Глава 17

Ева не помнила себя от ужаса. Случилось то, чего она боялась больше всего. Худшее, что могло произойти.

Сумасшедший полёт сквозь туман казался бесконечным. Уши закладывало от свиста ветра и оглушительного хлопанья крыльев над головой. На высоте мгла немного рассеялась, но продолжала оставаться необычайно плотной, температура же упала на несколько градусов. Губы потрескались от мороза. Кончики волос выбелил иней. Невольные слёзы застывали на щеках кристалликами льда.

Незнакомец молчал. Острые когти впивались в плечи на грани того, чтобы пропороть кожу. Ноги болтались в воздухе, но теперь Ева хотя бы могла их видеть. Она не переставала ругать себя за дурацкий побег. Каким бы мерзавцем ни был Велар, чужак, выловивший её во мгле, наверняка хуже. Не в плену, не после контракта с демоном, не пока она блуждала, потерявшись в тумане, — сейчас, именно сейчас с ней могло произойти всё, что угодно. Какая угодно дикость. Любая немыслимая жестокость из тех, что случаются с героями кровавых ужастиков или о которых узнаёшь из новостных лент. Её могли убить быстро и безболезненно или убивать мучительно и долго; могли пытать, изнасиловать, съесть живьём, сотворить с ней что-то чудовищное, что-то такое, чему Ева с радостью предпочла бы смерть. Тысячи вещей, которые она боялась вообразить, о которых не могла подумать без содрогания были готовы превратиться в пугающую реальность. Что если?.. Нет! Она запретила себе развивать эту тему дальше и попыталась сосредоточиться на физических ощущениях: холод, недостаток кислорода, боль от стальной хватки похитителя.

Огибая скалу, чёрной громадой выросшую на пути, они поднялись выше. Здесь, над острыми пиками, выступавшими из тумана, воздух был разрежён до такой степени, что не получалось вдохнуть глубоко. Голова закружилась. Навалились апатия и усталость. Так, должно быть, чувствуют себя альпинисты, отправляясь высоко в горы без специальных кислородных баллонов.

«Я сейчас потеряю сознание», — мелькнула мысль за секунду до того, как они начали снижаться.

В рваных сгустках тумана проступили контуры остроконечной крыши незнакомого особняка.

«Я должна успокоиться. Я должна что-то придумать».

Похититель влетел в окно под крышей, грубо швырнув свою ношу на пол. В ноздри ударил специфический затхлый запах — пыль и гнилые доски. Падая, Ева поцарапала плечо об угол стола, но, объятая ужасом, не заметила боли. Не успела она подняться, как её вздёрнули на ноги.

— Так-так, кто тут у нас?

Кроме Велара и его сестры, Ева не встречала иных демонов, поэтому могла только предположить, что незнакомец выглядит нетипично для представителя своей расы. На Земле столь бесцветных людей называли альбиносами. Чёрные крылья в сочетании с белыми волосами и такой же кипенно-белой кожей смотрелись чужеродно и жутко, словно принадлежали кому-то другому. То, что перед ней — демон, Ева не сомневалась: не могло быть у ангела рубиновых глаз и острых удлинённых клыков. Чертами похититель неуловимо напоминал её мужа. Было в них, демонах, что-то общее: чёткие скулы, хищные линии, какая-то мистическая, звериная грация — нечто, помимо крыльев и необычной формы зрачков, ясно дававшее понять: это не человек. От человека в незнакомце было столько же, сколько и от ангела. Высокий, выше Евы на голову, в своём чёрном долгополом плаще он казался внушительным и безжалостным, способным на любую жестокость.

— О, да мне сегодня повезло! — с гадким смешком демон нагнулся и по-звериному обнюхал добычу. Его гладкие белые волосы были собраны в хвост, доходивший до поясницы. — Жёнушка Вела? Этой выскочки, добившейся всего благодаря сестре. Ты вся пахнешь им, — демон неприятно оскалился.

Ева почувствовала слабость в коленях и непреодолимое желание на что-нибудь опереться.

— Знаешь, мы с твоим супругом давние враги. Точнее сказать, соперники, — незнакомец бесцеремонно рассматривал девушку со всех сторон. — Когда-то мы с Веларом претендовали на один пост, но получил его не самый достойный, а тот, кто обладал связями.

Демон навис над Евой, сжав пальцами её подбородок и заставив болезненно задрать голову. Тонкие бескровные губы искривились в ухмылке. Мелькнули треугольники острых резцов.

— Что бы такого мне с тобой сделать? — Взгляд алых глаз устремился вверх с выражением крайней задумчивости. Демон стоял так близко, что задевал Еву лацканами плаща. Нестерпимо хотелось отодвинуться. Избежать неприятных прикосновений. Она ненавидела, когда кто-то вторгался в её личное пространство.

— Как считаешь, твой муженёк сильно расстроится, если кто-то случайно подпортит шкурку его любимой?

Чёрный ноготь невесомо очертил контур её носа. Прошёлся по щеке.

— Или развлечься иначе? Проверить, что особенного он в тебе нашёл? На самом ли деле ты такая сладкая, какой кажешься? — демон облизал губы. — Так какая месть, на твой взгляд, лучше: трахнуть мне тебя или убить?

— Убить.

Ева боялась смерти, как и любой человек. Не хотела умирать — отчаянно, до безумия — но понимала: очередного надругательства она не переживёт. Это станет тем, что её сломает, — последней каплей, переполнившей чашу страданий и унижений. И всё же другая часть её души, более разумная, кричала с не меньшим пылом: «Выжить! Выжить любой ценой!»

От страха мутило. Красные глаза напротив сверкали, словно раскаленная магма, поднимающаяся из недр земли. Слава небесам, демон отпустил подбородок Евы и отстранился, разрывая зрительный контакт.

Пленница осторожно повернула голову, ища пути к отступлению. Оголённые стропила, перекрестья несущих балок, свисающая с потолка паутина — чердак. В трубах завывал ветер. Вдоль стен стояла накрытая белыми простынями мебель, зловеще выделяясь в окружающем полумраке. Чуть дальше угадывался тёмный дверной провал, крест-накрест заколоченный досками, а перед ним — зияющая в полу дыра с неровными краями.

Ева сцепила руки за спиной, пытаясь перестать дрожать. То, что происходило, было выше её сил. Всё это было слишком. Она больше так не могла. Не могла так больше!

— Забавная зверушка. Велару, как всегда, повезло. — Раздраженный демон вспорол когтями воздух перед лицом своей жертвы, словно в яростном, но тщетном желании растерзать.

Ева отшатнулась, натыкаясь на подоконник. Сильные руки схватили её и дёрнули в глубину комнаты, бросая на укрытый простынями диван.

«Нет! Нет! Нет! — забилась в голове паническая мысль. — Только не это! Не снова! Не опять!»

Дыхание перехватило от ужаса. Девушка попыталась подняться, но не успела: нависнув сверху, демон грубо вдавил её обратно в сидение.

— Как жаль, — со злостью процедил он, зарываясь носом в волосы пленницы, жадно втягивая ноздрями воздух; когти царапали обивку дивана по обе стороны от головы девушки, — как жаль, что я ничего не смогу с тобой сделать! А какая чудесная получилась бы месть, отправь я этому жалкому выскочке изуродованный труп его жёнушки! — с этими словами альбинос неожиданно отстранился.

Ева сползла с дивана, дрожа от стресса и омерзения. Её рвало.

— А всё эти проклятые связи, чтоб Огненная ночь застала его в пути! — яростный голос теперь доносился со стороны окна. — Если с тобой что-то случится, Темнейшество не успокоится, пока не узнает, кто обидел драгоценного Велара. — Демон презрительно сплюнул. — Так что придётся вернуть тебя в объятия любящего супруга. К сожалению, целой и невредимой.

Вытерев рот, девушка кое-как поднялась с пола и с холодным расчётом взглянула на замершего к ней спиной демона:

— Если ты хочешь отомстить Велару, я знаю другой способ.

Демон обернулся и вопросительно приподнял бровь:

— Неужели?

Ева поджала губы: она ненавидела, когда к ней обращались этим снисходительным тоном, словно женщина не могла сказать что-то умное, предложить идею, заслуживающую внимания. В прошлом, в её земной жизни, она часто сталкивалась с предубеждением, но сейчас, в данном конкретном случае, её отказывались воспринимать всерьёз не потому, что она девушка, а потому что — человек. И это было не менее обидно.

— Насколько я поняла, демоны остро переживают потерю супругов, — последнее слово Ева выплюнула брезгливо, с отвращением.

Альбинос выжидающе скрестил руки на груди.

— Ты хочешь отомстить Велару и избежать наказания, я — разорвать контракт.

— Собираешься спросить, существует ли способ расторгнуть брак? — усмехнулся демон.

— А он существует?

Незнакомец задумчиво почесал подбородок:

— Пожалуй, один есть.