Глава 10

Музыка в клубе грохала так громко, что у меня закладывало уши. Однако это было лишь первые десять минут. Потом я быстро привыкла и уже отжигала на танцполе вместе с коллегами и Ангелиной Львовной.

— Не хочешь освежиться? — спросил Ромка, подойдя ко мне.

— Еще как!

Я танцевала уже долгое время, полностью отрешившись от реальности. Было жарко и отчаянно хотелось пить.

— Момент!

Ромка быстро исчез, а спустя минут десять появился с двумя запотевшими стаканами, в которых плескался оранжево-красный коктейль.

Я выпила свой почти залпом, поморщившись в конце от высокого содержания алкоголя.

— Хочешь мой? — спросил Ромка, весело поглядывая на меня.

Жажду я все еще не утолила, поэтому кивнула и потянулась к стакану в его руке. Во второй порции алкоголя как будто было меньше, или же мне просто показалось.

— А ты любитель выпить, — заметила Ромка.

— Мне просто жарко и хочется пить. А еще веселиться!

— Тогда потанцуем?

Коллега по-хозяйски положил руки на мою талию и притянул меня к себе. Заиграла позитивная, но не особенно энергичная музыка. Мы начали танцевать. От выпитого алкоголя хотелось смеяться и прижиматься к Ромке как можно ближе, что я и делала.

А потом я увидела Аренина…

Он сидел за барной стойкой и со скучающим видом слушал Ангелину Львовну, которая оживленно что-то ему рассказывала.

Оторвавшись от Ромы, я направилась к бару с твёрдым намерением завладеть вниманием Аренина.

— Эй, ты куда? — поймал меня за руку Ромка.

— Туда. — Я кивнула в сторону бара.

— Хочешь еще выпить?

Я мотнула головой, не сводя взгляда с Аркнина.

— Я хочу его.

Вырвав ладонь из руки парня, я направилась к цели. Однако Ромка снова перехватил меня, и сжал уже не одну ладонь, а обе.

— Каро, милая, ну зачем тебе этот мужик? Нам же так хорошо вместе было, — заговорил он, крепче сжимая мои ладони. — Хочешь, я тебе ещё выпить принесу? Или, может, поедем ко мне, а?

Не успела я ответить ему отказом, как Ромка резко прижал меня к себе и провел мокрыми губами по моей шее.

Я взвизгнула и попыталась оттолкнуть его, но он держал слишком крепко. В нос ударил противный запах перегара.

— Отстань от меня! — крикнула я, не теряя попыток вырваться из неприятных объятий. Однако мой крик потонул в громкой музыке.

— Ты же сама меня соблазняла, Каро, — зашептал мне на ухо Ромка. — Танцевала прямо там, где я сидел. Соблазнительно двигала бёдрами. Ты же хочешь меня, признайся. Я вот хочу тебя с тех пор, как ты устроилась в кофейню…

— Отпусти меня, идиот! — Я уперлась ладонями в его крепкую грудь, надавила на нее, стараясь сократить расстояние между нами. — Мне от тебя ничего не нужно! Ты мне вообще не нравишься!

— Едем ко мне, милая. — Ромка меня как будто не слышал. — Тебе понравится, обещаю.

— Девушка сказала, чтобы вы ее отпустили, — раздался рядом стальной голос.

Ромка замер, ослабив хватку. Я воспользовалась его замешательством и со всей силой толкнула его в грудь. Парень отшатнулся и удивлённо уставился на меня. Я же смотрела на того, кто стоял рядом с хмурый видом. Это был Аренин.

— Юрий Сергеевич… — пролепетала я, внезапно ощутив себя подростком, которого родитель застукал за курением.

— Слышь, ты чего привязался к нам? — пришёл в себя Ромка, злобно глядя на Аренина.

— Девушке явно не нравится ваше навязчивое общество. Я бы посоветовал вам, молодой человек, внять ее словам и спокойно уйти по своим делам, а не то вы пожалеете.

Если бы каждым словом можно было резать, то на Ромке было бы уже двенадцать ран. Тон у Аренина был хоть и спокойный, но такой пугающий, что Ромка сразу же растерял всю свою спесь.

— Какие-то проблемы? — Через толпу веселящихся людей к нам протиснулись два охранника.

Аренин одарил Ромку тяжелым взглядом.

— Все хорошо, — буркнул тот. — Просто недопонимание.

Охрана перевела взгляд с Ромки на нас с Арениным.

— Все хорошо, — повторила я и, улыбнувшись, прижалась к плечу Аренина. — Мы уже уходим.

Охрана кивнула и удалилась. Бросив на нас недовольный взгляд, Ромка тоже поспешил ретироваться.

— Спасибо, вам, Юрий Сергеевич, — произнесла я, крепче прижимаясь к Аренину и вдыхая его приятный аромат.

— Не за что, Шмелева. — Он осторожно отстранился от меня и, взяв за рукав платья, потянул в сторону выхода. — Пойдемте, я отвезу вас домой.

Домой мне совершенно не хотелось, но если меня повезёт Аренин, то пусть так. Домой так домой.

Глупо улыбаясь, я позвонила Аренину вывести себя из клуба и усадить в машину.

— А что вы тут делаете? — спросила я, когда Юрий Сергеевич сел на водительское место. — Не похоже, чтобы вы вели тусовочный образ жизни.

— Я и не веду. — Аренин пристегнулся и завёл двигатель. — Просто принял участие в розыгрыше от вашей кофейни и выиграл посещение клуба. Решил сходить, раз уж делать было нечего.

— И как вам?

Аренин бросил на меня красноречивый взгляд льдистых глаз, которые в полумраке салона стали на несколько тонов темнее.

— Ужасно. Больше ноги моей не будет в подобных заведениях.

— Какой вы скучный и старомодный, — протянула я. И тут же с восторгом добавила: — Но вам это жутко идёт!

Аренин что-то пробормотал себе под нос. Мы выехали с парковки и поехали по пустому проспекту в сторону моего района.

Я сидела на теплом сиденье с подогревом и тихо радовалась присутствию Аренина. Вдыхала запах его парфюма, который заполнил салон автомобиля, и представляла, как бы прошел сегодняшний вечер в клубе, если бы Ромка все не испортил. Я бы пригласила Аренина на танец, мы бы обнялись и долго танцевали, наслаждаясь близостью друг друга.

Размечтавшись, я не заметила, как мы приехали к моему дому. Аренин заглушил двигатель и произнёс:

— Хорошего вечера, Карина.

Я невольно поджала губы. Расставаться с Арениным совсем не хотелось. В крови все еще бурлил алкоголь, придавая мне смелости.

— А хотите узнать, что означает буква «К»? — игриво произнесла я.

— И что же? — равнодушно спросил Аренин.

— Меня! — Я указала на себя пальчиком. — К — значит Карина. Все это время я вам рисовала в сердечке первую букву своего имени.

— Не понял, — нахмурился Аренин.

— Я вас люблю, — выдохнула я и, прикрыв глаза, потянулась к нему с твердой решимостью поцеловать. Пусть знает о моих намерениях!

Весь мир в этот миг будто бы замер. Остался лишь пропахший парфюмом Аренина салон, мое бешено бьющееся сердце и жар внизу живота.

Прохладные пальцы коснулись моих губ, остужая пламя внутри меня. Я удивленно распахнула глаза.

— Шмелева, вы с ума сошли? — низким и немного охрипшим голосом спросил Аренин.

Он остановил меня всего в нескольких сантиметрах от его губ. Даже в полумраке я отчетливо видела их соблазнительные черты, маленькую родинку в уголке и пробивающуюся щетину над верхней губой.

— Отодвиньтесь от меня. — Стальной голос Аренина резанул по моему отчаянно бьющемуся сердцу.

Я медленно вжалась в сиденье. С силой сжала губы в тонкую линию.

— Я сделаю вид, что не слышал ваших пьяных бредней.

— Это не пьяные бредни! — с обидой в голосе произнесла я. Да как он мог так сказать?! Я же открыла ему свое сердце!

— Карина, — Аренин заглянул в мое лицо, оставаясь при этом на безопасном расстоянии, — между нами ничего не может быть. Вы студентка, я — ваш преподаватель. Между нами десять лет разницы.

— Разве это преграды? — прошептала я, чувствуя, как глаза наполняются слезами.

— Может быть вы, юная и беззаботная, не видите в этом проблемы, но я, взрослый и опытный, прекрасно ее вижу. — Аренин на мгновение прикрыл глаза и вздохнул. — Ничего не выйдет. Не питайте надежд. Живите дальше своей жизнью.

— Но ведь… — хотела было возразить я, однако Аренин выскочил на улицу. Холодный ночной воздух влетел в салон автомобиля, заставив меня съежиться.

Юрий Сергеевич обошел машину и открыл пассажирскую дверь.

— До свидания, Карина, — с нажимом произнес он, толсто намекая, что мне пора убираться.

Сглотнув, я вышла из машины и, бросив печальный взгляд на Аренина, поплелась к своему подъезду. Сдерживать слезы больше не было сил, и они хлынули из глаз, заливая щеки. Холодный воздух тут же принялся кусать мокрую кожу.

Позади раздался визг шин. Я обернулась и увидела как Аренин, резко газанув, уезжает прочь.

— Как я могу жить дальше своей жизнью, если теперь ты и есть моя жизнь… — прошептала я, глядя на стремительно удаляющийся белый внедорожник.