Глава 32 — Не овца

Переодеваюсь в сухую одежду в нашей "казарме" для охраны.

На одной из кроватей спит Тигран.

Здоровый как наш Псих. Под два метра ростом. Только Псих сплошная мышца, а Тигран заплыл жирком, потеряв рельеф.

Приоткрывает глаза, с любопытством глядя на мои массивные ортезы, которые начинаются на бедре и идут до самого низа.

— Это что у тебя такое? — у него лёгкий кавказский акцент.

— Я ж киборг… — усмехаюсь, натягивая штаны. — Модель CS 101.

— А что за тату?"…Убивать…", — пытается прочитать он. — Сидел?

— Нет… Так, баловство.

Поспешно натягиваю футболку.

— По жизни то кто ты, киборг.

— А по жизни я инструктор, Тигран. Туристов вожу…

— М. А здесь как?

— А здесь платят больше.

— Стрелять то хоть умеешь, инструктор? — пренебрежительно. — Или только нянькаться?

Пф… Хочется поугорать над ним.

— Нянькаться умею лучше, — улыбаюсь я. — Но как выстрелить, конечно, знаю. В армии служил.

— Странных людей Сергей набирает, — качает головой. — Бестолковых.

— Да? Ну тебе-то какая печаль? Меня нянькой назначили, все довольны.

— Следи хорошо за девочкой. Ее неправильно мать воспитала. Много проблем от нее. От женщины не должно быть проблем.

— Да какие от нее проблемы? Ребенок и ребенок…

— Ребенок в отца стреляет. Это уже не ребенок.

Нет! Это "уже" не отец, если ребенок в отца стреляет.

— Наказывать надо! Строго!

— Оружие нужно хранить правильно. И не будет проблем.

— Лучше бы их Шаповал забрал… — зевает, закрывая глаза. — Спали бы спокойно.

— Шаповал — это седовласый, с пузом?

Вальяжно отводит взгляд.

— "Много будешь знать, плохо будешь спать", инструктор.

Ясно.

В соседней комнате разогреваю ужин в микроволновке. Пишу Зольниковой.

Она тут же перезванивает. Скидываю.

Танго: "Не могу говорить. Только писать"

Диляра: "Танго, я же тебе как вменяемому мужику объяснила — не лезть туда!"

Танго: "Таков путь"…

Использую универсальную отмазку Йоды.

Диляра: "Ты понимаешь, что если вдруг что и сработает группа захвата, ты пойдешь под статью как подельник?"

Танго: "А у моего кента девчонка четкая есть в конторе. Она не позволит такой несправедливости произойти. Она знает, что я сюда зашёл за своей женщиной и ребенком."

Намекаю на нее саму.

Танго: "И ещё она согласна со мной, что женщин и детей до работы группы захвата, надо вывести."

Диляра: "Дим…"

Танго: "Яр… А кто, если не я это сделает?".

Диляра: "Выехать можешь? Поговорить надо".

Танго: "Могу, но боюсь. Что ты меня задержишь по какой-нибудь надуманной причине. И будешь держать."

Диляра: "Была такая мысль".

Танго: "Помоги девочкам или не мешай мне".

Диляра: "Все не так просто. Не забывай, что я не хозяйка в своей конторе, а слуга. И есть протоколы и законы, которые обойти нельзя. Операцией руковожу не я. А если я попытаюсь вмешаться, меня снесут, а на мое место придет более жёсткий человек. Я твою подружку утопить не хочу. Наоборот…".

Танго: "Я понимаю.".

Диляра: "Подружка твоя — не фея, понял? Мы ей до превышения самообороны кое-как скостили.".

Танго: "Так и ты не фея, Яр. Но Ванька-то тебя любит…".

Диляра: "Есть служебные собаки, а есть дикие волки. Первые иногда давят вторых, когда те начинают резать овец. Так вот я — служебная собака. А она нет, Дим."

Танго: "Да. Она та овца, что дала отпор волкам, когда собаки не смогли защитить! Осуждаешь?"

Диляра: "Она женщина волка, а не овца!"

Танго: "Она моя женщина. А я такая же служебная собака как ты. Она пришла за ребенком. Помоги нам…"

Диляра: "С ней работали психологи до того, как взять в программу. У нее нарушение социальных норм на грани социопатии! Она мыслит как преступник!

Танго: "Это от отчаяния. Тати — добрая и веселая. Ну может немного беспредельщица. Но она не преступница! Она просто… творческая нетривиальная личность и защищает ребенка."

Диляра: "Ты сам как ребенок. Дай тебе и всё! Она уже в программе. Она подписала серьезные документы по своей инициативе. Они зарегистрированы. Работает большая команда. Я как тебе ее дам?!"

Танго: "Длительность операции?"

Диляра: "Годы…"

Танго: "Вы хотите контролировать "кандидата" и набиваете его команду своими людьми? Кто ещё? Откуда ты узнала, что я здесь? Начбез?.."

Диляра: "Сотри всё. И не пиши больше. Я закон нарушаю, разговаривая с тобой об этом. Контакт только через Ивана."

Удаляю переписки.

— Митяй! — машет из окна Тико.

Подхожу к решетке.

Рядом, на подоконнике сидит Тати, с толстой детской книгой. Стройное голое бедро прижимается к решетке. Я вспыхиваю от близости ее тела.

Тико смешно прижимает лицо к решетке. Слегка давлю ей на любопытный нос пальцем.

— "Раньше у Пеппи был отец, и она очень его любила. Мама, конечно, у нее тоже когда-то была, но давно умерла… Пеппи тогда лежала в коляске и ужасно кричала…".

— Пвохая книга. Мама не умевла! Мамы не умивают. Они становятся кофечками…

Вздохнув, Тати перестает читать.

— Мы книвжечки читаем! — шепчет мне Тико. — И буковки пившем.

Встречаемся взглядами с Татико.

— Как ты, Дим?

Сжимаю ее пальцы.

— Лучше всех.

— Ты хромаешь…

— А ты сделай мне массаж.

Слышу, как открывается дверь.

— Татьяна, в гостиную подойдите. Эльдар… попросил, — тоже лёгкий кавказский акцент.

Это брат Тиграна, наверняка.

Тати сбегает вглубь комнаты.

— Папа на маму квичал… — шепчет мне Тико, жалуясь.

— За что?

Пожимает плечами.

— Пвохо себя вела? Вот…

Протягивает, чуть сминая мне лист через решетку.

Смотрю рисунок.

— Мы станем кофечкой и котеночкой. И убевжим… В лес.

— Меня возьмёте с собой?

— Да! — радостно.

— Договор! — тяну ей руку, пожимаю пальчики. — Тогда меня дорисуй здесь…

Возвращаю листочек.

— Ты себя хорошо веди, ладно? А я пока за мамой просмотрю.

Ловит пальцами мой солдатский жетон на цепочке.

— Дай? — хитренько строит мне глазки.

Там маячок. На всякий случай…

Ну у тебя-то, Литвин, приоритеты не шакальи, да?

Снимаю с шеи.

— Дам. Но уговор — не снимать, и не терять.

— Уговов! — хлопает в ладоши.

Делаю двойную петлю, и фиксирую ее через застёжку на звене, чтобы петли не затягивались. Надеваю на шею Тико.

— Спрячь.

Не заходя в гостиную у стены стоит копия Тиграна. Тоже здоровый и чуть оплывший. Только бритый. Точно брат.

Тяну руку.

— Дмитрий.

— Руслан. Подежуришь? Поем схожу.

— Нет проблем.

Из тени наблюдаю за Эльдаром и Татико.

Они сидят напротив друг друга, между ними столик.

— Кто трогал нарды?! — раздражённо рявкает он, составляя их.

Делаю шаг в гостиную.

— Тико играла со мной.

Нарды у него крутые из оникса. Светлые — лимонно-желтый оникс, темные — коричнево-зеленый.

— Тико? Вызови прислугу, пусть ищут фишку.

Тати, закатывая глаза берет из вазочки конфету, обернутую в фольгу, напоминающую фишку и доставляет ему, вместо потерявшейся.

— Никого на надо вызывать.

Бросают кубики, ее ход первый.

— На что играть будем? — дёргает бровью.

— Просто так…

— Просто так с детьми играй, — откидывается на кресло, теряя интерес.

— Окей… На что ты хочешь?

— Хочу… — крутит прядь волос на палец.

Прямо как Тико.

— Мне нужен шоппинг, и попасть в платную лабораторию. Анализы хочу сдать.

— Закажи сюда.

— Не хочу! Сюда не в кайф, — капризно. — Мне четыре стены эти вот уже где!

Касается горла пальцами.

— Дочь в парке год не была! Тоже пленницей живёт.

— Я еду в павк? — выглядывает в гостиную Тико. — Я еду гувять??

— Ок, — недовольно. — Если выиграешь, поедем. Но вместе. Если проиграешь?

Наклоняется и что-то тихо говорит ей.

Тати морщится.

Не смей соглашаться! — сверлю ее взглядом.

— Договорились!

Зараза!!

Кидает с грохотом кубики на доску.

Пять-пять…

Лучший расклад из возможных на старте. Везучая…

Три-четыре — кидает Эльдар.

В напряжении смотрю как разворачивается игра. В какой-то момент он отвлекается на переписки. И Тати незаметно ему на "голову" подставляет "потерявшуюся" фишку, снижая его шансы на выигрыш.

Мошенница…

Ловит мой взгляд, невозмутимо поправляя волосы.

Качаю головой.

Что будет если он заметит? Да в целом… Ничего! Пусть мухлюет.

Ещё спустя несколько ходов, исчезает с доски ее фишка. Увеличивая ее шансы на выигрыш.

А итоге он грандиозно проебывает почти всухую!

Татико победоносно ест ту самую конфету. Половину откусывая сама. Половину засовывая в рот Тико.

— Едем гулять, детка!

Эльдар злится.

— Собирайтесь…