Глава 13

— Юрий Сергеевич, хотите пирог?

— Какой еще пирог, Шмелева? Мы сейчас будем взлетать!

— Яблочный пирог, который вам понравился, помните? Я сегодня испекла и с собой взяла.

— Уберите контейнер!

— Не хотите пирог?

— Нет!

— Ну ладно, потом съедим. Ой, мамочки!

От взлета меня вжало в кресло, а в ушах появился неприятный звон.

С силой сжав подлокотники кресла, я зажмурилась и начала тихонечко умолять высшие силы помиловать меня и избавить от противных ощущений. Казалось, что моё тело разорвалось на части, и эти части летали по салону самолёта, не в силах собраться вместе.

— Карина, вы в порядке? У вас лицо побледнело, — в голосе Аренина чувствовалось беспокойство.

— Ккк… — пыталась выговорить я сквозь сжатые челюсти.

Мне было страшно не только открыть глаза, но и пошевелиться. Почему меня не предупредили, что летать в самолетах так страшно?!

— Что такое?

Я ощутила, как Аренин продвинулся ближе, чтобы расслышать меня.

— Ккконтейнер. Держите ккконтейнер с пирогом! — наконец выговорила я.

Аренин то ли подавился, то ли усмехнулся. Однако контейнер с моих колен все же забрал.

— Вам страшно?

— Да! — не стала храбриться я. — Оччень! А еще неприятно.

— Неприятные ощущения пройдут, как только самолёт наберёт высоту. У меня тоже уши заложило. — Аренин ненадолго умолк, а потом объявил: — Вот все и прошло.

— У меня не прошло!

Аренин ничего не ответил. Видимо, вспомнил, что он как бы игнорирует меня.

Он даже садиться со мной не хотел, но выбора у него не было. Потому что двое других студентов, прошедших отбор на форум, были парочкой с факультета лингвистики.

— Так и будете сидеть оставшийся час с закрытыми глазами и вцепившись в кресло? — спросил Аренин через некоторое время.

— Да, — уверенно ответила я.

И чего только его на разговоры вдруг потянуло? Ведь столько времени успешно меня игнорировал. Неужели скучно стало?

Однако оставшееся время в полете Аренин больше не заговорил со мной. Я же так и просидела, сжимая подлокотники и боясь открыть глаза.

Когда мы приземлились, я с радостью воздала хвалу высшим силам, что все еще жива, и с горечью отметила, что это был для меня не только первый, но еще и последний в моей жизни полет.

В столице весна была в полном разгаре. Во всю таял снег, воздух был свежим и мягким, а небо — сказочно голубым.

В аэропорту я сразу же позвонила маме и сообщила, что мы благополучно приземлились. К моему счастью, перед тем как Аренин назвал имена троих студентов, которые поедут с ним на форум, к нам прилетела тётя Света — мамина родная сестра, которая жила в Калининграде. Узнав, что меня отобрали для поездки в Москву, она согласилась остаться подольше и присмотреть за мамой. Слава тете Свете!

— А вы разве не у себя дома остановитесь? — спросила я, когда Аренин, вслед за мной, начал оформлять заселение в отель.

— Точно, вы же из Москву! — вспомнил Лев.

Его девушка Лиза закивала.

— Две недели я буду в ответе за троих детей, — Аренин сделал акцент на последнем слове и красноречиво посмотрел на меня. — Это большая ответственность, поэтому домой я не поеду. Буду всюду сопровождать вас и жить рядом.

— Ну, вообще-то, мы уже давно не дети, — с ухмылкой заметил Лев.

Они с Лизой многозначительно переглянулись.

— Для меня, вашего преподавателя, вы — дети, — отрезал Аренин. — Так что попрошу меня во всем слушаться и соблюдать приличия.

Он снова красноречиво посмотрел на меня и зашёл к себе в номер.

Можно подумать, я такая безобразница, что со мной стыдно появляться в обществе.

Фыркнув, я тоже скрылась у себя в номере, который находился напротив номера Аренина.