Глава 37 — "Мой" человек

Мы договорились встретиться в кофейне, в которой первый раз увиделись.

Наше знакомство было банальным — социальная сеть для знакомств, потом встреча в реале, здесь. Понравились друг другу и понеслось…

— Привет, Кира, — подхожу к нашему столику.

Поднимает на меня взгляд. Растерянно хлопает ресницами.

— Дима…

Присаживаюсь.

Кира сегодня очень скромна — хвостик, белая рубашка, голубые джинсы, белые кеды. Без косметики. Не ее стиль вообще-то. Она любит поярче и женственнее.

И сейчас теряется, чувствуя себя неловко. Поправляет то воротничок, то гладко убранные волосы, то телефон на столе.

— Как у тебя дела, Кира? — улыбаюсь я.

— А-а-а… да. Все хорошо. Я так рада, что ты… ходишь, — вздрагивает ее голос.

— Нетрадиционная медицина… — по-дружески подмигиваю ей.

Я не обижаюсь и сержусь, и мне хочется, чтобы и она расслабилась и отпустила уже эту ситуацию.

Пока заказываю нам кофе, замечаю, как она незаметно стягивает колечко с безымянного.

Оу…

Быстро!

Но она хотела… Если кто-то готов дать ей это, то могу только порадоваться за нее. Зря прячет.

Заметив мой взгляд, оправдывается.

— Это папа купил!

— А прячешь зачем?

— Не знаю… — отводит глаза.

Потом, также незаметно распускает волосы.

Мы молча ждём кофе. Её губы подрагивают, словно от обиды. И дышит она тревожно и неровно.

— У тебя что-то случилось, Кир?

Отрицательно качает головой. Нервная улыбка.

— А ты первый раз без цветов…

— Да? — пожимаю плечами.

А ведь и действительно. Старался всегда прийти не с букетом, так с приличной розой.

— Кир, мне помощь нужна. Поможешь?

— Да. Конечно… А чем?

— Ребенку нужно срочно сделать документ. А ее мама не может приехать. У нее проблемы с… законом, — вздыхаю я. — Это вопрос безопасности ребенка… И я обязан о нем позаботиться. Мне надо, чтобы ты вместо нее сходила со мной, и расписалась. Вот так…

Показываю образец подписи.

Разглядывает.

— Сможешь? Доверенность от мамы у меня есть, но она от руки написана, не заверена.

Берет ручку, пробует расписаться несколько раз. У Тати не слишком то сложная подпись…

— А что за ребенок?

— Мой…

Роняя ручку, поднимает взгляд.

— Как — твой?.. — шепотом.

— Ну, вот, выяснилось, что у меня есть ребенок, — снова пожимаю плечами.

— В смысле… когда ты был со мной, ты?… — вздрагивает шокированно ее лицо.

— Нет, Кир. Она уже взрослая девочка.

— А… — прикладывает ладонь ко лбу.

— Поможешь?

— Да. Конечно. Ребенок… надо же… А как ты узнал?

— Увидел… и сразу узнал.

— Так похожа?

— Копия, Кир. Копия.

— Ты, наверное, рад? — пытаясь скрыть уязвленность.

— Ну, конечно.

— Какая она?

Показываю с гордостью фото на телефоне, где держу ее на руках.

— Это… м-м-м… девочка? — растерянно. — Это же мальчик…

Удивлённо разворачиваю к себе экран. На Тико комбинезон, кеды. А на голове на рыжих коротких кудрях кепка-хулиганка.

— Самая красивая девочка.

— Но ведь совсем не похожа…

— Мы по-разному смотрим, — дипломатично объясняю я.

Хмурясь, подделывает подпись, тренируется.

Отдаю ей пакет.

— Здесь очки, парик, кофточка с черным высоким воротником, если вдруг будут разглядывать паспорт… Чтобы было похоже. Я буду очень тебе благодарен!

— А что нужно говорить?

— Я скажу все сам.

Время нам назначено. И моё удочерение Тико проходит очень буднично, быстро и равнодушно я бы даже сказал. Кира молча ставит не очень-то похожие подписи, но на это никто не обращает внимания. Эти подписи не оспорить, хоть крестик ставь. Это может сделать только сама Татико.

Мне назначают дату, когда забрать новое свидетельство о рождении. Но отдадут быстрее, за меня уже договорились добрые люди.

Ну вот и все! Тико Дмитриевна.

Я счастливо улыбаюсь, поджимаю губы.

В машине Кира стягивает парик, очки. И в прострации смотрит в лобовое.

— Кира, спасибо огромное! Буду должен.

— Мхм… — невнятно.

— Куда тебя отвезти?

— В студию… На пилатес.

Мы едем. Пробки. Напряжение нарастает. Я чувствую его солнечным сплетением.

Мне не хочется, такую загашенную ее отпускать.

И когда она выходит из машины, я прошу подождать пять минут. И попрощаться нормально на позитивной ноте.

Покупаю ей букет цветов, которые она любит. И улыбаясь, вручаю.

— От души! Пусть у тебя все будет отлично.

Берет букет и неожиданно начинает рыдать навзрыд.

— Ди-и-има… — сползает вниз, опираясь спиной на мою тачку.

Прячет лицо в цветах. Плечи содрогаются.

— Оу… Кирюш… Ты чего?

Присаживаюсь, поднимая ее.

Прячет лицо у меня на груди, вцепляясь в футболку.

— Ди-и-им… Прости меня! Я так виновата перед тобой… Не надо было никого слушать!.. — подвывает она горько. — Я просто очень испугалась всего этого… Я очень виновата!

— Ну, ладно… Нормально все. Я не в обиде, — глажу успокаивающе по спине.

— Я так тебя люблю… Я никого не хочу больше… Они все — не ты… Таких как ты нет больше!

— Да полно! — смеюсь тихо.

— Не-е-ет Ты такой добрый… С тобой ничего не страшно… — заикается она. — Ты весёлый… Ты сильный… Ты… щедрый. Ты мужчина!! С тобой такой секс… Самый лучший! Ты танцуешь как бог! И вообще…

— Слушай, у меня пять групп курсантов таких. Ну разве что не танцуют. Чего убиваться-то так?

— Я просто поняла, что ты мой человек! Что ты мой, а они все слабая копия… Никакие! Пожалуйста, давай попробуем начать заново! Я ребёночка твоего любить буду! Я тебе ещё рожу-у-у…

За плечи аккуратно отстраняю ее, заглядывая в зареванные глаза.

— Кирюш… Я не твой человек, поверь. Когда встречаешь своего, там… всё! Там не достоинства оцениваешь, а недостатки принимаешь. Кривой он, косой, ебанутый… Без ноги или с десятком детей… Ты принимаешь абсолютно! И другие просто перестают существовать. Никто не нужен, только он. Сомнений не будет! И ты обязательно встретишь такого, Кирюш. Но это не я.

— Ты! Я абсолютно… Абсолютно! Я просто такая глупая! Ну прост-и-и-и меня! Я так хочу всё вернуть! — захлёбывается слезами.

Нет, ну как ещё объяснить? Татико моя же вообще не подарок, но… ПОДАРОК! Потому что моя. Для меня! Этого нельзя объяснить, пока не почувствуешь.

— Кир, я просто… встретил. Ты прости меня тоже. Удачи тебе.

С тяжёлым сердцем сажусь в машину, оставляя ее. И пока еду, она мне беспрерывно пишет что-то. Я не читаю. Ну что я могу сделать?

"Моя" там где-то… И мне хочется везти ей нашу общую новость, что теперь папа я.

И даже не хочется догуливать свой выходной. Я весь там, с ними. Я газую уже внутри, чтобы решать их проблемы. Потому что сейчас я полностью уполномочен!

На въезде в Минино — перекресток. Трассу пересекает дорога ведущая в Минино, а другой рукав дороги уходит в лесополосу. Мельком замечаю какую-то слишком знакомую тачку.

Смотрю на номера, не сразу соображая.

Короткий удар по клаксону. Ловлю взглядом знакомый профиль.

Зольникова!

Она трогается с места, подрезая меня на повороте, заезжает в лес. Поворачиваю за ней.

Прикопает меня сейчас за начбеза своего? Она может…