…

Не слушаю её дальше.

Выхожу из комнаты и, прикрыв за собой дверь, направляюсь прямиком к хозяйской спальне, которая, кстати говоря, находится рядом с детской.

Внутри бурлит не то что ревность, но…

А к черту! Отрицать нет смысла. К этой молодой вертихвостке я уже ревную и маленького, и большого Андрея! Ни за что она здесь не останется!

Подхожу к двери и решительно долблюсь в неё, надеясь, что в такую рань Романов ещё валяется в своей кровати и видит сладкие сны. Сейчас мне очень хочется подпортить ему пробуждение…

Моему возмущению нет предела, и мне не терпится высказать всё, что я думаю на этот счёт.

Ждать приходится недолго. Спустя несколько секунд дверь открывается, и на пороге появляется хозяин дома.

– Я так понимаю, добрым утро не будет, – насмешливо произносит, видя моё разъяренное лицо. – Хотя… – опирается на косяк двери и проходится по мне взглядом. – С какой стороны посмотреть…

Вспоминаю, что выскочила из детской, даже не удосужившись накинуть на себя что-то из обычной одежды. На мне майка и короткие хлопковые шорты, в которых я сплю.

Но мне сейчас не до смущения перед Романовым. Внутри всё кипит.

Сам мужчина по пояс голый. На нём лишь серые домашние штаны, но на них моё внимание не заостряется. Как впрочем и на тренированном торсе…

Хотя кого я здесь обманываю? Торс как раз-таки привлекает моё внимание и заставляет алчно пройтись по скульптурно вылепленным мышцам. При этом я абсолютно забываю, зачем вообще пришла сюда.

– Светик, – зовёт, отвлекая меня от эстетического удовольствия. – Я тебя внимательно слушаю.

– Это что за прикол? – прихожу в себя и киваю в сторону брюнетки, которая уже с интересом косится в сторону полуобнажённого мужчины, смущенно кивая ему.

Тот сдержанно кивает ей в ответ, а я закатываю глаза.

Мне совсем не нравится то, что я вижу.

– Зайди, – коротко бросает и отступает в сторону.

Мнусь в нерешительности, желая трусливо сбежать. Но в то же время понимаю, что должна отстоять свои позиции.

Поэтому, собрав волю в кулак, захожу в спальню Романова. И только когда мы оказываемся с ним наедине, я теряю весь свой боевой запал, наблюдая, как взгляд мужчины начинает жадно скользить по моему телу, отсвечивая первобытным голодом.

Отголоски ночного сна до сих пор вспыхивают в сознании яркими картинками, и я чувствую, как от этого по венам разливается томление, концентрируясь внизу живота.

На мои обострённые рецепторы Романов сейчас действует в роли катализатора. Реагирую на его ощупывающий жаркий взгляд сильнейшим возбуждением, от которого кровь вскипает в венах.

Мне хочется больно ущипнуть себя, чтобы хоть немного обрести ясность мыслей. Но естественно я этого не делаю, а просто продолжаю стоять, растеряно пялясь на сексуального мужчину, находящегося в паре метров от меня.

– Итак, – слышу его хриплый голос, – поговорим о няне?

О няне? Недоуменно моргаю, пытаясь уловить суть вопроса.

Ах, да! Смазливая няня! Я же за этим сюда пришла…

Тут же прихожу в себя и скрещиваю руки на груди, выражая тем самым воинственность.

– Эта девушка не будет сидеть с моим сыном, – заявляю, с вызовом вскидывая подбородок.

Тёмная бровь Андрея тут же вопросительно выгибается.

– Аргументируй, – лениво тянет и при этом ухмыляется.

Я же завожусь с полуоборота. Не в сексуальном плане, что было минутой ранее, а от гнева и раздражения.

Аргументы тебе значит подавай? Хорошо.

– Молодая, а значит неопытная, – загибаю один палец. – Я её не знаю, чтобы доверить ребёнка, – загибаю следующий.

Замолкаю, понимая, что остальные причины моей неприязни просто смехотворны. Да и уже перечисленные не совсем убедительны.

Вижу на лице Романова неприкрытый сарказм и меня это бесит до невозможности.

– Она… – осекаюсь, боясь выдать свою чёртову ревность. – Она просто мне не нравится. Я хочу сама выбрать человека, которому смогу доверить сына.

– Имеет профильное образование и безупречные рекомендации, – насмешливо начинает загибать пальцы, пародируя меня. – Опыт работы с детьми около трёх лет. Обладает медицинскими знаниями и, в случае чего, может применить их на практике. Ответственная, стрессоустойчивая, коммуникабельная, исполнительная…

– Достаточно! – прерываю, хмурясь. – Не обязательно мне её расхваливать.

Ещё немного и я начну плеваться огнём.

– Мне кажется, умения этой девушки соответствуют требуемым обязанностям, – говорит это и зачем-то приближается ко мне.

– Да я смотрю, ты просто в восторге от неё, – фыркаю, качая головой.

Романов подходит и застывает прямо передо мной. Совсем рядом. Почти касаясь меня своим обнаженным торсом.

Смотрю на него снизу вверх, и понимаю, что мысли начинают хаотично разбегаться.

Снова ловлю в серебристых глазах провоцирующий голод, от которого меня ведёт.

– Восторг у меня от другого, Светик, – тихо произносит. – Ты ревнуешь, – склоняется к моему уху. – И это чертовски заводит.

Чувствую, как его горячее дыхание касается кожи. Моментально покрываюсь мурашками, напрягаясь всем телом.

Андрей в свою очередь проводит кончиком носа по моей скуле, а его сильная ладонь ложится на мою поясницу. Затем мягко надавливает, заставляя прижаться к каменной груди.

Не могу описать тот кайф, который ловлю от тесноты наших прижатых тел. Мне настолько хорошо, что хочется довольно заурчать и прильнуть к нему ещё сильнее.

Это внезапное наваждение туманит рассудок, и я закрываю глаза, вдыхая свежий, терпкий запах мужчины.

Ощущаю, как ведёт пальцами по моему бедру. Там, где заканчивается ткань коротких шорт. И начинаю дрожать от прикосновений шершавых подушечек по голой коже.

– Я скучал, – шепчет, стискивая майку на спине и задирая её.

Уверенными поглаживающими движениями ласкает спину, ещё сильнее вдавливая меня в себя.

Животом чувствую его вздыбленный член и начинаю часто дышать, когда между ног всё начинает жарко пульсировать.

Моё тело жаждет нашей близости. Того контакта, который сейчас между нами – мало. Хочется большего. Хочу ощутить его внутри.

Задыхаюсь от этих мыслей и упираюсь ладонями в твёрдые мышцы грудной клетки.

– Нет, – выдыхаю в полустоне. – Андрей, нет! Не хочу!

Распахиваю глаза и встречаюсь с чёрными горящими омутами.

Серебристая радужка почти не видна из-за расширившихся зрачков. Романов на грани. И мне вдруг становится страшно.

Он напряжённо прищуривается и зарывается пятерней в мои волосы, а затем тянет, заставляя шипеть.

– Не хочешь?

Резким движением ныряет рукой в шорты и без всякой нежностей проводит по распухшим влажным складкам, заставляя меня ахнуть от неожиданности и остроты ощущений.

Дёргаюсь от пронизывающего удовольствия, но потом замираю, прикусывая губу.

Вижу зловещую ухмылку на красивом лице и с ужасом ощущаю, как длинные пальцы принимаются умело скользить по моей трепещущей плоти. Уверенно. Нагло. По-хозяйски.

Теряюсь в этих бесцеремонных прикосновениях. Чувствую давление на клиторе и с губ срывается стон.

Всё вокруг теряет очертания, в фокусе лишь обезумевший взгляд Романова, который упивается тем, что сейчас происходит.

Неторопливо обводит напряжённый клитор по кругу и медленно вводит в меня палец.

В ту же секунду слабею от всепоглощающего наслаждения и цепляюсь в его плечи, буквально повисая на нём. Мои глаза закатываются от очередного проникновения, а с губ слетает сладострастный громкий стон.

– На меня смотри, – рычит, прижимаясь своим лбом к моему.

У него сейчас одичавший вид. Одержимый и пугающий.

Но то, что творят его опытные пальцы заставляет меня послушно смотреть в дьявольский огонь почерневших глаз и при этом ощущать абсолютное доверие.

Как раньше. Всё как раньше…

Тянусь к его губам, целуя их твёрдость и сразу же меня уносит за грань реальности.

Оргазм обрушивается на тело с такой силой, что земля уходит из-под ног.

Андрей обнимает меня за талию и держит практически на весу, пока я ловлю свою дозу кайфа волну за волной.

Продолжая подрагивать, прихожу себя, понимая, что крепко обнимаю его за шею и громко всхлипываю от немых слёз. В душе полный раздрай. Не понимаю, что со мной творится! Это боль, стыд или я просто свихнулась. Черт его знает.

Резко расцепляю руки и на негнущихся ногах отхожу от Романова.

Отмечаю, что его взгляд ничуть не изменился. Такой же темный, одержимый и мрачный.

Мужчина тяжело дышит, хищно за мной наблюдая. Затем улыбается уголком рта и подносит палец, который был во мне, ко рту. Демонстративно слизывает с него блестящую влагу, заставляя меня покраснеть до кончиков волос.

– Иди, Светик, – произносит севшим от возбуждения голосом. – Решай проблему с девчонкой, как сама того захочешь. Уволь. Оставь. Мне плевать.

Просить дважды меня не нужно.

Срываюсь с места и стремительно направляюсь к двери. Но останавливаюсь, слыша в спину:

– Сегодня едем в ресторан. К вечеру найди того, кого оставишь с сыном. Если подходящей кандидатуры не будет – останется София.

Сжимаю кулаки, понимая, что Романов специально провернул всю эту тему с молодой, да ещё и похожей на меня девушкой. Хотел посмотреть, как я его ревную. Гад!

– Пожалуй, она не так уж плоха, – отвечаю приторно сладким голосом. – Присмотрюсь к ней. Может и оставлю.

Хотя сама уже знаю, что эта София покинет дом в самое ближайшее время. Точнее прямо сейчас.