Глава 42. Под подозрением

Когда я вернулась в особняк, меня, оказывается, уже ждали. Служба безопасности Игната проводила проверку всех, кто контактировал с ним накануне сделки. Поскольку он приезжал в особняк и работал в своем кабинете, под подозрение попали все обитатели дома: персонал, я и Мэри.

Мачеха, надув губы, сидела в гостиной, с нескрываемым раздражением отвечая на вопросы сотрудников безопасности. Ей явно не нравились возникшие ограничения. Она упрекала их, что так к гостям не относятся.

— Это уже ни в какие рамки, — возмущалась она, жеманно взмахивая руками. Мэри паясничала и делала это от души. — Вы что, думаете, я прятала у себя в комнате секретные документы?

Меня тоже попросили остаться и рассказать о событиях того дня. Мне нечего было утаивать, и я честно рассказала все, как помнила: встречу с Игнатом, когда он приехал, нашу прогулку в саду во время его короткого перерыва в работе.

— Владислава Ильинична, получается, Игнат Константинович покидал свой кабинет и вместе с вами находился за территорией дома? — уточнил один из сотрудников.

— Так и есть, — подтвердила я, сохраняя спокойствие.

— Кто в это время оставался в доме?

Вперед вышла Ольга Павловна.

— Я готовила ужин и видела в окно, как молодые люди гуляли в саду.

Мэри, все это время наблюдавшая за происходящим с явным нетерпением, наконец подняла руку.

— Ну, я была дома, — произнесла она, глядя на охранников с легким презрением. — И что? Влада тоже возвращалась домой, когда Игнат оставался на террасе.

Ее тон был колючим, а взгляд недобрым. Я почувствовала скрытый намек в ее словах. Сотрудники службы безопасности переглянулись.

— Вы действительно возвращались в дом, Владислава Ильинична? — уточнили они.

— Да, я возвращалась. Мне позвонили, — ответила я, стараясь сдержать дрожь в голосе.

— Вы можете назвать, с кем разговаривали?

— Я беседовала с Марком Полянским.

— Между прочим, это ее жених, — резко вставила Мэри, хотя ее никто не спрашивал. — А его дядюшка — бандит, Станислав Далевский.

Эти слова прозвучали как взрыв. Охранники быстро что-то записали, вновь переглянувшись. Имя было им явно знакомо.

Я с недоумением посмотрела на Мэри. У меня возникло четкое ощущение, что она меня топила, обвиняя в том, к чему я не причастна. Зачем? Тут явно что-то было нечисто. Неспроста она так рвалась покинуть дом сразу после новостей о проблемах в компании Игната.

— Кто-нибудь слышал ваш разговор? — спросил второй сотрудник, не отрывая взгляда от блокнота.

Когда я говорила с Марком, в гостиной никого не было. Я замешкалась, и Мэри, не дав мне вставить и слова, снова выступила. Она откинулась на спинку кресла и, скрестив руки на груди, хмыкнула:

— Да, я слышала. Хотя и случайно, конечно, — сказала она с наигранной небрежностью. — Ее женишок явно спрашивал про какое-то дело. И Влада ответила, что сделает это при первой возможности.

Я похолодела от ужаса. В моей душе все кричало — ложь, она неверно меня поняла. Я действительно произносила эти слова, но они были вырваны из контекста и касались не кражи документов.

— Я говорила о другом, — тихо возразила я, пытаясь оправдаться, но сама чувствовала, как неубедительно это звучит.

Все присутствовавшие, казалось, смотрели на меня и ждали, что я скажу дальше.

— Где вы находились во время телефонного разговора? — сотрудник службы безопасности пристально посмотрела на меня, задавая этот вопрос.

— В гостиной, — ответила я, стараясь говорить спокойно.

— Кто-то может это подтвердить?

Ольга Павловна отрицательно покачала головой, а я заметила, как Мэри усмехнулась.

— Охранника Павла сегодня нет, у него выходной, — продолжила горничная, — но он мне говорил, что видел, как кто-то заходил в кабинет Игната. Вроде это была женщина.

Мое сердце ушло в пятки.

— Я услышала шаги и заглянула в кабинет, но внутрь не заходила, — поспешно объяснила я, чувствуя, как голос предательски осекся.

— Вы кого-то заметили?

— Нет. В кабинете я никого не увидела. Скорее всего, мне просто послышалось. Но в холле я столкнулась с Павлом.

Сотрудники службы безопасности ненадолго замолчали, а потом один из них объявил:

— Просим всех, кто находился в тот вечер в доме, сдать телефоны на проверку. Это займет некоторое время. Предупреждаем, что никто не может покидать территорию до завершения расследования.

— Хотя бы в свою комнату можно? Телефон там, — раздраженно фыркнула Мэри, закатив глаза.

— Да, можете пройти, — вежливо ответил охранник.

Я подняла голову и попросила:

— Прошу проверить мой телефон первым. У меня встреча с Игнатом Константиновичем.

Сотрудник кивнул с видимым уважением.

— Шеф предупредил нас. Водитель отвезет вас в ресторан.

Мэри, все еще недовольная происходящим, поднялась первой. Со злобой посмотрев на меня, она направилась в свою комнату, выражая раздражение каждым движением. Я последовала за ней. Нам нужно поговорить. И я не дала ей войти в комнату, остановив ее в дверях:

— Зачем ты это делаешь? — резко спросила я. Эмоции захлестывали, и сдерживаться больше не было сил.

Мэри обернулась, ее лицо выражало самое невинное непонимание.

— Делаю что? — протянула она, притворяясь.

— Ты пытаешься выставить меня виноватой! — Я старалась говорить твердо, но внутри у меня все клокотало.

— Собирайся в свой ресторан, — отодвинув меня в сторону, Мэри прошла мимо и захлопнула дверь прямо перед моим носом.

Я поджала губы, но тратить время на разборки больше не могла. Вдохнув поглубже, развернулась и прошла к себе.

На кровати лежал чехол с платьем. Игнат позаботился о том, чтобы у меня была одежда на вечер. Я расстегнула молнию, кончиками пальцев провела по гладкой ткани и осторожно надела его. Платье оказалось безупречным. Легким, струящимся, будто сшитым по мне. Ткань мягко скользила по телу, подчеркивая фигуру, и с каждой секундой я чувствовала, как внутри рождается странное, почти забытое ощущение — уверенность. Я быстро подвела глаза, нанесла немного румян и уложила волосы. Уже собираясь выйти, остановилась у зеркала.

Девушка в отражении смотрела на меня цепким взглядом. Прямая осанка, точеные черты лица, мягкий изгиб губ, чуть вздернутый нос, темные волнистые волосы, спадающие на плечи. Никогда не думала, что начну привыкать к чужому отражению в зеркале.

Кто я? Я — Ярослава! Безумно влюбленная в одного-единственного человека!