Глава 15. Ксенофонт, Шарик и хранитель

Выяснилось, что демоны никакой человеческой пищи не употребляют, кроме алкоголя. Потому утро проходило сначала в напряженном молчании, но потом под заказанную пиццу и веселый щебет Хайша разговор начал клеиться.

— Мне интересно, вы как втроем на одной кровати уместились?

Кто бы сомневался, что он продолжит вечернюю тему… Справедливости ради, Илья спал на полу, а вдвоем с Алисой на этом плацдарме Марине места было предостаточно. Так как демону никто отвечать не собирался, он, как обычно, продолжил веселить самого себя:

— Нет, бывало, конечно, что и втроем помещались, но пирамидкой. Бутербродиком. Отгадайте, кто был посередине? Ну же! Где ваш азарт?

Зато пицца была вкусной и оплачена тем же мерзким гадом. Он, поняв, что чешет в пустоту, переключился на другое:

— Ла-а-адно, зануды. Тогда по делу. Какова вероятность, что они найдут мой дом?

Илья сразу заинтересовался:

— Я уже думал про заклинание поиска, но для того нужна хотя бы капля твоей крови.

Хайш кивнул:

— И это вряд ли. Мы с ними вообще до сих пор не встречались. Они узнали про разлом от закатника, но вчера меня видели точно так же, как я видел их.

Марина сокрушенно вставила:

— Так и найдут. По машине. Не имею представления, могут ли они проникать в базы данных или просматривать камеры, но элементарный опрос свидетелей приведет их сюда.

Марина очень переживала по поводу мамы. Но Алиса призналась, что демонов не видела, значит, никто из студентов тоже. Потому вряд ли прямые вопросы, с кем был искомый рассветник, уже ни к Марине, ни к Алисе не приведут. О чем спрашивать студентов, если студенты ничего и не видели? Ну, а несущаяся по коридору троица — не такое уж большое чудо, чтобы кто-то обратил внимание. Хоть Марина уже три раза позвонила матери, но все равно немного беспокоилась.

— Да уж, — вынужден был согласиться и демон. — Город слишком маленький, не спрячешься.

Алиса ответила ему с раздражением:

— Это не город маленький, это ты плохо прячешься. Кстати, а раз все равно найдут, то не проще ли пересидеть где-нибудь еще?

— Проще! — неожиданно согласился Хайш. — Есть варианты?

— Не проще, — отрезал Илья. — Здесь демон отсыпается — значит, тут он сильнее всего. И если они все же нападут, то невинных жертв не будет… только мы.

— Ого! Я как раз о невинных жертвах днем и ночью думаю, — вздохнул Хайш. — Кстати про «сильнее всего». Если хранитель прямо сейчас расскажет о месте разлома, то я и сам отобьюсь, и вас отобью.

Марине стало смешно:

— Правильнее сказать: сначала нас убьешь, потом их.

— Тоже верно, — признал демон. — Это тотальное недоверие друг к другу нас и прикончит. Хранитель, ты со мной не согласен?

Хранитель только шикнул бессвязно — в этом и был его ответ. И Хайш переключился на Алису:

— Хоть ты этому тупарю объясни расклад! Все же помрем, когда они нагрянут.

— Не скажет он тебе, где разлом! — как-то слишком резко ответила Алиса, после чего Хайш на нее внимательно посмотрел.

— И ты не знаешь? — сказал очень тихо, мягко.

— Мне-то откуда знать? — Алиса пожала плечами и откусила побольше пиццы.

Теперь он смотрел на нее неотрывно, даже, забывшись, немного прищурился. Марина не могла объяснить его интереса: ведь он уже давно знал, что хранители о таком с демонами не рассуждают. Даже если их загнать в угол. А этот, ишь, надежду вообще терять не умеет.

Примерно в том же русле протекали все беседы: Хайш способен постоянно быть впечатляюще раздражающим. Марина теперь могла выйти во двор и рассмотреть страшных псин вблизи. Они не бросались, пока не получат команды. И собаки эти напоминали собак только издали: почти полтора метра в холке, какая-то нелепая смесь немецкого дога и добермана, черные, гладкошерстные, со струящимися по спине буграми мускулов. Но главным отличием от обычных питомцев были глаза — даже днем светящиеся. И как же соседи не пугаются, замечая такое? Но оказалось, все гораздо проще. Алиса их вовсе не видела, то есть угроза была неизвестна простым смертным.

— Хочешь погладить, суицидница? — раздался из-за спины голос Хайша.

Марина резко обернулась. Нет, гладить этих клыкастых монстров ей хотелось в последнюю очередь.

— Не особенно. И не потому, что я их боюсь, просто они вызывают во мне то же отвращение, что и их хозяин.

— А, ты про гончих? — деланно удивился он. — Я предлагал меня погладить — скрасить, как говорится, унылый вечерок. Но и их можешь погладить, если хочешь.

Псы стояли недвижимо, словно две статуи, вытянутые в струнку. У них было задание — почуять приближение опасности. И, судя по устрашающему виду, они полностью на этой цели сосредоточены.

Хайшу же приспичило поболтать:

— А ты, девочка, которая не знает, где разлом, тоже не хочешь погладить моих песиков?

— Я их даже не вижу! — буркнула Алиса. — Отстань.

— Жаль. Они милые. Того, что справа, зовут Ксенофонт, а этого добрячка — Шарик.

Который из них «добрячок», с виду и не скажешь. Но Марина позволила себе полюбопытствовать:

— А как они у тебя появились?

— Сам создал. Со временем у каждого высшего демона появляется такая сила.

Илья уже тоже вышел из дома и с интересом вслушивался в объяснения. В принципе, момент знаменательный — мало кому из рассветников доводится получать информацию из первых рук. Хайш, оказавшись наконец в центре внимания, продолжал с энтузиазмом:

— Но не все демоны на это идут. Все дело в законе сохранения энергии. Я могу создать и десять, и сотню гончих, то каждая из них черпает силу от меня. Чем сильнее мои создания, тем слабее я сам. Так что не всегда выгодно распределять силу, но иногда это того стоит. Помните же первую нашу встречу в этом доме?

Илья не сводил с него взгляда.

— Надо же! Я впервые узнал от тебя что-то действительно полезное. То есть если бы я убил одного из твоих псов, то его сила просто вернулась бы к тебе?

— Именно так. Потому не исключено, что мне и самому пришлось бы поступить подобным образом, если бы прижало — убить одного или обоих, сразу получить их энергию. Начну, пожалуй, с Шарика. Мне претит его доброта.

Один из псов на этих словах медленно повернул голову назад, взглянул святящимся взглядом на хозяина и снова вернулся к своей сосредоточенной позе.

Илья заинтересовался всерьез:

— А наоборот работает? Если убить тебя, то собаки перестанут существовать, как порождения твоего разума, или наоборот, станут многократно сильнее?

— Какой любопытный рассветник! — легко рассмеялся Хайш. — Оставим это в качестве сюрприза. Кстати, а пойдемте прибухнем уже, а то я начинаю тяготиться вашим обществом.

Все вроде бы расслабились, но смутно ожидали беды. И следующей ночью беда пришла. Быть может, демоны обнаружили их намного раньше, но специально выжидали своего времени — в темноте нежить во все времена имела преимущества.

Гончие завыли разом — это был знак. Успела уснуть только Алиса, но и она мигом вскочила, после чего вся троица бросилась в гостиную. Хайш стоял в центре с закрытыми глазами.

— Их пятеро, больше никого. Пока осматриваются. Шарик чувствует силу — она исходит только от одного. Остальные не сильнее меня.

Марина вытаращила глаза. То есть четыре демона, равные по силе Хайшу, — это ерунда. Но есть еще один, который и этих сильнее! А они с Ильей даже с одним Хайшем справиться не смогли… Алиса снова предложила:

— Может, все же защитные знаки, пока успеваем?

И Хайш снова отверг, как и в предыдущий раз:

— Тогда и я стану слабее. А я из нас главный козырь, давайте уж начистоту.

Ни Марина, ни Илья не спорили, потому что и сами не знали, как поступить лучше. Но все же заказали днем несколько килограммов соли и обсыпали все подоконники. Против этого демон не возражал. Сам он вряд ли через окно сбегать захочет, но лучше обезопасить себя от нападения со стороны.

Хайш так и стоял с закрытыми глазами. Алиса по очереди передала рассветникам амулеты и, закончив, отступила к засыпанному солью камину. Если демоны ворвутся, то ей лучше не путаться под ногами. Даже хранитель примолк — он как никто другой понимал, что жизнь его подопечной зависит от действий остальных.

Свет никто не зажигал. Илья подошел к окну и встал сбоку, чтобы его не было видно снаружи. Луна и фонари с проезжей части слабо освещали всю гостиную. Крепко держа нож в руке, Марина не сводила глаз с демона — он мог сказать что-то очень тихо, необходимо вовремя уловить. Свечи уже были зажжены в нужных местах.

И вдруг Хайш очень резко дернулся, его будто швырнуло в сторону и на пол. Алиса вскрикнула. Но уже через секунду он вскочил и открыл глаза. Голос оставался спокойным — это был редкий момент, когда и этот паяц не тратил времени ни на иронию, ни на ругань:

— Они прикончили Ксенофонта. Идут сюда.

Он коротко свистнул — и прямо из стены сверху прыгнул второй пес. Приземлившись на пол, он припал на одну лапу. Похоже на слабую травму. Но все равно выбежал вперед и уставился на дверь.

— Я их не вижу, — прошептал Илья.

Теперь у Хайша не было возможности наблюдать глазами псов, что происходит за пределами дома, но он сосредоточенно смотрел на гончую. Шарик словно принюхался, а после развернулся. К левому коридору.

— Там тоже есть дверь? — поинтересовалась Марина.

— Нет, — Хайш сразу повернулся в том же направлении и немного наклонился вперед — точь-в-точь как пес, улавливающий запах. Алиса переползла дальше от ожидаемой точки нападения.

Несколько секунд гробовой тишины, после чего все оглохли от скрежета. Сначала упала хрустнувшая балка, а следом затрещало еще сильнее. Марина спонтанно пригнулась, но видела, как на ее глазах целая стена рушится за считанные мгновения. Ее просто снесли, смели в сторону, а над еще не опавшими руинами показались летящие фигуры. Хотя они не летели — прыгали высоко с земли и приземлялись уже в полуразваленном проходе. Четверо.

Тот, что оказался первым, сказал:

— Рассветник, мы не драться пришли. О, и хранитель здесь? Тогда вы сможете ответить на все наши вопросы.

— Не драться? — не к месту возмутился Хайш. — Вы представляете, сколько народу мне придется обокрасть, чтобы сделать здесь ремонт?!

Тот же сказал тихо, обращаясь к своим:

— Демона прикончить. С остальными поговорим, пока не договоримся.

И без пояснений каждому присутствующему было ясно, как именно они будут договариваться. И когда явятся рассветники, они уже вряд ли успеют хоть кого-то спасти целым.

Первый рванул к Хайшу. Пес бросился вперед, пропуская его мимо, а сам Хайш остался на месте — то ли вкладывая в свою гончую силу, то ли держался подальше от основных неприятностей. Илья ждать не стал, и Марина последовала его примеру: она тоже побежала, но не наперерез ближайшему демону, а к свече в углу. Упала на колени, дождалась, когда один прорвется дальше и прошептала: «Тincidunt, custodi».

К сожалению, возле двери они поставили законченный квадрат, а здесь только одну границу. Но даже это сработало! Четверка сразу после заклинания разделилась, что упрощало задачу. Пес вместе с Ильей набросились — каждый на своего. Раздались крики. У Ильи все же было преимущество: демоны боялись его убить и не получить нужной информации, потому осторожничали. А Илье сдерживаться было ни к чему. Псина вообще вцепилась первому же в глотку и вырвала кусок вместе с кадыком. Хайш справится с тем, который прорвался. Марина прицелилась и швырнула нож через границу — не убила, попала в спину, но зато дала этим самым преимущество Илье и гончей, которые уже вместе без труда могли добить раненного демона. И лишь после обернулась.

Хайш, похоже, пропустил один удар — у него из носа шла черная кровь. Но уже перегруппировался, схватил нападавшего за плечо, зафиксировал и резко пнул в лицо. И потом, не давая и секунды на новый удар, полоснул твердой ладонью с прямыми пальцами по горлу, словно лезвием. Кровь брызнула ему на лицо. Но не успело тело упасть на пол, как раздался грохот с другой стороны — от входной двери, которая была снесена с петель. Похоже, это и есть пятый. И, похоже, самый сильный. Он лишь один взгляд бросил на происходящее и произнес неестественно спокойно:

— С ума сойти. Четверых за четыре секунды. Жаль. Но тогда мне одному достанется весь разлом.

Илья с легкостью пробежал сквозь границу, но пес остановился, зарычал. Марина теперь не боялась. Да, этот может быть намного сильнее, но у них почти все силы остались — только Шарик не мог помочь. Марина могла бы потратить две секунды, чтобы затушить свечу, но побоялась — двух секунд у нее может и не быть, ведь она была ближе остальных.

Демон сразу и шагнул к ней. Марина отклонилась от удара и контратаковала, но нож просвистел по воздуху. Какая же скорость у этой твари? Она и сообразить не успела, как демон схватил ее за плечо, рванул вверх и бросил. К счастью, сознание она не потеряла — рассветная защита сильно смягчила удар. Но, сползая вниз по стене, видела, как демон с такой же легкостью отшвырнул Илью и повернулся к Хайшу. Хайш все же сообразил, что делать — свистнул, и его гончая показалась из стены, переместившись из запертого пространства. Они вместе и бросились на врага, но после удара невероятной силы Хайш тоже полетел в сторону. Лишь пес, вцепившийся в локоть нападавшему, какое-то время продержался. А демон словно и не обращал внимания на боль — он уставился на Алису.

— Где разлом? — спросил все так же спокойно, будто вообще не ощущал угрозы.

Хранитель сжался, а Алиса закричала:

— Он не знает! Здесь нет никакого разлома! Мы специально закинули эту утку, чтобы привлечь и убить демонов!

Объяснение прекрасное, но демон почему-то ответил резко:

— Врешь. Именно ты мне и нужна.

И, словно позабыв об остальных, рванул к ней. Алиса закричала, начала отбиваться, когда он ее схватил за шиворот и потащил. Он лишь одной рукой откинул Ильи, Марина вытащила цепь, примеряясь, как можно ударить с размаху, но не зацепить Алису. Притом уже казалось, что ситуация безнадежна. Но через секунду стало еще хуже: демон волок Алису по полу, она отпинывалась, как могла, и тогда он с небольшим размахом сверху ударил ногой ей по коленям. Раздался хруст костей и вой невыносимой боли.

Хайш с разбега кинулся вперед, и тут же его раненная гончая снова вцепилась в руку врага. Они вместе буквально отдирали Алису из захвата, но не могли справиться: сначала в стену полетела собака, а затем демон схватил Хайша. Рассветники подбежали сзади, Марина с размаха ударила цепью демона — он от прикосновения серебра хотя бы на секунду замедлился. Теперь она не боялась попасть в подругу — любой исход лучше, чем позволить ее утащить. Затем упала на пол, перехватывая цепь и запутывая им ноги демона. И все казалось бесполезным…

Хайшу удалось вырвать Алису и отшвырнуть к стене. Бедняжка кричала от боли, волоча искалеченные ноги по полу. Но демон откинул Хайша с пути и снова протянул к ней руку. И тогда хранитель вдруг вырос над ее головой — не нимб, а облако. И оторвался, полетел вперед, на демона, впечатался в его лицо. И это был первый момент, когда демон взревел от боли. Он схватил белесое сияние, с большим трудом оторвал от лица, а потом разодрал его на части. И все ревел и ревел, разрывая воздух, потому что хранителя уже не было — он мелкими кусками разлетелся в стороны, умирая. Марина только позже поняла, почему демон так ревет и никак не может остановиться месить воздух — хранитель выжег ему глаза.

После этого добить его уже труда не составило. Рассветники повалили его на пол, а Хайш сложил ладонь прямо и воткнул ему в шею. Пальцы вошли, как нож в масло. И держал, пока тот захлебывался черной кровью. После, как и его собратья, демон начал чернеть, тлеть. Существа, возникшие из лавы и огня, после смерти обращаются в пепел. Через несколько минут он станет горсткой трухи — туда ему и дорога.

Илья сразу подхватил Алису на руки, понес наружу. Надо срочно в больницу. Марина поднялась, шатаясь — силы ее совсем оставили. И поплелась следом, но остановилась, расслышав тихий голос Хайша:

— Твоя машина осталась в центре.

Сам он поднялся от псины, зализывающей в боку рваную рану, и уверенно направился на выход. Сейчас уже Марина просто не могла не спросить:

— Твоя гончая будет в норме?

— Да. У них демоническая регенерация.

Больше никто ничего говорить не стал. Марина сделала вид, что ей плевать на смерть другой собаки. Но притом не могла не думать, что если бы не эти псины, то вряд ли бы сегодня хоть кто-то уцелел. И если бы не хранитель… Алиса на руках Ильи впала в какое-то забытье. Переломы открытые — кровь проступает сквозь джинсы. Возможно, кости нормально срастутся, но хранителя она потеряла безвозвратно.

В больнице оформили Алису, ей поставили обезболивающие и успокоительные, увезли в операционную. Такие переломы просто не сращиваются, да и вообще неизвестно, сможет ли Алиса стать такой же, как была. Впереди еще тягостные разговоры с родителями — о том, как они оказались в загородном доме, откуда такие разрушения, вранье, вранье и еще раз вранье. Видимо, потому никто и не спешил. Сидели втроем в безлюдном коридоре на неудобной лавке, каждый думая о своем.

Молчание нарушил Хайш:

— Рассветник, ты же вызвал своих? Когда они явятся?

— Утром, — таким же уставшим голосом ответил Илья.

— Но мы уничтожили всех демонов, — заметил Хайш.

— Не всех. Один остался.

Марина сидела между ними с закрытыми глазами. Она не хотела вмешиваться, не хотела формулировать никакого мнения. Хайш поднялся на ноги:

— Тогда дайте мне время, чтобы забрать пса и убраться из города.

— У тебя два часа.

И демона как ветром сдуло. Марина и по этому решению высказываться не хотела. Илья теперь не мог запросто забросить Хайша в мясорубку. Даже продолжая считать его тварью, заслуживающей смерти. Ведь тот и его Шарик были на той же стороне. Быть может, светлые от темных тем и отличаются — они не могут не придавать значения подобным вещам.