Глава 7. Родной дом

На ночь нас с Алёной поселили в разных казармах, и я был этому даже рад, уж очень меня стало напрягать пристальное её пристальное внимание. Конечно, я ничего не имею против красивой девушки в своей постели, но нужно ещё думать и о будущем. Скоро придётся отправиться в Данков, а там с этим могут возникнуть проблемы, и как бы я ни говорил себе, что время ещё есть, оно постепенно таяло. Заместитель воеводы сообщил, что к утру должны наладить связь, а значит, может последовать приказ о моём возвращении, да и военное положение могут объявить в ближайшие дни. С одной стороны, я неплохо подзаработаю, а с другой, вся эта эпопея с перемещением и участием в боевых действиях меня откровенно стала напрягать.

Утром я отправился на пробежку и, как только вернулся после неё в казарму, услышал вызов по телефону.

— Алло, — сказал я, взяв трубку.

— Глеб, как я рада тебя слышать. Где ты? Нам сказал мой отец, что ты жив. Я, как знала, что ты у него. Когда ты отправляешься домой.

— Привет, мам, я рад тебя слышать. Всё нормально, сейчас мы — в крепости, я здесь помогаю лекарям, — ответил я.

— Отец мне рассказал про твою новую подружку. Я, конечно, осуждаю подобные отношения и не знаю, как ты будешь разбираться со всеми своими девушками, но это тебе решать. Мне каждый день звонят, пытаясь выяснить, где ты, и ладно Алина с Анной, но ещё две княжны? Мне кажется, это слишком, но об этом поговорим дома. Анна Александровна обещала отправить в Крепость, где ты сейчас, письмо с курьером о твоём срочном переводе в наш город. Да и вопросов тут скопилось очень много, в том числе и на твоём новом заводе. Поэтому ждём тебя дома, как можно быстрее, — ответила Диана.

— Хорошо, постараюсь не задерживаться, — ответил я и сбросил вызов.

Но даже не успел убрать его, как раздался следующий звонок.

— Алло.

— Ты жив? Как у тебя дела? Где ты сейчас находишься? С тобой всё в порядке? — посыпался на меня град вопросов от княжны.

— Уже всё нормально. Жив, почти здоров, нахожусь в главной крепости у Разлома. Только вчера вернулся с последнего задания. Не переживай. Всё в порядке, — ответил я.

— Я так переживала. Ты не представляешь, что я пережила, когда портал затянул тебя. Я даже поругалась с отцом, когда, узнав, где ты, он отказался вытащить тебя. Крепость была в осаде, а войска блокировали прорывы к крупным городам. Я сейчас же добьюсь твоего перевода к нам, только, прошу, не вздумай ехать один, по дорогам сейчас много нечести бродит. Группы разведчиков были замечены даже под Данковым, а это почти четыреста километров от вас.

— Хорошо, не переживай, всё нормально. Военные действия практически закончились, и я уверен, что меня и так скоро отпустят, — ответил я.

— Хорошо, никуда из крепости не уходи, я звоню отцу, — ответила она и отключила связь.

С одной стороны, мне здесь уже надоело находиться, после слов матери о моём заводе, меня стало беспокоить, что там и как у них, денег, что я выделил, должно было хватить только на лицензии и две недели работы завода. Да и я хотел контролировать процесс изготовления опытных образцов. А вот, с другой стороны, если княжна будет по каждому вопросу звонить отцу, ничего хорошего не выйдет. Меня могут запереть где-нибудь в безопасном месте и не выпускать, а свободу я умел ценить.

Я успел только помыться и переодеться, как меня вызвали к заместителю воеводы крепости и выдали предписание до конца дня отправиться в комендатуру Данкова, выбрав подходящий обоз.

В принципе, моё участие в этой военной операции заканчивалось, и заодно нужно подбить расчёты с комендатурой и госпиталем.

Четыре часа заняли подробные отчёты по лечению людей и отчёт по последней военной операции, в которой я участвовал. У лекаря я подтвердил количество вылеченных пациентов и участие в преподавательской деятельности. Заодно я продал всю живу из кристаллов, и со мной рассчитались чеком Казначейства. К сожалению, деньги я получу через неделю, не раньше, а боевые и за целительство через месяц, но и это неплохо, сумма там была внушительная.

Уже перед отъездом меня нашёл дьяк и, публично принеся извинения, передал мне деньги в качестве компенсации за оскорбление.

Мы как раз успели на последний обоз, который шёл в ближайший городок, откуда уже можно добраться нормальным транспортом в Данков.

Домой я приехал только вечером следующего дня, так как военных отрядов на дорогах было очень много, как и блокпостов. Так как приехали очень поздно, то после небольшого перекуса отправились спать, только вот Алёне мать выделила комнату рядом со своей, поэтому спал я спокойно и смог выспаться. Дорога нас вымотала полностью, поэтому провалялся я до обеда и встал только тогда, когда мать отправила сестру разбудить меня. Помывшись и переодевшись в нормальную одежду, я спустился в гостиную, где уже были все, кроме моего отца. Прислуживали нам Градские, которых уже оформили в качестве Слуг, точнее, Татьяна Ивановна со своей старшей дочерью. Их отец теперь официально будет возить меня на автомобиле, который необходимо будет купить, ну а остальных детей уже устроили в местную школу, но не простую, а для слуг. Там они получат дополнительные навыки, как себя вести. На самом деле, Слуги, взятые в Род, это очень почётно, и по социальному статусу они находятся даже выше богатых простолюдинов. А получить статус Слуг считается практически невозможным. Со своей стороны, я теперь отвечаю за них полностью, в том числе и за все их поступки.

Ели, молча, и я чувствовал напряжённые взгляды всех присутствующих, ждущих историю о моих похождениях. Когда разлили чай, я рассказал в очень урезанном виде, что произошло, пытаясь избежать подробностей, и свести всё к лёгкой прогулке, но моя мать, задавая чёткие вопросы, выудила у меня практически всё. В итоге, когда я закончил свой рассказ, она подошла ко мне и обняла меня, пустив при этом слезу. Мне было очень приятно, что за меня переживают. Мои брат и сестра смотрели теперь на меня, открыв рот, считая настоящим героем. А вот рассказ моей спутницы, которая ела вместе с нами, заставил мою мать надолго задуматься. Кто она на самом деле, мы не озвучили, но, как я понял, это сделал Радомир.

— Боюсь, с ней возникнут проблемы. Нужно подумать, как её оформить, Слугой, очень опасно. Дальней родственницей не пойдёт, слишком откровенно она на тебя смотрит, все сразу поймут, что между вами есть связь. Если же о вас узнает княжеский род, то её могут банально устранить. При этом они сами даже ничего делать не будут. Намекнут, что она позорит Великую Княжну, а дворяне сами всё сделают.

— И что же делать? Бросить её я не могу, между нами очень сильная связь. Тогда другого выхода не было, а официально оформлять брак с ней я не могу. Тогда меня точно возьмут в оборот.

— Есть вариант, но не очень корректный с твоей стороны и по отношению к девушке. Она может стать твоей официальной наложницей. Я сталкивалась с таким в европейском высшем свете, но у нас это сильно не приветствуется. Во всяком случае, это намного лучше, чем ты будешь в открытую наставлять рога Княжне. Это могут посчитать оскорблением и тебя убьют на дуэли, несмотря на запрет Великого Князя. Нужно только правильно это преподнести. Если доказать, что она спасла тебе жизнь и официально не претендует на твой титул. В принципе, в одном из южных княжеств это даже официально разрешено, но считается плохим тоном, а раз разрешено в одном княжеств, и нет на это запрета в нашем, то это обязаны зарегистрировать в мэрии, только вот не уверена, что тебя поймут местные аристократы. Лучше тебе будет в ближайшее время после этого не появляться на балах и официальных приёмах, — сказала Диана, посмотрев на Алёну.

— Я на всё согласна, лишь бы быть рядом с Глебом, — ответила девушка, потупив глаза.

— Тогда так и сделаем, но для начала её нужно одеть достойно, и постарайтесь сегодня не выделяться в обществе. С ней поеду я, если кто-то спросит, то отвечу, что это моя родственница. Ты ведь сейчас побежишь на свой завод? — спросила Диана.

— Да, там, наверное, много вопросов накопилось? — ответил я.

— Да, вопросов хватает, но мы с отцом ездили на завод пару раз и помогли решить некоторые вопросы, но об этом тебе расскажет господин Шольц.

— Тогда, может, Тимофей Петрович отвезёт меня на завод, а потом уже вас с Алёной по магазинам. Деньги я вам дам, поэтому можете не ограничивать себя в покупках.

— Хорошо, так и поступим, но учти, завтра тебе нужно в школу и в комендатуру сегодня не забудь заехать, — напомнила моя приёмная мать.

Уже через час меня на служебной машине отца подбросили к моему заводу, и, выйдя из машины, я оценил произошедшие изменения. Первое, что бросилось в глаза, так это новая вывеска над воротами, сделанная в виде арки, «Оружейный завод Кравцовых», — гласила она. На проходной был новый охранник, который спросил меня:

— Вы к кому?

— Я — владелец этого завода. Краевский Глеб, — ответил я.

— К сожалению, если у вас нет пропуска, то пропустить я вас не могу, тем более я вижу вас в первый раз. Вам придётся дождаться прихода старшего смены, — произнёс он, снимая трубку телефона.

То, что меня не пропустили сразу, мне понравилось. Такое отношение к своим обязанностям меня радовало. Через три минуты на проходную прибежал взволнованный Шольц.

— Господин Глеб, как же я рад вас видеть. Вы даже представить не можете, как мы все переживали за вас, пойдёмте скорее со мной, у нас есть чем похвастаться, — произнёс он, ведя меня по территории завода, а я осматривал произошедшие изменения. Забор был свежевыкрашенный, поверху пустили ещё один уровень колючей проволоки и усилили предыдущую. Помимо этого, на территории находился ещё два охранника. Заметив мой интерес, директор пояснил.

— Уже были четыре попытки проникновения на завод. К сожалению, никого не удалось задержать, поэтому пришлось увеличить количество охраны. Помимо этого, к нашим разработкам есть интерес от оборонного ведомства, они просили обязательно предъявить им образцы оружия прежде, чем запускать его в открытую продажу. К сожалению, слухов о новом типе оружия избежать не удалось. Хотя я каждую неделю провожу разъяснительную работу, но вы сами понимаете, что от жён всё скрыть невозможно, а сарафанное радио работает очень быстро. Честно сказать, мы все были поражены результативностью второго поколения, выполненного после того, как мы сделали так называемую «Мурку», отработав на ней многие параметры. Всё-таки для нас это направление совершенно новое, но вы предоставили настолько хорошие эскизы, что изготовить опытные образцы не составило труда. Это, что касается оружия. А вот с патентами на хранение продуктов в газовой среде, не всё так просто. Похожий патент нашли, и нам пришлось его выкупить и доработать заявку, подав расширенный с описанием всего процесса. Со мной уже связались представители двух пивных заводов, и они готовы приобрести разрешение на производство по вашим патентам, но просят предоставить им готовые образцы. Пробные «сифоны» для насыщения газом мы уже подготовили, нужно определиться с продуктом, который мы будем испытывать. Испытание с водой мы уже провели, и могу сказать, что в этом что-то есть. Ваша «газировка» с сиропом явно будет пользоваться спросом.

— Нужно закупить пива и кваса, несколько видов. Будем пробовать разные варианты, ну а всех желающих, кто реально заинтересуется, отправляйте ко мне. Ну а оружие… для начала нужно посмотреть, чего удалось добиться, — ответил я.

— Тогда пойдёмте на временное стрельбище, там как раз идёт отстрел пуль разного вида на количество выстрелов и наработку отказов. Пока их довольно много, но уже намного лучше, чем у автоматического арбалета.

Временное стрельбище было на заднем дворе. Тут, помимо мишеней, были сделаны навесы для стрелков. Первым мне показали пружинную винтовку, точную копию «Мурки» или МР-512 из моего мира. Пружина была потяжелее, но для удобства заряжания была сделана небольшая ручка на стволе, позволяя упростить зарядку. Сделав десяток выстрелов, я признал, что винтовка неплохая, но написал несколько изменений, которые нужно внести, в первую очередь, поменять следовало приклад, который был не очень удобным. Взят он был от арбалета, а там немного другой принцип стрельбы, помимо этого, подсказал, как его облегчить и сделать более правильным баланс. Нарисовал и механический прицел, в виде ласточкиного хвоста. После этого я взял в руки тяжёлую винтовку со встроенным баллоном. Она была очень массивная, но намного легче арбалета с магазином арбалетных болтов. Первый вариант был ещё грубым аналогом винтовки и только проходил первые испытания. Барабан под семимиллиметровую пулю. Механизм перезарядки, точнее говоря, прокрутки барабана, был как у винчестера, с нижней рукояткой. При выстреле, часть газов прорывалась через уплотнители, но, в любом случае, пуля пробила дюймовую доску на расстоянии двадцати метров. Восемь пуль выстрелили нормально, а вот девятая была откровенно слабее и застряла на вылете из доски, но, если устранить немного утечку газа и провести регулировку, одного баллона должно хватить на все девять выстрелов. Замену баллона провёл один из сотрудников, и пока процедура была не очень быстрой, и тут есть над чем поработать. Я тут же нарисовал несколько вариантов смены с использованием рычага-эксцентрика, который будет быстро снимать и фиксировать баллон на месте. Пистолет под шести миллиметровую пулю на три выстрела я опробовал тут же. Убойная сила была так себе, как и замена баллона. Рукоятка очень массивная, да и лежащий рядом пружинный пистолет был не намного хуже пневматического. Но и тут я дал несколько рекомендаций, в том числе и по калибру. Одним словом, я остался весьма доволен увиденным. Всего месяц с небольшим прошёл, а была проделана очень серьёзная работа, поэтому деньги вложенные должны окупиться очень быстро. Для себя я сделал заказ на несколько видов пневматического оружия, включая пистолеты. Так как я — аристократ, то проблем с ношением быть не должно, нужно только будет зарегистрировать их в мэрии и заодно оформить права на управление автомобилем. Для аристократов проходить обучение не требовалось, достаточно при подаче заявлений указать, что прошёл обучение самостоятельно. Только вот, если станешь виновником аварии, могут потребовать подтвердить, что ты обладаешь нужными знаниями и умениями.

Напоследок я опробовал стационарную установку, которую назвал пулемёт. Перезарядка тут происходила за счёт гуляющего затворного поршня, который давлением газа подавал пулю и взводил затвор. Возможно, я пошёл неправильным путём, но так мне показалось проще. Тут, конечно, всё было не так радужно. Во-первых, пули переклинивало, а значит, нужно менять их конфигурацию, возможно, менять и калибр. Для пулемёта я взял пулю четырнадцать миллиметров, но решил снизить до двенадцати, но удлинить её. Во-вторых, скорострельность оказалась очень небольшой. Нет, для этого мира это было намного быстрее стрельбы из стационарных пулемётов, но мне требовалось как минимум в два — три раза быстрее. Для этого я предложил добавить три поршневые камеры, с автоматическим переключением между ними, а также добавить рычаг ручной перезарядки, чтобы облегчить процесс перезарядки при смене пули. Отдельно пришлось обговорить качество пуль, так как эти были с заусенцами и даже на глаз слегка отличались. В целом, процесс идёт, и ещё через месяц, я уверен, удастся доработать все показанные образцы, а, возможно, и в два раза быстрее, о чём я настоятельно просил директора, разрешая организовать работу в две смены.

После полигона мы часа три обсуждали мои доработки и изменения в конструкции, после чего я внимательно ознакомился с финансовыми отчётами и выписал новый чек на двадцать тысяч рублей. Деньги таяли очень быстро и нужно задуматься о дополнительном заработке.