Глава 37

Варя

С моим сознанием происходят странные вещи — туман в голове и вспыхивающие, как слайды в темноте, флешбеки переносят в прошлое. Во времена, когда ворованные поцелуи и объятия с Денежко сводили с ума и отключали инстинкт самосохранения. Когда я вспыхивала от одного лишь его взгляда, плавилась в его руках, желая как можно сильнее растянуть моменты близости.

Сейчас я чувствую почти то же самое. Все то же воровство, за исключением одного — тогда мы горели оба.

Крепко зажмурившись, я впитываю в себя тепло его тела каждой порой. Касаюсь щекой колкой щетины, мажу губами по квадратному подбородку и прижимаюсь к уголку рта.

Секунда, две… Отсутствие отклика как ушат холодной воды за шиворот.

Разжав руки, я отскакиваю назад и отворачиваюсь от него.

— О, боже… Прости…

На лицо наползает жар. Врубив воду, я снова яростно умываюсь. Тру кожу в надежде смыть с нее бордовые пятна. Осознание того, что я натворила, бьет по затылку.

Идиотка!

Дышу тяжело, надсадно. Будет лучше, если он уйдет сейчас же. Я не выдержу жесткой отповеди от него.

— Не обращай внимания… — шепчу тихо, вытирая лицо полотенцем, — тяжелый день.

— Иди сюда, — вдруг говорит он, беря меня за предплечье и выводя из ванной.

— Зачем? — спрашиваю, когда мы вместе заходим в гостиную.

Усадив меня на диван, он сам опускается прямо на пол передо мной и складывает локти на широко разведенных коленях. Я подбираю ноги и обхватываю их руками. Если бы он знал, как горят мои губы.

— Повтори еще раз. Ты подала на развод, а твой муж не хочет разводиться?

— Да. Он… он считает, что у нас есть шанс сохранить семью.

— Даже учитывая то, что рожденные в браке дети не от него? — уточняет Лешка без капли сарказма или издевки в голосе.

— Даже учитывая это, — подтверждаю я.

Отведя взгляд в сторону, он на некоторое время замолкает. Я, ища хоть какие-нибудь эмоции, напряженно вглядываюсь в его лицо, но не вижу ровным счетом ничего.

— Ты готова развестись с ним? Ты это точно для себя решила?

— Да, — киваю и сразу добавляю, — Я хочу этого больше всего на свете.

Глаза Леши поднимаются к моему лицу — в них ничего, кроме сосредоточенности на теме, которую мы обсуждаем. Ни намека на то, что он слышал мои слова о чувствах. Он пропустил их мимо ушей?

— Тебе нужен адвокат.

— Я ходила на консультацию…

— Что тебе сказали?

— Ничего конкретного. Предложили свои услуги, — рассказываю я, немного воодушевившись.

Лешка единственный, кто не стал крутить у виска и отговаривать от развода, а сразу перешел к делу. Ощущение, что сейчас он как стена пытается закрыть меня от проблем, наполняет до краев.

— Ты претендуешь на раздел имущества?

— Господи… конечно, нет! Я подписала брачный контракт, и… мне от них ничего не нужно.

— Уверена?

— Уверена, Леш!.. Я у них ничего не возьму!

Сощуренный взгляд как наведенный на меня прицел. Пусть стреляет, я не буду защищаться! Я приму любое его решение!

— Завтра я дам тебе контакты адвоката, который займется твоим разводом.

— Это… это дорого стоит?

— Я решу этот вопрос.

В моей груди вспыхивает протест — я не собираюсь вешать на него еще одну статью расходов.

— Леш… Нас все равно разведут, даже без адвоката.

— Если твой муж этого не хочет, он вправе требовать отсрочку, и суд пойдет ему навстречу.

Я слышала об этом, но ведь не могут ему давать отсрочки бесконечно?.. Рано или поздно, мы все равно разведемся.

Прижав ладони к глазам, я с силой растираю лицо. Как все сложно! Иногда мне кажется, что я пытаюсь продраться через заросли колючего кустарника. Ранит каждое движение, и хочется просто лечь, свернуться в клубок и не шевелиться. А потом понимаешь, что ты идешь к мечте, поднимаешься и снова напарываешься на острые шипы.

— Хорошо, — проговариваю тихо, — Только разреши мне оплатить услуги адвоката.

— Не начинай, Варя.

— Пожалуйста!

— Слушай… — он поднимается на ноги и сует руки в карманы джинсов, — Не важно, что было в прошлом. Мы не будем к нему возвращаться. Но сейчас мы оба связаны детьми, и поэтому обязаны выстроить наше общение таким образом, чтобы они росли в здоровой атмосфере.

Леша прав, он рассуждает как взрослый человек и отец, чувствующий ответственность за своих детей. Он сто раз прав, но это не значит, что мне не больно слышать, что я сама интереса для него не представляю.

— Что бы ни случилось, ты всегда можешь обращаться ко мне за помощью, — продолжает он, — Что бы ни случилось, Варя. От проблем со здоровьем, до течи в ванной. Поняла?..

— Да, поняла.

— Мне важно, чтобы у вас все было в порядке.

В носу начинает щипать. Я опускаю глаза на свои колени.

— В будущем это может принести тебе немало проблем… — говорю, имея в виду его гипотетическую семью.

— Это будут не твои проблемы.

— Да, — выдыхаю неслышно.

В комнате повисает тишина. Даже с улицы не доносится ни звука. Так странно.

— Мне пора, — наконец, произносит Лешка и, развернувшись, идет из гостиной.

Без сил я сползаю с дивана и плетусь за ним.

— Спасибо.

Пихая ноги в кроссы, он молчит.

— Я не знаю, как благодарить тебя за все, что ты для нас делаешь. Я… — судорожно втягиваю воздух, — Я просто не могла выбрать лучшего отца для своих детей.

— Хорош…

— Это правда, Леш, — горло сводит спазмом, но я продолжаю, — И… прости меня, пожалуйста, за… обещаю, это больше не повторится. Я немного не в себе сегодня.

— Не стоит делать из меня рыцаря, — усмехается он, — Чтобы потом не пришлось разочаровываться.

— Не стоит указывать мне, что я должна чувствовать, — отвечаю, выдавив улыбку, — Мои чувства только моя ответственность. Я не буду их навязывать.

— Окей, — кивает, щелкнув дверным замком, — Пока.

Негромкий хлопок и ощущение полного опустошения. Я приглаживаю свои волосы и смотрю на свое отражение в зеркале — на бледном лице и шее нездоровые яркие пятна, в глазах лихорадочный блеск.

Сегодня мы сломали стену и начали говорить. Стены, за которой, я думала, Лешка прячет свои чувства просто не оказалось. Ее нет, потому что прятать за ней нечего. Там пусто, я сама их выжгла.

Коснувшись губ кончиками пальцев, на миг представляю, что это уголок его рта. Целую их, смаргивая слезы.

Тело, зараженное тактильным контактом с ним, горит.

Ты такая дура, Варька! Нельзя его было трогать! Нельзя!..