Глава 4 Марьяна

– Раздевайся, мышка, – командует мне босс, а я испуганно пячусь назад. Уверена, мне послышалось, но ноги на всякий случай несут меня подальше от этого зверюги.

– З-зачем? – голос, как и все тело в принципе, дрожит от одной мысли, что он не шутит. Визажист же это несерьезно, да? Захотела разрядить обстановку, снять общее напряжение там…

– Фильм для взрослых будем снимать, – хохочет он, но, видя мою реакцию, добавляет: – Ну чего ты трясешься? Сама же сказала, модель сломала ногу. Значит, тебе придется ее заменить. Снимай давай свои рейтузы по-хорошему, а не то мне придется их с тебя сорвать насильно.

В течение долгих секунд я перевожу взгляд с лиц присутствующих, ожидая, что кто-то из них не выдержит и громко рассмеется, заявив, что это всего лишь шутка. Ну какая из меня модель? Но, судя по всему, на мой маскарад в виде безразмерного платья, очков и унылого пучка, купился только новый босс. Даша права, данные у меня отличные, но это совсем не значит, что я готова их демонстрировать. Тем более перед камерой. Тем более перед этим мужланом.

Где-то глубоко внутри я понимаю, что немного неправильно расставила приоритеты. По идее, наличие камеры должно пугать меня больше, чем Алексей. Но тем не менее, приходится признать, что его я боюсь сильнее.

Есть в нем что-то такое… настораживающее. Хотя пока он, наоборот, всем своим видом показывает, что я его не интересую как девушка. Это меня более, чем устраивает, и у меня нет ни малейшего желания что-то менять.

– Нет, – заявляю с неизвестно откуда взявшейся уверенностью. Впрочем, на босса это все равно не имеет никакого эффекта. Он продолжает надвигаться на меня, и вскоре я уже вжимаюсь в стену и понимаю, что бежать дальше некуда. Из студии ведет лишь одна дверь и она находится за спиной Кулакова.

– У тебя нет выбора, мышка, – нагло заявляет он.

– Вы меня не заставите! – пищу я и, наверняка, от этого еще больше напоминаю мышь. Но поделать с собой ничего не могу. Вся моя уверенность закончилась на предыдущем «нет».

– И как же ты будешь спать по ночам, если по твоей вине у компании будут огромные проблемы? – шипит он, нависая надо мной. – Здесь все и так на ладан дышит. Один провальный контракт, и фирма закроется к черту.

– Что значит закроется? – удивляюсь я. – Из-за одной сорвавшейся съемки?

– Ты договор читала?

– Какой?

– Какой-какой?? – раздражается он. – С «Адамантом»! Там черным по белому написано, что мы обязаны обеспечить им съемку товара в срок, иначе заплатим огромную неустойку. Я уже молчу о том, как это скажется на нашей репутации.

– Мы все обеспечим, – заверяю его. – Время еще есть.

– Ты слышала Жорика – у него плотный график.

– Ну тогда найдем другого фотографа, – предлагаю я, все еще заикаясь. – Бланко, конечно, лучший, но есть и другие варианты.

– Да я не сомневаюсь, что я и сам на айфон неплохо пофоткаю, – закатывает он глаза, – но в договоре указано его имя. Заменим фотографа, и «Адамант» нас нагнет на неустойку.

– Но…

– Нет, – опережает он меня. – Имя модели там не значится. Иначе я бы не пытался заранее заменить ее на кого-то другого.

Приходится признать, что мне нечем крыть. Несмотря на то, что этот контракт я организовала практически в одиночку, договор я не читала. Для этого у нас есть юрист. Да и сам Игнат Юрьевич разбирается в таких нюансах гораздо лучше меня. Моей задачей было подготовить крутое предложение для представителей «Адаманта», а также найти фотографа, модель и визажиста, что уже само по себе выходит за рамки обязанностей стажера, но я справилась. По крайней мере, еще час назад я так считала.

И несмотря на то, что моей вины здесь нет, чувствую себя паршиво. Я, хоть и удивлена, что этот зверюга так хорошо разбирается в тонкостях договора, но понимаю, что врать ему смысла нет. Судя по тому, как он на меня смотрит – увидеть меня в нижнем белье – меньшее, чего он хочет в данный момент.

И в этом мы с ним солидарны.

О том, что у фирмы уже давно проблемы, я в курсе. Все из-за чертова «Роялти» – крупного рекламного агентства, которое успело удачно поглотить с десяток конкурентов. Кому-то повезло больше, и они просто выкупили их активы, а кому-то меньше, и они планомерно переманили к себе всех клиентов, и «мелкие рыбешки» остались совсем без корма, вследствие чего вынуждены были закрыться.

Насколько я знаю, они неоднократно пытались выкупить бизнес у Игната Юрьевича, но он слишком дорожил фирмой, несмотря на то, что выгодных контрактов с каждым разом становилось меньше и меньше. Очень хочется надеяться, что Кулаков-младший преувеличивает, и один сорванный контракт не станет последней каплей для компании. Но что, если он прав? Что, если к тому моменту, когда его отец выйдет из больницы и будет готов вернуться к управлению, управлять будет уже нечем?

Я окидываю растерянным взглядом студию и, несмотря на толстые стены, отчетливо вижу за ними весь офис. Все кабинеты, высокий стол Софочки в приемной, уютную кухню и огромную гардеробную с кучей реквизита для съемок. Я не могу допустить, чтобы Игнат Юрьевич это все потерял. «Роялти» не упустит шанса добить нас, в этом я уверена. Полгода назад я именно там начала проходить свою стажировку для преддипломной практики, но, когда я бежала оттуда, сверкая пятками, Кулаков принял меня к себе. И поэтому меньшее, что я могу сделать – это помочь сохранить фирму.

Уверена, Даша загримирует меня так, что никто и не узнает. За Бланко можно не переживать, я ему что в белье, что без не особо интересна. А вот Алексей… но он же здесь временно, верно? Через пару дней босс окончательно придет в себя, выйдет из больницы и вернется в строй, а его сына я больше никогда в жизни не увижу.