Глава 5 - Фальстарт

Тай

Конечно, было одно суеверие, в правдивость которого я верила безоговорочно — не болтать лишний раз, если дело еще не сделано. Но сегодня я решила закрыть глаза на свои же соображения, потому что внутри меня ликовала невероятная радость, которая так и норовила выскочить наружу.

Одним словом — мне нужно было банально похвастаться своим достижением. Потому, я не стала откладывать на завтра то, что могла сделать уже сегодня.

Стоило только покинуть ледовую арену, как я тут же достала телефон и поспешно набрала номер главного редактора «Жизнь-ТВ».

В конце концов, удача не терпит сомнений. Вот и я не должна сомневаться в том, что у меня уже все максимально схвачено, и я без пяти минут телеведущая собственного, хоть и маленького, но шоу.

— Полоцкий слушает.

— Григорий Григорьевич, добрый вечер!

— Добрый. Но кто это?

— Это Таисия, ну которая Котова. Ну та, что должна была выбить из Бессонова интервью или умереть.

— Ах, Таечка, слушаю тебя внимательно, милая моя.

— Я его сделала! — захлебываясь восторгом, выпалила я.

— Что? Я не ослышался?

— Нет! Артем Бессонов действительно согласился дать мне интервью?

— Так, погоди. Он жив? Ты нигде не держишь его в заложниках?

— Никак нет, Григорий Григорьевич. И вообще, вы знаете, парень на поверку оказался очень милым: не нагрубил, а просто взял и сказал мне «да». Представляете?

— Пока нет, но сейчас попытаюсь представить, — секундное молчание и Полоцкий бомбардирует меня новым вопросом. — Милый Бес, говоришь? Слушай, а ты точно уверена, что договорилась именно с ним? Тебя не могли ввести в заблуждение или может ты банально перепутала его с другим игроком, нет?

Я тут же весело рассмеялась и покачала головой.

— Нет, Григорий Григорьевич, поверьте мне, я Артема Бессонова ни с кем не перепутаю. Он, так скажем, очень сильно похож на моего одного старого знакомого.

— Ах, вот оно что. Ну тогда спеши принять мои поздравления, Таюш! Ты большая молодец. Целеустремленные, пробивные девушки — это то, что нам нужно. Когда будет все готово, жду тебя в офисе. И не забывай — у тебя времени до Нового года.

— Помню. Все будет в лучшем виде, зуб даю.

— Не стоит, Тая, твои зубы мне ни к чему. Жду интервью с Бесом, файл с обязательными вопросами вышлю тебе на почту. Все — целую, обнимаю. Пока!

— Пока, — это слово я сказала уже трубке, в которой были слышны короткие гудки. Но я нисколько не расстроилась, наоборот, воздела руки к небесам, по-быстрому станцевала сумасшедший пасадобль, прокричала «а-а-а-е-е-е!» и с чувством выполненного долга потопала домой. Попутно ругая себя за то, что одела эти проклятые ботфорты. Ходить по обледеневшим тротуарам на высоченных шпильках было смерти подобно.

Но я почти не замечала неудобств, радость слишком затуманила: ни толпу недовольных людей в метро. Ни усиливающийся мороз, из-за которого ноги у меня все-таки замерзли. Ни даже на то, что прямо перед домом я все-таки поскользнулась на своих умопомрачительных ходулях и растянулась словно неуклюжая косуля на льду, сломав при этом каблук.

— Ай, да и пофиг. Зато я молодец, остальное вторично, — рассмеялась сама себе. Потом кое-как поднялась и пошла домой.

До самого дня «Х» я будто не жила, а форменно существовала, отсчитывая часы до встречи с Бессоновым. И все это время обдумывала то, в каком образе предстану перед звездным игроком: деловой дамой, своей девчонкой, поклонницей беспроигрышной базы или роковой женщины.

После долгих раздумий и взвешиваний всех за и против, я все-таки пришла к выводу, что надо не изменять себе. Если ботфорты и короткая юбка прокатили в первый раз, то лучше не рисковать и пойти по проторенной дорожке.

Так и поступила.

— Ну нихрена ж себе! — присвистнула Люба, входя в мою комнату и оглядывая меня с ног до головы.

— Это значит «вау» или «ты спятила?», — покрутилась я перед лучшей подругой вокруг собственной оси.

— Это значит, что твой хоккеист будет весь вечер отскабливать челюсть с пола, а не отвечать на скучные вопросы, Тая.

— Даже так?

— Где ты взяла это платье? — на один глаз прищурилась Кошкина.

— Купила, — улыбнулась я и подмигнула подруге через собственное отражение в зеркале, а затем медленно провела руками по талии и бедрам. — Крутое, да?

— Просто отвал башки, подруга, — выставила большие пальцы кверху Люба и завалилась на мою кровать, тщательно полируя меня взглядом.

И она была права на сто процентов, ведь посмотреть есть на что. Сегодня я и сама себе нравилась: у платья был длинный рукав, ассиметричной запах, закрытая шея, но при этом смелый вырез на талии, демонстрирующий совсем немного, но интригующий достаточно. И цвет у него был такой глубокий черный, разбавленный стальными пайетками. На ноги я надела капрон в мелкий горох. На лицо нанесла идеальный макияж: ненавязчивый «смоки айс». Никаких украшений. И завершала образ прическа прожженной стервы: зачес назад, но при этом по спине струились длинные локоны, завитые в крупные кольца.

Идеально!

— Что будешь делать, если он попросит твоей руки, Тай? — я на такой вопрос только рассмеялась и покачала головой.

— Мне нужен мужчина, а не мальчишка, который только и делает, что носится за шайбой с клюшкой наперевес.

— Ему за это платят неплохие деньги.

— Не в деньгах счастье, Люба!

— А в их количестве, — подмигнула мне кошкина.

— Ладно. Пожелай мне удачи.

— Тебе она не нужна, Тая. Бессонов не устоит — руку даю на отсечение.

— Ну, тогда я пошла. Такси уже ждет, — помахала я своим смартфоном, на экране которого уже высветилось сообщение, что водитель у подъезда.

А дальше была долгая дорога по декабрьским пробкам до пункта назначения, за время которой я успела наизусть выучить все свои вопросы, которые планировала задать, а еще отрепетировала, как и что буду говорить Бессонову до и после интервью. И отчаянно сжимала свой крохотный клатч, стараясь успокоить вдруг расшалившиеся нервы.

Ну чего это я, собственно? Все же уже на мази.

Выдохнула бесполезное напряжение и вышла из такси, с высоко поднятой головой, направляясь в ту самую кофейню напротив ледового дворца, в которой уже должен был ждать меня нападающий Ястребов.

И так оно и было.

Я зашла внутрь очень уютного заведения. В воздухе парил приятный запах свежемолотого кофе, играла приглушенная музыка без слов. Пару столиков у окна были заняты: за одним сидела парочка, а за другим компания девчонок лет пятнадцати.

Я мысленно пожелала себе удачи и сняла легкую кроличью шубку, которую мне одолжила Кошкина. Затем стала оглядываться, пытаясь среди посетителей найти того самого.

— Могу я вам помочь? — обратился ко мне милейший на вид официант.

— Подскажите, меня должен ждать человек по фамилии Бессонов.

— Ах, — кивнул парень, — тогда вам сюда, прошу.

И он повел меня в самый конец заведения, где за двумя кадками с фикусами уже дожидался сам Артем.

— Это к вам, — обратился официант к парню, который сосредоточенно с кем-то переписывался в своем телефоне. Звёздный игрок тут же поднял на нас свои неправдоподобно голубые глаза.

На короткое мгновение между нами повисло молчание... Оно словно обжигающее пламя, заполнило собой все вокруг.

Артем не сводил с меня глаз, казалось он увидел привидение, пока я стояла перед ним и приказывала себе не дрейфить. А потом услышала слова, которые сегодня уже говорила моя лучшая подруга.

— Ну нихрена ж себе...

Что ж, Тая, Настрой-то верный! В десяточку.

***

— Спасибо, — по-королевски неторопливо склонила я голову в знак признательности. — Сочту за комплимент.

— Это он и был, — произнес Артем и я с удовольствием увидела, как нервно дергается его адамово яблоко оттого, что парень сглатывал, буквально пожирая меня по-мужски желанным взглядом.

— Могу я сесть? — кивнула на стул, стоящий напротив Бессонова.

— Ох, прости, я что-то резко все мозги растерял, — вскочил парень с места и все-таки галантно отодвинул мне стул, не упуская возможности наклониться к моей шее почти вплотную и громко втянуть носом воздух.

Не сказать, что я растаяла от его действий, хотя, наверное, другая на моем месте бы упала в обморок. Мне же скорее было неприятно, после недоотношений и недосережей мужское внимание я воспринимала под другим углом.

— Ну и как? Нравится? — откуда-то во мне включилась уверенная кокетка, которая игриво улыбнулась парню напротив.

— Отвал башки. — Достаточно громко произнес Артем, он вытянул губы трубочкой, видимо думал присвистнуть, но тут же изменился в лице, передумал что ли…

— Согласна, мне тоже кажется, что аромат крутой. А теперь можете садиться.

И в этот самый момент я услышала громкий смех. Подняв голову, заметила, как смеялся Бессонов, да так заразительно и искренне, что я не удержалась и тоже тихо хихикнула.

Наконец-то Артем приземлился напротив и стал смотреть на меня еще более пронзительным взглядом, словно не мог поверить в увиденное. Так смотрят фанаты на своих кумиров, когда впервые видят в реальности: со жгучим интересом.

— Обалдеть, — мысль, которая крутилась навязчиво в моей голове, сорвалась с языка. Вот же блин…

— Согласен — я обалденный, — и после этого сомнительного замечания, уже я покачала головой.

— А я не вас имела ввиду, Артем.

— Нет? — создавалось ощущение, что фраза настолько прозвучала необычно для парня, что он не мог поверить в услышанное. Глаза его расширились, губы разомкнулись. Правда, Бес тут же подобрался, видимо понял, что слишком открыто демонстрировал свой шок.

— Нет. Вы просто очень сильно на моего бывшего похожи. Признаться, на многочисленных ваших фотографиях еще возможно было находить отличия, но теперь, вот так вживую — просто нереальное сходство.

— Даже не знаю, как это расценивать, — пожал плечами Бес и как-то гадко усмехнулся, но я пропустила его реакцию мимо себя, в который раз укутываясь в болезненные воспоминания того предательства, что мне пришлось пережить.

— Никак. Это вовсе не комплимент, если что.

— Даже так?

— Да, мой бывший был стопроцентный махровый мудак.

— Что же он сделал? — Артем подпер ладонью подбородок, выказывая небывалую заинтересованность темой.

— Давайте все же вернемся к вам, — постаралась перевести я. Ведь было достаточно непрофессионально делиться личным во время работы.

— Ко мне еще успеется, — напирал Артем, пристально сканируя меня взглядом.

— Расскажите о том, как…

— Сначала ты, Тая, — он нагло перебил меня, и я поняла, что дальше разговор не получится. Придется, дать слабину.

— Вам правда интересно? — облизнув губы, произнесла я.

— Неимоверно!

— Хорошо. Но я даже не знаю, как описать этого... так скажем, человека. Ведь так, как поступил он, нормальные люди не поступают, если только примитивные, не обремененные достаточным интеллектом животные.

Наверное, зря я откровенничала с первым встречным, еще и копией Сергея. Нужно было все-таки говорить завуалированно или вообще попробовать сменить тему. Но в груди вдруг вспыхнул такой пожар обиды, что я не сдержалась. Фразы одна за другой летели бесконтрольно с моих уст.

— Как интересно...

— Да не особо, если честно.

— Он еще жив?

— Вообще без понятия. Может вернемся к нашему интервью?

И снова Бессонов не дал мне возможности соскочить. И чего его так заинтересовало мое прошлое, не понимаю…

— Бросил тебя, значит?

— Нет, — улыбнулась я. — Оказал мне услугу: преподал жизненный урок и исчез с небосклона. Впрочем, что с него еще взять? На большее, думаю, он априори не способен.

— Подлец, — поцокал языком Артем и покачал головой.

— Не то слово, — согласно кивнула я.

— Но ты на внешность не смотри, Тая. Я — хороший.

— Все мы хорошие. Местами…

— Я особенно. Гляди — никому не давал интервью, а тебе дам. — С каким-то удовольствием произнес Артем, будто мы тут не в уютном кафе сидели, а спасали обездоленных детей Африки.

— О, я безумно вам за это благодарна…

— И ты мне тоже дашь, Тая, — перебил Бессонов, разглядывая таким животным взглядом, что мне стало не по себе.

— Э-м-м, — я не совсем поняла как именно реагировать на столь странные заявления. Может ему в прошлой игре шайбой по башке прилетело, вот он и выдает словесный понос, сам этого не замечая?

На этой минорной ноте мы замолчали, так как официант принес нам напитки и десерт.

— Примерил на себя роль джентльмена и осмелился сделать заказ за тебя. Надеюсь, что не прогадал.

Я тут же перевела глаза на мандариновый мокко с халвой и благодарно улыбнулась.

— Спасибо.

— Допустим, что пока не за что, — отпил из своей чашки черный кофе Артем и медленно облизал губы, глядя прямо мне в глаза.

Такой знакомый жест. Где-то между ребер стрельнуло, словно туда прилетел раскаленный осколок.

— Что насчет интервью, Артем? — чуть менее уверенно напомнила я. Хотелось скорее закончить со всем этим и пойти домой. А там душ, кровать и подушка, в которую нет-нет, да лились мои глупые слезы обиды.

— Я же сказал — все будет.

— Тогда, возможно, мы сделаем это прямо сейчас? Или перенесем на более удобное для вас время? У меня, честно говоря, много вопросов.

— У меня тоже много к тебе всего, знаешь ли, Тая, — эти последние слова Бес отчего-то произнес хрипловато, слегка приглушая голос. Он наклонился ко мне максимально близко, отодвигая кофе в сторону.

— Не понимаю...

— Во-первых, перестань мне выкать, ок?

— Ок, — кивнула я заторможено, разглядывая его лицо.

Не было бы щетины этой недельной и у меня бы точно случился разрыв шаблона. Неужели бывают ли люди настолько схожи? А может… у него вообще брат-близнец есть? Или… Нет! Мысленно я отмахнулась, посчитав, что даже в голове это прозвучало бредово. Такого просто не бывает, ни в кино же живем.

— А, во-вторых, за все нужно платить, Тая. Ты готова?

— Я? Конечно! Конечно, я оплачу за ужин и… — совершенно не понимала, куда он клонит, но на всякий случай опасалась злить этого несговорчивого хоккеиста или бесить.

— Тогда давай так, Тая. Я — тебе интервью. Ты — мне себя.

— Чего? — нахмурилась я. — Что это значит?

— Это значит, что я тебя хочу.

Пару раз я хлопнула ресницами, пока Артем хищно меня сканировал взглядом. Между нами повисла секундная пауза, да настолько натянутая, что чиркни спичкой — случился бы пожар. Таких заявок по мою душеньку на первой встрече еще не было… С ума он что ли сошел? Или может… шутит?

— Что?

— Что слышала. Ты хочешь интервью. Я хочу тебя трахнуть.

— Вы... ты... в своем уме такое предлагать? — хрипло, теряя голос спросила я и решительно поднялась со своего кресла.

— Ты хочешь мне отказать? — улыбнулся он как самый настоящий дьявол во плоти.

А я схватила свою сумочку, потому что находится здесь было просто невмоготу. И, прежде чем уйти, выдала на прощание:

— Единственное, что я сейчас действительно хочу, так это послать тебя к черту!

Развернулась и торопливо бросилась прочь. И тут мне в спину прилетают слова, которые не иначе пулями, разрывающими грудную клетку не назовешь. Они заставили меня остановиться, они прозвучали похлеще ледяной воды, которую брызгают человеку в лицо, желая вернуть его в гнусную реальность.

— Зря ты так, Тая, названная в честь бабушки...