Глава 22
Рита
Закончила с разбором фотографий к семи. Сварила немного кофе и, чтобы дать глазам отдохнуть, принялась рассматривать спящего Льва. Всего пару часов назад, узнав, что он читал дневник Эльзы, она хотела уйти. Сделать так же, как в прошлый раз. Тихонечко одеться, прихватить самое необходимое и вернуться к Герману, теперь уже навсегда. Но что-то остановило.
Вот и сейчас, думая об этом, Рита вдыхала аромат зеленого чая, изучая взглядом спящего мужчину. Растрепанные рыжие волосы на коричневой диванной подушке, лицо даже во сне сосредоточенное, нелепо съехавшие очки девушка не решилась снять — боялась разбудить.
А уйти? Уходить не хотелось. Она чувствовала, как он медленно тает. Постепенно, совсем по чуть-чуть, но к нему возвращается жизнь. Ругать его за дневник? Рите ли не знать, что невозможно за несколько дней вырвать из сердца и жизни человека, который занимал все твои мысли так много лет.
Уходить из-за дневника? Глупость страшная, потому что помимо дневника есть много чего другого. Есть тот вечер в доме отца, когда его горячие руки обнимали её, испуганную и растерянную. Есть эта идиотская забота, за которую его то ли хочется убить, то ли поцеловать. Есть эти красные варежки, ради одной из которых он полез на тонкий лед, не зная, глубокая под ним река или нет.
Улыбнулась, вспоминая, как смешно они стаскивали с него замерзшие до состояния кола штаны, а потом оба отпаивались горячим чаем, растирая искупавшуюся вместе со Львом Крыску теплым пледом.
А уйти? Уйти можно и после, если все станет совсем плохо. Если задуматься, пока все очень даже хорошо.
Достала из вазочки земляничное печенье и макнула в чай.
Пусть её защитник еще немного поспит. В конце концов, у него как будто бы отпуск.
“Есть время сегодня или завтра?”
Кинула сообщение подруге, которая благодаря дочери-жаворонку точно уже была в полной боевой готовности. Разумеется, отозвалась почти мгновенно:
Лиля Никитина (Смирнова)
“Есть завтра. Сегодня надо кучу текстов на сайт журнала намалевать. А что ты хотела? И почему не спишь в такую рань?”
Рита Соколова
“Не спится. Хочу выбрать подарок Льву на новый год. Если поеду одна, он точно за мной увяжется. Кстати, фотки уже у тебя на почте”
Лиля Никитина (Смирнова)
“Ок, завтра часа в два. Я еще наберу тебя, как фотки гляну. Ты со скольки не спишь, что все уже приготовила?”
Рита Соколова
“Примерно с четырех, но я в норме”
Лиля Никитина (Смирнова)
“А как Лева? Помирились?”
Рита Соколова
“Дрыхнет. Еще не разговаривали”
Лиля Никитина (Смирнова)
“Он хотел, как лучше:(”
Рита Соколова
“Руслан, верни телефон жене!!!!!:))))”
“Я знаю, что хотел и не обижаюсь. Почти”
Болтовня с подругой увлекла её еще на час. Стоило свернуть экран мессенджера, как зазвенела стандартная мелодия будильника. Одновременно с ним громкий вскрик заставил девушку подскочить на месте:
— Рита!
Лев резко сел, очки слетели на пол…
Лев
Ночью он отдал приказ собрать всю информацию о Вольском и не сводить с него глаз. Если этот хмырь выведет их к Джокеру, то и сам сядет надолго. Удивительно, но посадить Вольского хотелось даже немного больше, чем поймать опасного преступника.
Сон пришел внезапно, подхватив волнами памяти. Воспоминаниями о том Льве, которого давно нет в этом мире: юном, амбициозном выпускнике Академии. Который умудрился влюбиться в свой первый объект наблюдения. Влюбиться ответно, очень надолго и с треском провалиться.
Тогда он работал в небольшом отделе ведомства, не престижном, зато очень засекреченном. Из памяти давно стерлось и имя начальника, и то, зачем его приставили к Эльзе. Вроде, что-то касалось её отца и бизнеса.
Но чем больше он узнавал девушку, тем глубже она проникала в его сердце. Хрупкая, светлая, изящная во всем и очень домашняя. Она напоминала ему девушек с картин художников девятнадцатого века. Возможно, в прошлой жизни Эльза и была одной из тех, кто вдохновлял творцов на прекрасные образы и строки.
Читая дневник, Лев ловил себя на ужасных мыслях, на том, чего делать ни в коем случае нельзя — сравнивать Риту и Эльзу. Но он сравнивал.
Эльза — идеал от маникюра на пальчиках до укладки. Обожала коктейльные платья и брошки, заколки, серьги. Фанатела от обуви на шпильке, у неё было пар двадцать не меньше. Потрясающе готовила. Всегда ждала его дома, чтобы накормить ужином и поцеловать. Такая изящная, будто фарфоровая статуэтка на камине. Когда целовал её, когда сжимал в руках, боялся разбить.
Рита — сумасшедший электровеник в рваной майке, кедах и с фотоаппаратом в руках, такой он увидел её впервые. Потом было утро и лохматый кулек на голове, застиранное домашнее платье и отвратительный кофе. Она не носит украшений, кроме той подвески, что он подарил — золотой фотоаппарат по-прежнему украшает тонкую шею. Вечно норовит куда-то сбежать, за ней невозможно уследить. На кухне эта женщина — разрушительный ураган. И не только на кухне, она постоянно наводит вокруг себя хаос и влипает в неприятности.
Чувствует ли Лев к ней тоже, что и к Эльзе? Нет. Но есть что-то другое: теплое, сумасшедшее, искрящееся. Как будто неопытный турист раз за разом чиркает отсыревшими спичками, выбивая искры.
И, черт возьми, если это последняя пачка спичек. Если он не разожжет костер, то просто замерзнет на смерть. Без неё.
Его сны тоже изменились. Лев смотрел, кажется, тот же самый кошмар, но по старому телевизору: постоянные помехи, дрожащее изображение и лица… они меняются.
Убийца тот же, а вот девушка. Экран мелькнул и на месте Эльзы оказалась Рита. Щелчок. Выстрел. Звонок гребаного будильника, который не разбудил его на пять минут раньше.
— Рита!
Сам не понял, выкрикнул он это в реальности или во сне. Сел. Очки соскользнули с носа, следом за ними упал и плед, которым кто-то заботливо его накрыл. Заворчали разбуженные собаки.
В мгновение ока девушка оказалась рядом с ним и крепко обняла.
— Я здесь. Ты звал? — успокаивающий шепот.
Не ответил. Молча обнял за талию и прижал к себе до боли в мышцах. Она здесь. Все в порядке.
— Тебе приснился кошмар? — Рита нарушила тишину через несколько бесконечно долгих минут.
С трудом перегнулась через все еще держащие её руки и подцепила с пола очки. Аккуратно надела их Льву на нос. Теперь он мог четко видеть улыбающееся лицо и чуть растрепанные светлые волосы, собранные как попало в традиционный кулек на затылке. Осмотрел сверху вниз от лба скользнул взглядом по узкой переносице, безумно притягательным губам и острому подбородку. Потом ниже, где под плотной тканью домашней пижамы с идиотскими летающими поросятами пряталось стройное тело. Целое. Никаких следов выстрела, эхо которого все еще отдавалось в ушах.
— Не то слово, какой кошмар, — заставил себя улыбнуться.
— Тебе заварить кофе?
Лев зажмурился, когда она запустила тонкие пальчики в растрепанные волосы. Ему не нужен был кофе, а вот это…да. Едва не замурлыкал от несмелых движений.
— Позже, — промурчал, как сытый хищник, низко и гортанно.
— Ммм, кажется, я нашла средство от плохого утра? — хитро шепнула девушка и прекратила свою магию.
Возмущенно открыл глаза. Куда? Это так ярко отразилось на его лице, что Рита звонко рассмеялась и, откинув в сторону подушку, на которой он спал, села. Похлопала ладонью по коленям.
— Ложись.
Послушно выполнил команду и зажмурился, когда волшебные пальчики вернулись. Иногда в детстве его так успокаивала мама, потом Эльза шутя ерошила, но никто не делал это так, как Рита. Игриво, настойчиво и в тоже время деликатно. Она то дразнила, то пряталась, то сжимала почти до боли, то нежно поглаживала.
Кажется, он мурчал, черт возьми, вслух.
Взрослый мужчина всерьез издавал эти полукошачьи звуки, потому что эта девочка его заколдовала. Воспользовалась слабостью, оказалась рядом и запустила свои коварные пальчики в рыжую гриву.
Он был этому рад.
Рита
Она больше не думала о ссоре или побеге. Это встревоженное: “Рита!” — отпечаталось на сердце, дало надежду и вымело прочь сомнения. Он звал не Эльзу. Этого было достаточно.
Оставшиеся дни до Нового года прошли спокойно. Они не расставались сутками и это казалось странно правильным. Единственным исключением стало тридцатое декабря, которое Рита провела вместе с лучшей подругой в торговом центре, а Лев в своем склепе с энергичным мужчиной-риэлтором, которого посоветовал Руслан.
— Рит, что случилось? — Лиля удивленно смотрела на подругу, которая не притронулась к кофе и бросала обеспокоенные взгляды во все стороны. Как будто обстрел неприятеля вела.
— Ничего. Лев задерживается. Обещал уже быть, — глянула на телефон.
— Посмотри как метет? Пробки. Нас в этом году, кажется, по уши снегом засыпет.5ebdbc
— Ты права.
— Кстати, вы где новый год встречаете? Если хотите, приезжайте к нам с Русом. У нас детский сад, но вам не помешает практика.
— Думаю, я усну в девять вечера и новый год буду встречать под теплым одеялом. Это ужас какой-то, ухожу в спячку, как медведь, — проворчала Рита. С привычкой работать по ночам пришлось стремительно расстаться.
— Это не ужас, это норма. Все первое время дрыхнут. Отсыпайся, пока можешь. Потом родится, будешь грезить о здоровом сне. Вечный бой — покой нам только снится, — улыбнулась Лиля, хватая разжужжавшийся телефон. — Да. Мы с Риткой чай пьем. Ты далеко? Что?
Бросила на Риту испуганный взгляд и шепнула:
— Я на минутку.
Аккуратно вылезла из-за стола и вышла в коридор. Сердце пропустило удар. Рита итак сейчас переживала по любому поводу, а такое поведение подруги просто выбило из-под ног почву. Где Лев? Почему он не едет? А если с ним что-то случилось?
Хотела рвануть в коридор и подслушать разговор, но вовремя одумалась. Это может быть личное, тем более она оставила здесь вещи — не бросать же.
Лиля вернулась через пару минут и сделала большую глупость, начала разговор с:
— Рита, ты главное не волнуйся…
Чашка выпала из ослабевших пальцев и ударилась о блюдечко. К счастью, ничего не разбилось.
— Что случилось?
Лиля не успела ответить, аккуратно вытирая остатки чая со стола бумажными салфетками. За неё это сделал высокий худощавый мужчина с взлохмаченными, слегка вьющимися русыми волосами. Он замер над нами, глядя сверху вниз.
— Добрый день дамы, — в глазах искорки веселья. — Я отвезу вас по домам. Приказ Льва Евгеньевича.
На этот раз тревожность была обоснована. Что-то случилось и ей об этом упорно не говорят. Это злит так, что зубами хочется скрипеть. Да она и скрипнула, прежде чем посмотреть на внезапного гостя.
— А где сам Лев? И кто вы такой?
— Николай. Занимаюсь вашей охраной. Лев в настоящий момент занят. Небольшая авария на дороге. Все в норме.
Тыдыщ. Со второй попытки чашка все-таки упала и разбилась.
— Где авария? Мы едем туда, сейчас же!
— У меня приказ отвезти вас домой, — уперся нависающий горой мужчина. — Пройдемте со мной, Маргарита.
— Домой? — Рита улыбнулась. — Хорошо, как скажете, — закинула в сумку телефон, накинула пуховик и… рванула со всех ног к выходу из кафе, петляя между стульями, как уходящий от погони заяц. — Лиля, расплатись за меня! Я переведу!
— Твою мать! — выругался Николай и рванул следом.