Глава 25. Маг или лекарь?

Пока ехали в карете, я качал ману в оба своих источника и прокачивал живу по организму, постепенно накапливая её в кристаллах, которых у меня был целый карман. Я даже погрузился в своеобразную медитацию, поэтому не сразу смог понять, что происходит что-то неправильное. Только когда карета, в которой я ехал вместе с целителем, остановилась, и её пронзили две стрелы, разбив окно справа от меня, до меня дошло, что нас обстреливают. В окна ничего не было видно, кроме большого количества еловых веток. Не задумываясь, создал щит в правой руке и очень вовремя, в него сразу втыкаются ещё две стрелы. То, что напавшие на нас — эльфы, у меня уже не вызывало сомнений. Снаружи раздаются крики и команды командира отряда. Не теряя времени, создаю пять небольших ледяных шаров и готовлюсь напитать их магией ветра для большей скорости, но увидеть нападавших не получается.

Ещё одна стрела влетает в окно и попадает целителю в плечо, а я, прикинув, откуда она могла прилететь, посылаю гроздь своих снарядов на очень большой скорости в самую гущу еловых веток. С радостью наблюдаю, как с веток падает тело эльфа с луком в руке. Использовать гранаты тут не эффективно, так как они срабатывают от любой ветки, и можно нанести вред своим охранникам.

Внезапно спереди, где ехала карета боярина, раздался шум, и два фаербола впились в придорожные ветви елей, мгновенно вспыхнув. Раздались крики, и как минимум трое эльфов, рухнули на землю, хотя криков боли было намного больше. Я решил не сдерживаться и начал формировать ледяные шары, собираясь нанести удар по прячущимся в вервях противникам. Единственное, что стоял вопрос с меткостью и точным местонахождением противника, для их поиска я включил магическое зрение и попробовал найти любые проявление магии, которые смогут указать на них.

К удивлению, нечто похожее на искривление магических линий я обнаружил, точнее, наоборот, это были рассеянные пятна. Тут меня осенило, магия невидимости, а, скорее всего, амулеты, которым пользовался наш противник. Сразу стало понятно, куда стрелять, первая тройка ледяных шаров попала точно в противника, и я занялся раздачей подарков эльфам. Точные попадания моментально ломали кости, прячущимся в ветвях ушастым, которые переключили весь огонь на меня, но я умело прикрывался ледяным щитом, который приходилось постоянно подпитывать магией, чтобы он окончательно не рассыпался. Но меня беспокоил главный целитель, который прятался за щитом рядом со мной и уже успел словить вторую стрелу в то же плечо. Видя, что я озабоченно взглянул на него, он сказал:

— Не переживайте, я смогу помочь сам себе, заодно испытаю ваш порошок из серебра, если его нанести сразу после ранения. У нас есть подозрение, что он может помочь полностью вылечиться и избежать заражения, если нанести его в первые минуты после ранения.

Кивнув ему, я продолжил каждые две секунды наносить удары по противнику, вперемежку с мощными огненными шарами, которые прилетали от боярина, и скоро враги закончились. Часть, я успел увидеть, как скрывается, а другая часть состояла из раненых или убитых. Крики впереди закончились треском, и после этого карета продолжила движение. Хорошо, что наших лошадей не задели, сосредоточившись на нас, а вот картина лежащих охранников, утыканных стрелами, радости не вселяла. Из засады нам удалось вырваться, но какой ценой, остаётся вопросом. Как минимум шесть тел, я насчитал у дороги, которые закидывали на телегу, ехавшую до этого впереди, да и раненых я видел достаточно много, а ведь все они сейчас заражены гнилью.

— Я перейду в телегу с ранеными, нужно помочь, — сказал я, намереваясь выйти.

— Сидите в карете, для раненных у нас есть артефакт огня, все раны сейчас прижгут, это поможет практически всем, заодно и кровь остановит, а вылезать сейчас очень опасно. Эти ушастые твари только и ждут, как убить мага. Уверен, они наблюдают за нами, и, как только вы выйдете, они продолжат атаку, — проговорил целитель, после чего посмотрел на меня и спросил:

— Вы лучше ответьте на мой вопрос. Кто вы? Маг или целитель? Дело в том, что я впервые встречаю мага, пользующегося стихией воды на таком высоком уровне и в то же время использующего живу на уровне целителя, да ещё в таком возрасте. Нет, конечно, маги уровня универсал и выше могут владеть таким уровнем, но не в вашем возрасте. Я даже боюсь представить, кем вы сможете стать, когда вырастите. Может, магистром или даже хранителем. Поэтому не вздумайте рисковать зря, понимаю, что вашему возрасту свойственна импульсивность, да и гормоны играют, но, послушайте моего совета, будьте осторожны. Княжеству очень поможет маг такого уровня, а сейчас лучше не рисковать, до крепости недалеко, там и окажем помощь всем раненым.

Действительно, до крепости добрались очень быстро, и она меня впечатлила. В поле, на небольшом холме, стоял настоящий город из множества внутренних стен и башен. Большая его часть была из дерева, которое прямо на моих глазах, заделывали глиной и обжигали из специальных горелок, а наружные ещё и обкладывали камнем. Работа кипела непрерывно и сразу со всех сторон, а у наружных стен рабочих охраняли солдаты на лошадях. Следы недавнего нападения были видны повсюду. Множество стен утыкано стрелами, а также дротиками. Вдалеке я увидел гору тел, которую обкладывали хворостом. Среди тел были и голые люди, орки, эльфы.

— Вот дела. Когда мы выезжали вчера, всё тихо было. Это мы удачно проскочили, а то и не доехали бы до заставы, — проговорил целитель.

Я-то надеялся, что эпопея с вторжением уже закончилась, а, оказывается, что ничего ещё не закончено. Возможно, что всё только в самом разгаре, и основное вторжение ещё впереди.

Наш отряд заехал внутрь крепости и остановился в одном из дворов, где мы и вышли из кареты. Вместе с целителем мы направились к раненым, которых уже уводили и уносили в соседнее здание. Пока гниль не распространилась по организму, вылечить её было довольно просто, и много сил это у меня не отняло. За этой работой нас и застал боярин.

— Ярослав Сергеевич, кто у вас так прекрасно владеет магией, я, признаться, даже не поверил, что кто-то помогает мне, а с учётом, как он точно стрелял по спрятавшимся ушастым. Скажу, что не будь помощи с вашей стороны, не знаю, сколько ещё солдат там полегло. Не исключаю, что нас бы оттуда вообще не выпустили. Вы уже слышали последние новости? Крепость в осаде, все дороги перерезаны, а связи нет уже сутки, даже голуби не долетают. Нам ещё повезло, что мы ехали со стороны первого ряда застав, а так бы точно не доехали.

— Благодарите за помощь наше молодое дарование, я сам был удивлён не меньше вашего, тем, что потенциальный целитель оказался магом такого высокого уровня, а с учётом его молодости, я себе такое даже представить не мог. Но скажу сразу, что заберу его к себе, и даже не просите его в помощь на стенах, жизнь раненых важнее, а он вон как быстро очищает их раны. На время осады я своей властью присваиваю ему ранг лекаря, и он переходит в моё подчинение.

— Эх, а я надеялся на него, но вынужден с вами согласиться, его помощь с ранеными просто неоценима. Только берегите его, это потенциальный Хранитель, а за жизнь этого парня Князь с нас головы поснимает, — произнёс боярин и, подойдя ко мне, обнял и расцеловал меня трижды.

— Благодарю за помощь, если будет нужда в чём, обращайся, Кречетовы слов на ветер не бросают, — сказал он и отправился на выход.

Когда боярин ушёл, целитель обратился ко мне:

— Глеб Родионович, если вы не устали, может, пройдём в основной госпиталь и осмотрим других больных, уверен, что раненых тут предостаточно. Сами видели следы нападения.

— Можно просто Глеб, — ответил я и кивнул.

— Ну а вы зовите меня Ярослав Сергеевич, без титулов и званий, так будет проще и мне, и вам, — сказал он, показывая, куда идти.

Госпиталь находился рядом, буквально в трёх минутах ходьбы. Когда мы вошли в одно из его зданий, то количество раненых, что я увидел, меня не обрадовало. Примерно две сотни человек лежали на сколоченных лежаках, и все они были с тяжёлой формой ранений. Мне даже немного дурно стало от запаха витавшего в воздухе.

— Это тяжелораненые со всех застав первой линии, помочь им вашими методами мы не смогли, только задержать распространение инфекции да прижечь раны. Если им не оказать помощь в ближайшее время, то они все умрут, поэтому мне нужно, чтобы вы помогли нам понять, как вы лечите и по возможности научить нас, если у нас это не получится.

— Конечно, я сделаю всё, что смогу, только мне нужна жива, много живы и пустые кристаллы, куда я буду собирать энергию болезни. Она очень похожа на живу, но совершенно другая, враждебная ей, поэтому её нужно будет или уничтожить, или хорошо спрятать, — ответил я.

— Подождите здесь пару минут, а я пока соберу коллег, да и кристаллы принесу, произнёс целитель и вышел из зала.

Я остался стоять, наблюдая за ранеными людьми, многие из которых стонали от боли, которую нечем унять, ведь имея живу, никто не удосужился запастись обезболивающими. Они в этом мире были известны, но были довольно слабыми. Их использовали простолюдины для снятия боли, те, кто не мог себе позволить услуги лекаря или целителя. Не вся помощь в этом мире им оказывалась бесплатно. Внезапно меня привлёк крик. Который явно принадлежал женщине, а, возможно, девушке. Оставаться в стороне я не мог, поэтому прошёл в сторону, откуда он раздался и увидел небольшую ширму, за которой лежали женщины, а прямо у входа, я увидел причину крика.

Молодая девушка, со страшными гнилыми ранами на лице и множественными на теле. Она находилась в очень тяжёлом состоянии, тяжело дышала, а открытые участки тела покрывали крупные капли пота. Рядом сидел старик и молча плакал, держа её за руку. Мне не нужно даже использовать магию, чтобы понять, что она при смерти и помощь ей требуется немедленная. Часть участков гниющих ран имела следы ожогов, а сами раны были покрыты серой пылью серебра. Её пытались спасти, но этого явно было недостаточно.

Не тратя время, я подошёл к ней и откинул все повязки, обнажив гниющие раны, после чего вынул пустой кристалл и принялся вытягивать всю гнилую энергию. Раны начали сохнуть и скукоживаться, что до этого я не наблюдал. Но останавливаться я не стал, продолжая собирать всю неправильную энергию в кристалл, который очень быстро заполнился. Хорошо, что у меня целый карман пустых кристаллов, но всё это странно, откуда в ней столько гнили. Даже с тяжелораненого, которого я лечил на заставе, едва треть кристалла набралось, а тут уже второй наполняется, а работы ещё непочатый край. На втором заполненном кристалле, меня замутило от того, что приходилось прогонять через себя эту гадость, но останавливаться было нельзя, иначе всё придётся начинать сначала, но тут мне помешали.

— Господин Глеб, в первую очередь нужно лечить воинов, а гражданских после всего, — произнёс главный целитель, найдя меня рядом с больной. Старик, сидящий рядом, с надеждой наблюдал за моими действиями.

— Я сам решу, кого мне лечить в первую очередь, и не нужно мне указывать, я не ваш подчинённый, — произнёс я с трудом удерживаясь на ногах, настолько сильна была скверна в её теле. Гниль поразила все органы, но она каким-то образом продолжала держаться за жизнь, хотя находилась уже на грани.

— Но вы находитесь в моём подчинении, как вы не поймёте, что, если не вернуть солдат к службе в первую очередь, то защищать крепость будет некому.

— А для чего её защищать, если дочери и матери этих воинов будут мертвы? Ради чего они все здесь готовы жертвовать собой. Не ради князя, не ради наград, хотя уверен, и такие здесь есть. Они все ради того, чтобы жили их родные и близкие. Чтобы варварские орды не увели их в рабство и не убили их. Ради этого они здесь, ради этого они готовы пожертвовать собой. Поэтому она имеет равные шансы на жизнь с теми, кто лежит здесь. Не мешайте, я и так на грани и приготовьте кристаллы, а также готовьтесь подстраховать меня, я один могу не справиться.

— Эх, молодёжь, будь по-твоему, что делать? — спросил целитель.

Прервавшись на время, я протянул ему свои руки, которые были как высушенные старостью.

— Подлечите меня. Такого я не встречал, слишком много гнили, что с ней случилось? — спросил я.

— Обоз перехватили зелёные гиганты и надругались над ней, долго мучили и насиловали. Когда её нашли, то хотели добить, чтобы не мучилась, но старший признал в ней местную сироту, которая при отряде была поварихой. Ей только недавно исполнилось восемнадцать лет. Когда её доставили, то пытались помочь, но слишком много ран, но она всё равно цепляется за жизнь, только непонятно, как ей это удаётся.

— Она одарённая и ещё не инициирована. У неё довольно большой источник, но тут проблема с каналами. Источник пытается помочь ей выжить, но это также приводит к росту гнили в организме, — ответил я.

Лекарь, молча, направил живу мне в руки, и они начали принимать нормальный вид, закончив он сказал:

— Если она — одарённая и целитель, то я прошу у вас прощения за свои слова. Целителей нужно лечить в первую очередь. Ваш способ с серебряной пылью сработал, я залечил все свои раны и никакой гнили не образовалось. Хотя стрелы я проверил на собаке, и она заразилась.

Для завершения лечения требовалось уже немного. Когда я понял, в чём причина её активной формы болезни, то перекрыл ей просыпающийся источник, и лечение пошло в разы быстрее. Закончив выводить всю гниль, я проверил ещё раз на отклик и, кивнув целителю, принялся лечить её раны.

— Я займусь лицом, у меня больше опыта, а вы ранами, что на ногах, — сказал Ярослав Сергеевич. Спорить с ним я не стал, так как порядком вымотался и, когда мы практически закончили, я восстановил связь с источником.

Девушка задышала очень часто, а на её лицо молодое и довольно симпатичное лицо вернулся розовый оттенок. Внезапно, открыв глаза, она уставилась на меня и с ужасом закричала, но опытный целитель быстро прикоснулся к шее и погрузил её в сон.

— Это бывает у жертв изнасилования, для того, чтобы она пришла в себя, нужно время. Её будут кормить и погружать в сон дня два-три после этого, потом ей станет лучше, но всегда остаётся шанс, что разум может не выдержать пережитого. Будем надеяться на лучшее, я смотрю, вы пробудили её источник, не берусь судить, правильно вы сделали в таком положении или нет, но время покажет. Крепость на осаде, а источника здесь нет, поэтому ей придётся очень не просто, но зато и источник может развиться быстрее. Очень необычная девушка, до восемнадцати лет и не инициированная. Но нам нужно продолжить лечение больных, вы не против, господин Глеб? — спросил целитель.

— Да, идёмте, мне нужно ещё попробовать научить ваших лекарей лечить эту мерзость, — ответил я.

Дальнейшее лечение превратилось в сплошную пытку, так как научить присланных целителей у меня не получалось, и в итоге лечил я сам. Времени было мало, и если задержать лечение, то многие умрут, а никто этого не хотел. Уже на восьмом пациенте мне пришла новая идея, как решить этот вопрос.

— Ярослав Сергеевич, у вас есть видящие целители?

— Нет, только лекари-практиканты, таких обычно не пускают на передовую и в зону военных действий, — ответил он.

— Пришлите сюда пару человек, я попробую объяснить им, может, у них получится, а то один я тут точно не справлюсь и подберите легкораненых, у кого гнили ещё мало, возможно, на них учёба пойдёт быстрее. Я сам не с тяжёлого случая начинал, — сказал я, продолжая лечение.

В первую очередь лечили тяжелобольных, что, наверное, было неправильно в целях учёбы.

Когда привели двух юношей и девушку, я как раз сделал перерыв, после исцеления тяжелобольного сотника, которого сейчас долечивали целители, используя живу.

Для начала я попытался объяснить на словах, что от них требуется, как раз подошли трое легкораненых. На лёгких ранениях учёба пошла легче, вначале это получилось у паренька, а затем и у остальных студентов.

Вчетвером мы занялись лечением, вначале новички работали под моим контролем, а потом и самостоятельно. Им приходилось постоянно сдерживать живу, так как они часто отвлекались, а вдолблённые рефлексы брали управление на себя, и иногда приходилось начинать лечение заново. Но тут появилась ещё одна проблема, студенты очень быстро уставали, и им приходилось подолгу отдыхать, это даже с учётом того, что другие лекари поддерживали их своей живой. Ещё через час прислали пятерых студентов видящих, всех, кого удалось найти, у этих дар был очень слабый и пришлось провозиться с ними очень долго, но и они подключились к лечению. К вечеру, мы вылечили половину тяжелобольных из этого отделения госпиталя. Несколько раз я прерывался на еду, а когда у нас, у всех, уже не осталось сил, нас отправили отдыхать.

С утра я проснулся совершенно разбитым, точнее говоря, меня разбудили, и я, с трудом встав, отправился в столовую, где нас вначале подпитал живой местный целитель. После еды я потребовал помыться, и меня отвели в баню, где я провёл час, приходя в себя. Но, когда я уже закончил мыться, начали настойчиво требовать моего присутствия в госпитале, говоря, что меня ждёт важный больной, это не дало мне насладиться таким желанным отдыхом. Злой и в скверном настроении, я отправился в госпиталь, где понял причину поторапливания. Боярин Кречетов полулежал на скамье, а в боку у него торчали две стрелы. Сам он был в сознании, и только крупные капли пота говорили о сильнейшей боли, которую он терпел.

— Что случилось? — спросил я, приступая к диагностике. Понятно, что меня позвали не просто так, местные лекари и сами справились бы со стрелами.

— Ночной штурм, вы разве не слышали? Хотя чему удивляться, вы вчера выложились полностью, и даже больше чем нужно. Две стрелы и одна из них рядом с печенью, а вторая в почке, но не в этом проблема. Вчера во время нападения он получил стрелу в руку и прижёг рану, но к лекарям не обратился, а ночью развилась гниль. Когда начался штурм, он сам бросился на стену и дрался на месте основного удара и как маг, и как воин, поэтому не удивительно, что его ранили. Применить живу до излечения мы не можем, а студенты не так качественно лечат, как вы. Одним словом, никто не решился взять на себя его лечение, боясь ответственности, — проговорил главный целитель.

— Проведя рукой по телу, я нашёл источник боли. Почка горела красным огнём в моём зрении, и тут я вспомнил из своей прошлой жизни, как лечат иглоукалыванием и как иглами купируют боль.

— Дайте иголку, — сказал я, беря подсвечник, с горящими свечами.

Целитель протянул мне иголку с намотанной на ней ниткой, которая была заткнута у него за отворот ворота. Быстро сняв нитку, я раскалил иглу и, приблизившись к боярину, воткнул её на два сантиметра в шею. Тот вздрогнул и открыл глаза, после чего часто захлопал ими и медленно выдохнул.

— Что ты сейчас сделал? — спросил он, боясь пошевелиться. Я его прекрасно понимал, у меня раньше была почечная колика, и именно тогда мне помогли иглоукалыванием, купировав боль, так как обезболивающие не помогали, а до врача было идти через тайгу очень долго.

Тогда я также боялся пошевелиться, не веря, что боль прошла. Китаец, который был с нашей группой в походе, научил меня некоторым премудростям в этом непростой специальности.

— Временно купировал вам боль. Постарайтесь сильно не шевелиться, мы пока попробуем вылечить вас от гнили, ну а потом лекари займутся вашими стрелами, — сказал я, усаживаясь рядом и накладывая руку на то место руки, где была повязка с чёрными подтёками и отвратительным запахом гнили.

— Благодарю! Ты даже не представляешь, насколько помог мне, я уж думал, что больше не выдержу.

— Не разговаривайте, отвлекаете, нужно убрать всю заразу, а то лечение может затянуться, а боль скоро вернётся, поэтому помолчите, — ответил я, сосредоточившись на лечении. Неприятные чувства от перегонки этой мерзкой энергии пришлось загнать поглубже и насильно тянуть эту мерзость, накапливая её в кристалле. Управился я минут за десять, после чего к лечению приступили уже целители, делая всё слаженно, а я пока сидел рядом, отходя от процедуры, гоняя живу через обе руки, восстанавливая нарушенные гнилой энергией свои энергоканалы.

Конец второй книги, читайте продолжение в следующей.

Если вам понравилась книга, поставьте лайк и подпишитесь на автора. Кто кинет донат автору, попадёт в друзья.

Если напишите отзыв, буду рад услышать ваше мнение. К разумной критике отношусь спокойно и даже приветствую.