Глава 25 Марьяна

– Марьяш, – мечтательно произносит Софочка, – ты такая счастливая! Такого мужика себе отхватила!

– Какого «такого»? – с легким раздражением интересуюсь. Деспота? Тирана? Извращенца? Жуткого пошляка? Да не дай Бог с «таким мужиком» на самом деле собраться под венец! Горя не оберешься!

Меня так и подмывает рассказать подруге о его собственной и, наверняка, внушительной, коллекции женских трусиков, но приходится сдерживаться. Хотя… может, все-таки сказать? Чем не причина для расторжения помолвки? Поделюсь с ней, что узнала об этом уже после его предложения. Хотя нет, слишком рано. Она тут же начнет расспрашивать о том, каким именно образом я узнала об этой самой коллекции трусов и тогда я точно грохнусь в обморок от смущения.

Ладно, пусть сегодня все считают нас женихом и невестой, а уже завтра можно заявить, что мы расстались из-за непримиримости характеров, или что там модно говорить у голливудских звезд при разводе?

– Ну, такого…, – она смешно округляет глаза, – Я, честно говоря, думала, что он тебя обижает. Даже Игнату Юрьевичу хотела пожаловаться, но у него телефон не доступен! Сейчас-то я понимаю, что вы в прошлую пятницу в кабинете совсем не ругались, да?

Сонечка хитро подмигивает, а я одновременно и краснею, и бледнею, и, кажется, синею. Что-то мне совсем не хочется, чтобы по офису поползли слухи, что я зажималась с боссом по углам с первых дней.

– Мы ругались и… не знаю, все это очень сложно.

– Я понимаю, понимаю, – заверяет она меня и даже по руке поглаживает. – Характер у него, конечно, тот еще! Это все из-за кофе! От него столько агрессии! Но ты не переживай, скоро это пройдет.

– Куда пройдет? – интересуюсь я, осознавая вдруг, что несмотря на свою врожденную гуманность и доброту, жалею, что босса в детстве ремнем не воспитывали. Хотя, может, наоборот? Как раз воспитывали и поэтому он такой? Все-таки насилие до добра еще никого не довело!

– Скоро он поспокойнее будет, – потирая руки заявляет она.

– Ты что, бром ему подсыпаешь? – округляю глаза.

– Почему сразу бром? – ахает Соня.

– Не знаю, – пожимаю плечами, – я читала, что раньше в армии мужчинам добавляли бром в еду, чтобы им… ну… легче было нехватку общения с женщинами переносить.

– А у него, что, с этим проблемы? – ее рука в ужасе взлетает к губам, будто она не может поверить, что такое возможно.

– Да нет, конечно, – спешу заверить ее. Умом я понимаю, что может и нужно приврать, чтобы хотя бы у Сонечки не было вопросов, когда мы с боссом объявим о разрыве помолвки, но язык не поворачивается так оклеветать его. Тем более после того, что я случайно нащупала в кармане его брюк. Нет, пусть лучше будет непримиримость характеров.

– Фух, не пугай меня так, – вздыхает она с облегчением. – А то я подумала, что если уж у такого мужика, как наш босс с этим делом проблемы, то что мне от нашего офисного планктона ожидать?

При этом она выразительно кивает на Игоря Васина, нашего старшего менеджера, с которым они уже давно, но пока безрезультатно, флиртуют.

– Уверена, у Игоря с этим делом тоже все хорошо, – заверяю подругу, покрываясь густым румянцем. – Так что ты имела в виду, когда говорила, что Алексей должен стать поспокойнее?

– Я кофе без кофеина купила, – заговорчески шепчет она. – Чуть не умерла от страха, когда он меня сегодня на кухне застукал с банкой. Надо будет пересыпать в обычную, а то… Ты ведь ему не скажешь, Марьяш? Я ведь это из лучших побуждений, уж слишком он какой-то дерганный. Да и неудивительно, по семь чашек за день пьет! Представляешь?

– Представляю, – улыбаюсь я. Сонечкина забота меня умиляет, она и об Игнате Юрьевиче всегда так заботилась. Подруга не раз говорила мне, что уже хочет семью и детей, но пока в этом плане все глухо. Вот почему бы Кулакову не обратить свое внимание на нее? А что, из них бы получилась хорошая пара, красивая…

Вот только почему от этих мыслей в животе все скручивается в колючую спираль и неприятно покалывает вдоль позвоночника? Я бы, конечно, могла списать эти чувства просто на то, что такого мужлана, как Кулаков, подруге не стоит желать, но, кажется, это было бы неправдой… Абсолютно.

От этого осознания внутри все холодеет, а спина покрывается испариной. Я, что, ревную босса? Да быть того не может! Или все-таки может? Нет! Мне просто жалко подругу! Не хватало еще, чтобы она тоже узнала про его коллекцию женского белья!

Я бы, наверное, до вечера могла спорить с собой, но вскоре босс появляется в приемной и властно кивает мне на дверь, приглашая в кабинет за собой.

Софья меня предупредила, что он хотел меня видеть, но даже несмотря на то, что у меня был час, чтобы подготовиться к разговору, ноги странно подрагивают, когда я плетусь за ним в кабинет. И я бы хотела сказать, что этот тремор вызван исключительно страхом, но, кажется, я уже и так достаточно врала себе сегодня.

– Нам нужно много чего обсудить, – начинает босс, едва за нами закрывается дверь.

– Я знаю, – вздыхаю я.

Следующие слова мы произносим одновременно и с одинаковой деловой интонацией, вот только я говорю:

– Нужно придумать повод для расставания, – в то время как босс выдает:

– Надеюсь, я угадал с размером.

И пока я пытаюсь осмыслить его фразу, на моем безымянном пальце оказывается кольцо с огромным прозрачным камнем. И что-то мне подсказывает, что это явно не фианит.