Глава 25

Таня

Поздоровавшись с Германом и Наташей, я шепнула маме, чтобы она не оставляла Максима без присмотра. Своими подозрениями я с ней поделилась, родительница полностью меня поддержала.

— Я схожу приму душ и присоединюсь к вам. — предупредила Зинаиду Владимировну.

— Иди, дочка. — погладила она меня по плечу, улыбнулась тепло и добавила: — Ужин к этому времени будет готов.

— Я спущусь и накрою на стол.

— Таня, нас тут три женщины, мы справимся. Ты лучше отдохни, весь день на работе, а ночью тетради проверять, планы писать.

— У меня же завтра метод день, успею все. — разговаривая с мамой Андрея, я незаметно наблюдала за Наташей. В очередной раз убедилась, что девушка самая настоящая лицемерка. Не подозревая, что на нее смотрят, она раздраженно закатила глаза и помотала головой. Ей не нравилось, что Герман с такой нежностью и заботой относится к Максиму. Неужели ревнует мужа к ребенку?

Войдя в спальню, я повалилась на кровать. Полежу несколько минут и в душ. Мама делила просторную светлую комнату с Максом, а мне досталась небольшая уютная спальня. Изначально эту комнату должна была занять мама, но она настояла, чтобы у меня было свободное тихое пространство, где я могу спокойно допоздна работать.

Плохая идея была прилечь. День оказался нелегким и это сказывалось. Голова после пережитого стресса расслабилась, а уставшее тело не хотело двигаться. Там за небольшой дверью целительный душ, нужно только до него добраться. Зевнув, прикрыла глаза. Я бы, наверное, и уснула, но со двора доносился радостный смех Макса и Германа. Заставила себя подняться.

Дотянувшись до сумочки, достала мобильный и включила быструю зажигательную музыку, а то ведь поддамся соблазну и обратно лягу в постель, она меня так и манит.

Напивая слова известного трека, я скинула с себя юбку и блузку. Сложила их аккуратно на стул, но подумав, решила забрать с собой и сразу простирнуть.

Открыв шкаф, пробежалась придирчивым взглядом по гардеробу. Три новых платья, которые позволила себе купить из тех денег, что дал Андрей я уже надевала… Раньше, на такие вещи я бы и внимания не обратила, но новая жизнь диктует новые правила. Появляться перед холеной актрисой в одном и том же не хотелось, а мой «учительский» гардероб не изобиловал привлекательными вещами.

Напевая перебирала вешалки в гардеробе. Раздался какой-то стук, я прислушалась, но звук не повторился. Показалось, подумала я и продолжила выбирать наряд на вечер. Если бы не приехала эта дамочка, обошлась бы домашним костюмом или легинсами и футболкой. Черногоров от меня взгляда не отводит, стоит мне появиться при нем в обтягивающей одежде. Я даже прикупила себе пару новых комплектов. Специально, чтобы провоцировать супруга. Мне нравилось видеть в его глазах неприкрытое желание. Я постоянно вспоминала тот инцидент в ресторане. От этих воспоминаний разливалось по телу обжигающее тепло. Себе я могла признаться, что хочу испытать пережитые эмоции еще раз… И еще раз… Еще…

— Ты для кого так одеваешься?! — раздалось тихое рычание от двери. Достав первую попавшуюся вешалку с платьем, я прикрылась. Глаза Андрея горели лихорадочным огнем. На его лице застыла жесткая маска. — Таня, я тебя спросил, для кого все это?

Я думала мне показалась, а нет, Черногоров ревнует. Неужели чулки и комплект недорого белья может лишить разума здравомыслящего мужчину.

— Я не понимаю о чем ты. — пожала плечами и отступила назад, Андрей в этот момент двинулся на меня.

Вешалка из моих рук была выдернута и отброшена на кровать. Дыхание Черногорова сбилось, он прикрыл глаза и откинул голову назад. Я залюбовалась его красивыми мужскими чертами лица. Захотелось очертить кончиками пальцев его скулы, шею, губы…

— Что ты со мной делаешь, Таня? — я наслаждалась этой неприкрытой мужской реакцией. Во рту все пересохло, пока он этого не видел, облизнула языком губы. — Кроме меня тебя же в таком виде никто не видел? — теперь он смотрел на меня, крылья его носа трепетали, на скулах дернулись желваки.

— Нет.

— Моя девочка! — прорычал он и заключил меня в объятия. Они совсем не были нежными. Он сминал мое тело, вдыхал запах и ласкал…

Большие теплые ладони проходились по бедрам, животу, задержались на ягодицах. Сжав упругие половинки, он поднял меня и дико поцеловал. Такая неконтролируемая страсть пугала, но не меньше возбуждала.

— Ты меня с ума сводишь, — выдохнул Андрей мне в рот, как только его язык покинул гостеприимные недра. — Таня, я уже больше месяца без женщины, скоро чокнусь! Тебя хочу! Много! Часто! — его голос звучал совсем низко, хриплые ноты отзывались где-то глубоко во мне. Кровь разгоралась и плавила остатки моего сопротивления, остатки моих сомнений. — Долго еще будешь мучать? — опасаясь, что язык меня подведет, я только мотнула головой. — Когда? — выдохнул он резко со свистом. Я поняла, о чем он спрашивает.

— Я боюсь, — уперев лоб в его плечо тихо призналась.

— Меня? Не веришь, что не обижу?

— Боли, — еще тише звучит мой голос.

— Боли? — слышу недоумение в голосе. Черногоров не понимает о чем речь. Опускает меня на землю, вынуждает поднять на него взгляд. В его глазах читаю вопрос, но не могу подобрать слов, чтобы правильно объяснить… и не задеть. — У тебя после той ночи был кто-то? — он и сам обо всем догадался. Я мотаю головой и сглатываю. Андрей прикрывает глаза, чтобы я не видела в них злости, но я успела ее там заметить. Да и тело его все напряглось, даже руки сжал в кулаки. Но отойти я не успеваю, он произносит: — Прости, Таня! Я исправлю. Я все исправлю, обещаю! — притягивает к себе и вдавливает в свое тело. Я слышу, как бешено бьется его сердце, как дыхание рвется из груди. — Я так виноват перед тобой!

Мы стоим так несколько минут. Андрей сжимает меня в объятиях. Я чувствовала его желание, оно каменной твердостью упиралось мне в живот, но Черногоров не предпринимает больше попытки меня соблазнить. Он будто извиняется за все, а я давно уже простила. Я понимаю, что его не переделать. Андрей взрослый мужчина, его характер давно сложился и мне нужно или принять это, или не давать нам шанс. А я хочу попробовать. Хочу быть счастливой и любимой. Хочу, чтобы рядом был надежный сильный мужчина, который защитит и убережет.

- Таня… — выдохнул он, коснулся губами макушки. — Я сегодня останусь у вас, — звучит, как обещание.

— Нас уже, наверное, ждут внизу, — безопасней было перевести тему. — Ты зачем приходил?

Андрей чуть-чуть отстраняется, смотрит на меня непонимающе, запускает пятерню в волосы и ерошит их.

— Не помню, — усмехнулся он, помотав головой. — Нельзя изголодавшемуся мужчине являться в таком образе. — он обводит меня обжигающим взглядом, а мое дыхание вновь сбивается с ритма. — Я в коридоре тебя подожду. А то прямо сейчас начну исправлять все свои ошибки. — буквально сбегает сильный уверенный мужчина из спальни. Улыбнувшись, я отправилась в душ.

Перестало быть важным, что надеть. Платье, что отбросил Андрей на постель вполне подойдет.

*** ***

Андрей

Д-а-а…

Эта женщина-девочка за короткое время стала для меня всем. Ничего удивительного, что ее откровения задели какие-то незримые струны в душе… Раньше мне никогда не говорили, что я облажался. А тут, получается, был так плох, что отвратил желание заниматься сексом! И тут совсем неважно, что я не пытался той ночью быть нежным и позаботиться об удовольствии партнерши.

Хотя, где-то глубоко в себе я мог честно сказать, что не жалею о таком раскладе. Стоило только подумать о ней и каком-то фантомном мужике, который мог к ней прикасаться, меня разрывало от ревности. Оказывается я бешеный собственник и не готов делить Таню даже с прошлым! А его оказывается, этого прошлого и не было. Свой промах придется исправлять всю оставшуюся жизнь. Так я с радостью…

Телефонный звонок прервал мои мысли. Номер абонента не знаком.

— Да? — принял я вызов.

— Андрей Андреевич Черногоров? — слишком громко прозвучало из динамика. Говорили с надрывом и это резало слух.

— Да, — настороженно ответил я.

— Это Юра, из Владимира. — теперь я понял, что меня так напрягло, мужчина был пьян.

— Я слушаю вас, Юра. Для меня есть информация?

— Не стал бы я просто так звонить. Ну, это только если мы договоримся о цене, — предупредили меня.

— Договоримся. Рассказывай, что вспомнил.

— А нет, — протянул он. — Сначала деньги потом стулья… э-э-э, точнее информация.

— Я должен понять стоит она хоть каких-то денег или нет. — мужика я этого не знал, следовательно и доверять не мог.

— Мы тут вспомнили… — и молчит. Не тороплю, хотя уже готов гаркнуть на него. Играет на нервах. — У парня была наколка на правой руке. — неплохая зацепка, если это не развод.

— Описать четко изображение сможешь?

— Смогу! — уверенно, по-мужски прозвучало в трубку.

— Сколько хочешь получить за информацию? — на том конце провода повисло недолгое молчание, а потом пьяные мужики не стесняясь принялись обсуждать сумму, которую собрались запросить.

— Тридцать тысяч, — язык почти не заплетался, когда он выдал свое требование.

— Десять.

— Двадцать и больше я не уступлю!

— Десять.

— Этого мало. — я представил, как он яростно трясет головой не соглашаясь с моим предложением.

— Оставь информацию себе. — я сбросил вызов. Ждать долго не пришлось, мне тут же вновь набрали.

— Мы согласны, но деньги вперед…

Договорились с Юрой, что нужную сумму я брошу ему на карту, номер телефона привязан к ней.

— Говори, — потребовал я, как только отправил деньги.

— На правой руке большая черно-белая наколка: карта, объемный компас, возле запястья небольшой черный самолет. Все, больше ничего не помню. До свидания.

Меня смущало несколько моментов. Сейчас не лето, в футболке даже в солнечную погоду редко кто ходит. Если предположить, что пацан совсем юный, а наколку сделал недавно, мог закатать рукава… Мужики доверия не вызывали, не могли они в прошлый раз не помнить о наколке, очень подробно Юра ее сегодня описал. Значит, заранее планировали заработать… Или тупо развели? Сейчас прокручивая в голове наш с ними разговор, отметил, что Юра предложил оставить мне им свой номер, на случай, если они вспомнят детали. Можно ли доверять этой информации?

Среди знакомых я такой наколки ни у кого не видел. Хотя, мой круг общения — это в основном мужики в рубашках, костюмах и галстуках. Ну а если за этим стоит Алина? Кто мог ей помочь?..

Появилась небольшая, но зацепка. Нужно спросить у Германа, может в клубе видел кого-нибудь с похожей темой? Да и Ибрагиму позвонить, рассказать, что удалось узнать. Пусть ищут.

— Ты все это время меня ждал в коридоре? — вышла из спальни Таня. Задержал на ней взгляд. Смутилась, покраснела. Она просто не представляет, насколько хороша. Без косметики выглядит совсем девчонкой. Чистая! Свежая… Так и нарывается на неприятности. Или приятности…

— Я же предупреждал, — взял ее за руку и притянул к себе, поцеловал в висок. — Идем, нас, наверное, уже ждут.

— Не вспомнил, зачем приходил? — стоило ей заговорить, в голове щелкнул вопрос, который хотел задать.

— Что тебе сказала Наташа?

— Ты о чем? — этот разговор не для посторонних ушей, поэтому мы задержались.

— Таня, я все замечаю. Вижу в тебе даже малейшие изменения. На жену Германа ты смотришь насторожено и подозрительно.

— Мне она ничего не говорила, — мотнула головой Таня, пряча от меня взгляд.

— А кому сказала? — я хочу услышать правду, поэтому мой голос звучит резче, чем я хотел. — Светлане Максимовне? — придерживаю ее за руку, тороплю с ответом, потому что Таня не спешит делиться.

- Плохо ты все замечаешь, Андрей, — вроде улыбнулась, а в голосе грусть. — Не хочу ябедничать, ты же разбираться пойдешь.

— Пойду, но не с ней, а с Германом. Пусть поставит свою женщину на место, если она зарывается.

— Я сама толком ничего не знаю, поэтому не хочу, чтобы эту тему поднимали. — стою и жду, что Таня мне еще скажет и пока не признается с места не сдвинусь. Она это понимает и, выдохнув, выдает: — Наташа, что-то сделала Максиму, он ее избегает. Даже близко к ней не подходит. Перестает улыбаться, если Наташа к нему приближается. Спрашивала Макса, он ничего внятно объяснить не может. Не говори ничего Герману, пока не будем в этом уверены. — я старюсь скрыть свой гнев. Максу всего четыре, он рос в любви и заботе, а тут такое! Неудивительно, что не может понять и объяснить поведение злобной бабы!

«Как бы эта стерва ему психологическую травму не нанесла!»

Я думал, сын Наташу просто не принял. Он и ко мне не сразу расположился, а вот с Германом с первой встречи сдружился. Такое поведение Макса я списывал на то, что она для него «девчонка», он ведь и в детском саду с ними не играет, говорит, они плаксы и ябеды…

Тане я верил, она не будет наговаривать. Теперь за Наташей понаблюдаю я…

— Я с этим постараюсь разобраться в ближайшие дни, выясню, что происходит. Макса с ней наедине не оставляй. А теперь идем, пока нас не принялись искать.

— Пять минут, и сядем ужинать, — предупредила мама, когда мы вошли в кухню. Эти пять минут я решил потратить с пользой.

— Герман, мне нужно с тобой кое-что обсудить.

— Андрей!.. — возмутилась родительница.

— Обещаю вернуться через пять минут. — поймав встревоженный взгляд Тани, шепнул ей на ухо: — не беспокойся, это не то, о чем ты подумала.

Герман сразу уловил мое настроение, стоило нам выйти во двор, он тут же спросил:

— Что случилось?..

…

В трех предложениях передал ему наш разговор с Юрой. Ждать реакции не пришлось. Она последовала незамедлительно.

— Ты у мамы допоздна задержишься? — его суровое выражение лица насторожило. Прекрасно зная младшего брата, мог предположить он о чем-то догадался, но не спешит делиться.

— Планирую остаться до утра. Объяснишься? — жестко прозвучал вопрос.

— Чуть позже. Я скоро вернусь, — не добавив больше ни слова, он направился в дом. Я последовал за ним. — Наташа, поднимайся мы уезжаем! — холодно приказал он. Супруга брата уже сидела за столом. Ей не понравилось грубое обращение, но если она и хотела возмутиться, то поймав его разъяренный взгляд, молча поднялась.

Мама пыталась их остановить, но видя младшего сына в таком состоянии, настаивать не стала. Улыбнулся Герман только Максу, потрепав того по голове.