Глава 7

В связи со спецификой моей профессии, у меня появилась туча знакомых в разных сферах деятельности. Большинство из них, скажем так, мне должны. И как раз одному выпадает шанс отработать свой должок.

Есть один субъектик, который ведет некоторое досье на нашего брата. В свое время я спасла его шкуру, и он торжественно при мне сжег досье на меня. Ну, я же не дура, прекрасно понимаю, что это была копия. Но сделала вид, что поверила, а про долг не забыла.

Я набрала его номер, и, после череды длинных гудков, раздалось наконец недовольное "Слушаю".

— Привет, Ромка.

На том конце трубки ненадолго замолчали.

— Кама...Тебя еще не пристрелили?

— Твоими молитвами... А тебя еще не подорвали вместе с твоими писульками?

— Твоими проклятьями...

Обмен любезностями был закончен, и пора было приступать к делу.

— Ром, мне нужна информация на одного человечка... Но не его подноготная, а вся информация за последнее время о его действиях: где был, с кем встречался и т.д.

— Не вопрос, что есть, все твое! Что, завела себе наконец-то любовничка среди ваших молодцев? — хрюкнул должник в трубку.

— Не совсем. Шеф "Ангелов".

В трубке замолчали, через какое-то время я даже начала думать, что насовсем.

— Тебе жить надоело, — произнес, наконец, Рома. — Кама, куда ты вляпалась?

— Не твое дело. И ты мне должен, — поспешила я напомнить.

— Не лезь, он раздавит тебя как муху, ваш шеф и рядом здесь не стоял.

— Не трогай святое, то есть нашего шефа. Ну, так как?

Рома опять замолчал, видимо, взвешивая все за и против. Наконец мы продолжили.

— Кама, ты понимаешь, что если он обратится ко мне с аналогичной просьбой, я предоставлю ему всю информацию, в том числе и то, что ты интересовалась им у меня.

— Понимаю, — ответила я.

— Хорошо, когда и где?

— Есть еще одна небольшая заминочка, я не у нас в городе.

— Ты офигела?

— Билеты на самолет я оплачу, — поспешила я внести ясность.

— А еще проживание в отеле, культпоход и ресторан.

— Хорошо, вымогатель!

На этом и сошлись. Как он еще не попросил президентский номер и ванну из шампанского? Я бы попросила.

Так, одно дело я решила, то есть, результата нет, но от меня теперь мало, что зависит. Теперь нужно дождаться Ромку и тогда будем делать выводы. А сейчас можно и действительно отдохнуть. Посмотреть город, в конце концов, я же не лошадь. Иго-го!

Но мой заслуженный отдых видимо оказался незаслуженным. Телефон противно запиликал в кармане, на экране засиял Вирт.

— Ты дома?

Так и хотелось ответить "нет", но интерес, на кой я ему понадобилась, перевесил.

— Предположим, а что, без меня справиться не можете?

— Сейчас приедем, никуда не уходи.

Их не поймешь, то иди, отдыхай, то сиди и работай.

Вирт с Диком приехали где-то через полчаса.

— План меняется, — с порога произнес Вирт.

— А он у нас, простите, был?

Ребята переглянулись.

— Ну, мы хотели сегодня организовать вторую попытку соблазнения, узнали, что мэр едет вкушать яства и напитки в местную рестрацию, но теперь план другой, — виновато произнес Дик.

Я нахохлилась.

— То есть, я бы о ваших планах узнала где, уже в забегаловке? Типа, Кама, давай сходим покушаем, ой, а ты не переспишь случаем с нашим объектом? Смотрите-ка и он здесь!

— Не язви, — прервал меня Вирт, — мы как раз собирались ехать к тебе, рассказывать о планах, но тут всплыла интереснейшая информация.

Я решила, позлюсь в следующий раз.

— Наш таинственный похититель, не кто иной, как главный следователь в нашем городе и его районах, Антон Романович.

— Вы что же, не знаете в лицо таких людей? — удивилась я.

Оба отрицательно махнули головой.

— Не приходилось встречаться, — ответил Вирт.

— А своего-то мэра вы хоть знаете?

Мое замечание пропустили мимо ушей.

— Ну, и что это значит? — вернула я нас, и в первую очередь себя, в нужное русло разговора.

— А это значит, что на нас охотится полиция,— крикнул Дик с кухни.

— Три ха-ха. С чего вдруг? Большинство из них, а может и все, даже не подозревают о существовании наших организаций.

Я посмотрела на Вирта.

— Что ты молчишь?

— Я думаю, — ответил тот. — Возможно, что он и не знал на кого охотится. Придется, видимо, поговорить с ним лично.

Вот ввязались. Если честно, всегда боялась сесть в тюрьму, как ни смешно и маловероятно это не звучало бы. Дело в том, что наши действия осуществляются на свой страх и риск. Конечно, есть в верхушках, кому отстегивается немалый процент от наших организаций, и если что, думаю, они смогут замять дело. И то не факт. К тому же, смотря на чем прокололись, застукали в квартире какого-нибудь Господина N или застали над трупом губернатора. Согласитесь, разные вещи. Вполне вероятно, что наша коррупционная власть может далеко не все, так что шанс оказаться всеми брошенными в тюрьме есть всегда.

— Что ты имеешь ввиду,? — обратилась я к Вирту.

— А ты как думаешь? Когда я говорю, что надо пообщаться лично, это значит — надо пообщаться лично.

— И как ты себе это представляешь? — не отставала я от напарника. — Типа, привет, это тебя послали за нами следить? Если что, мы из секретной организации и выполняем поручения людей, скажем так, из верхушек. Так что не парься! Так что ли?

— Ну, типа того, — не смутился Вирт. — Только вначале выясню, что ему нужно от нас и кто ему про нас донес. А о том кто мы, можно и умолчать.

Я посмотрела на коллегу в недоумении. Тот лишь улыбнулся и ушел на кухню к Дику.

— Все равно не понимаю, — крикнула я ему вдогонку.

— Вечером поймешь, — вернулось мне эхо с кухни.

— Кстати, — высунулась голова Дика с кухни, — мы проверили твоих подозреваемых. Чисто.

Но хоть здесь какая-то удача, минимум подозреваемых, максимум результативности. Ну, по крайней мере, я на это надеюсь.

Через час ребята свалили, оставив мне скудный ужин и живое любопытство, велев никуда не уходить.

Ромка прилетал только завтра, так что я не придумала ничего лучшего, чем посмотреть телевизор, лет пять его уже не смотрела.

Когда я уже было задремала под монотонный бубнеж диктора, рассказывающего о невероятных подвигах самца лемура, дверь хлопнула.

Дик влетел в комнату, и чуть ли не хватая меня за руку, крикнул "за мной".

Я подорвалась как ошпаренная, и кинулась за ним на улицу, по дороге обувая кроссовки.

Вирта, как ни странно, в машине не оказалось.

— А где Вирт? — спросила я Дика, который как сумасшедший газанул вперед.

— Ждет нас. Не один, — улыбнулся мне Дик.

— Ты за дорогой следи, — на секунду перепугалась я, глядя на едущий грузовик впереди. А то обидно вот так вот погибнуть, когда есть множество различных вариантов смерти.

— А с кем он? — до меня наконец-то дошла вторая часть фразы.

— Увидишь и познакомишься.

— Если что, я не люблю сюрпризы, — напрягалась моя персона. — Лучше скажи сейчас, чтобы я знала как себя вести.

— Веди как обычно, — снова улыбнулся Дик, — в данной ситуации хамство не будет лишним.

— Я что, по-твоему, хамка?! — возмутилась я.

— А по-твоему? — по-еврейски вопросом на вопрос ответил Дик.

Я не стала отвечать, решила, что это никому не нужно.

Но через минуту мне надоело молчать.

— Дик, а почему Вирт постоянно порывается назвать меня по имени? У вас так принято?

— У нас с ним, в общем, да, а в компании нет, а что, напрягает?

— Ну не то что бы сильно, — смутилась я, — просто я не привыкла.

Дик пожал плечами.

— Вирт вроде понял, что тебе это не нравится, я думаю, он учтет.

Я кивнула и стала следить за дорогой. Хватит уже болтовни. И так, зачем я у него спросила? Ну, нравится ему называть меня по имени, буду, если что, каждый раз поправлять. Мужчины, они же такие, поддаются дрессировке. Вот только какой сахарок ему предложить?

Минут через двадцать мы приехали к дому постройки так времен царя Гороха. Но судя по занавескам на некоторых окнах, здесь все еще кто-то проживал, не смотря на треснутые стекла, покосившиеся рамы и отсутствующую дверь подъезда. Да впрочем, и самого подъезда тоже.

— Ты куда меня привез? Если хочешь потихоньку меня прирезать, то сделай лучше это в каком-то красивом месте, не хочется, чтобы последним, что я увидела, были рваные шторы в горошек, — дернула я Дика за рукав.

— Обещаю, если соберусь тебя прирезать, отвезу на Мальдивы, — как всегда не остался в долгу напарник.

— И все-таки?..

— Кама, ты сама сейчас все увидишь.

Мы поднялись по деревянной лестнице, которая угрожала обвалиться прямо под нами. На третьем этаже (а для этой постройки последнем) мы остановились у двери, обитой, как и остальные, дешевым дерматином, кстати, оправдывавшем свое название.

Нам открыл Вирт.

В комнате было достаточно темно. Одна лампочка Ильича сиротливо освещала небольшую, метров на 10, комнату. Но ее оказалось достаточно, чтобы увидеть привязанного к стулу человека.

— Это кто? Здрасьте... — проявила я чудеса вежливости. Привязан человек или нет, пока в сознании надо здороваться.

На приветствие мне не ответили, зато ответил Вирт.

— А ты не узнаешь?

Мужчина приподнял лицо, попав наконец-то в свет лампы, и я узнала.

— И снова здрасьте... Какими судьбами, Господин следователь?