Глава 55

Варя

Из ванной доносятся смех и детские визги. Вечернее купание с папой для мальчишек самая любимая часть дня.

Я заглядываю, приоткрыв дверь, и вижу, как Лешка пытается завернуть Арсения в полотенце. Тот, хохоча, вырывается с намерением вернуться в ванну, где Ромка продолжает разбрасываться пенными хлопьями.

— Давай, помогу, — предлагаю, заходя внутрь.

Пока Леша держит Арса, набрасываю на него полотенце и, перехватив поперек, выношу из ванной.

— Хорош, Роман, — слышу позади, — Соседей затопим.

Может, и не затопим, но однажды оглушим точно. Не удивлюсь, если они уже подозревают, что в нашей квартире действует незаконный аквапарк.

Примерно через сорок минут, после традиционного одевания в одинаковые пижамы и сказки на ночь, дети, наконец, засыпают.

— Дашь почитать? — спрашивает Лешка, заходя в нашу с ним комнату и усаживаясь на диване.

— Ах, да…

Активирую экран планшета и открываю в нем вордовский документ. Очень волнуюсь, потому что читать мою статью он будет впервые.

Ее тема — «Гиперреализм в современном искусстве», и я потратила на поиск материалов для нее целую уйму времени. Потом писала почти три недели и вот вчера отправила Марине.

Сегодня пришла рецензия от главного редактора журнала, которая довела меня до слез счастья. Ее охарактеризовали как одну из лучших в этом направлении.

Прочесть ее Лешка вызвался сам. Видел, сколько сил я на нее потратила, нервничала и сидела за ноутбуком часами. А я видела понимание и уважение в его взгляде, когда он за этим наблюдал.

— Вот…

Отдаю ему планшет, а сама устраиваюсь рядом — залезаю на диван с ногами и укрываюсь пледом. Дробно стучащее в груди сердце не дает сидеть спокойно. Я ерзаю на месте, бездумно листая в телефоне ленту новостей.

Лешка же, напротив, сидит, не шевелясь, и сосредоточенно читает то, что я написала.

Мой взгляд мечется между горящим экраном планшета, его ровным профилем и обнаженным торсом, с которого можно писать картины.

Самый красивый, самый лучший. Самый-самый во всем!

— Я видел картины Петерсона, — говорит он вдруг, закончив читать.

— Правда? — застываю ошеломленно, — Где? Его картин нет в России.

— В Бруклинском музее, кажется…

— Ты был в Бруклине?

— Да, ездили командой на чемпионат, и нас водили туда в рамках культурной программы.

— Ого!.. — я двигаюсь ближе и кладу подбородок на его плечо, — И как, тебе понравилось?

— Впечатляет.

— А моя статья? — спрашиваю, затаив дыхание.

— Она в особенности.

— Правда?..

Обвив рукой мою талию, Лешка притягивает меня к себе. Я перебрасываю ногу и седлаю его колени. Все мышцы ниже пояса непроизвольно сжимаются. Становится душно и жарко.

— Правда, Варя. Я всегда знал, что ты очень талантлива.

Я закусываю губы, чтобы пережить взрыв эмоций и делюсь сокровенным:

— Знаешь, Марина тоже считает, что у меня большой потенциал.

— Марина не станет врать, — говорит он с затаенной улыбкой.

— Это все благодаря тебе, Леш… Тебе и Насте. Я вам очень благодарна!

— Перестань…

— Нет, правда!.. — восклицаю приглушенно, — Если бы не вы, я так и перебивалась бы случайными заработками за бессмысленные тексты! И конечно, Марина!.. Взяла меня на работу без опыта! Я очень хотела бы встретиться с ней!

— Думаю, у тебя будет возможность.

— Она собирается приехать сюда?

Лешка смотрит в мое лицо, время от времени касаясь взглядом глаз. Очерчивает кончиками пальцев позвонки на пояснице.

— Мы можем пригласить Кравцовых на нашу свадьбу. Если ты не против.

Пространство вокруг нас застывает. Под моей кожей разливается кипяток, сердце сходит с ума.

Я даже слова вымолвить не могу — так боюсь разрушить момент.

— Ты же не против? — уточняет он тихо.

Будто со стороны за нами наблюдаю. Оба напряжены до предела. Воздух между нами звенит.

— Не против, — беззвучно шевелю губами.

— И фамилию мою возьмешь?

В голове стучит кровь. Мое оцепенение сменяется дрожью. О таком я никогда даже мечтать не смела.

— Ты уверен, Леш?..

— В чем? — давит ладонями на мою спину, вынуждая придвинуться еще ближе, — В том, что хочу жениться на тебе? Уверен.

— Точно?

— Что тебя тревожит? — касается губами моей щеки.

— Мне нужно знать точно…

— Я уверен, Варя. Иначе не заговорил бы об этом. А ты?..

Я прикрываю глаза и пытаюсь проглотить выросший в горле плотный ком.

— Быть твоей женой?.. Я очень этого хочу! — шепчу еле слышно, — Очень!

Он заглядывает в мой глаза и серьезно спрашивает:

— Выйдешь за меня?

— Да!

— Из-за детей?..

Слабо ударяю по его плечу.

— Даже думать об это не смей!.. Мои чувства к тебе не зависят от наличия детей!

Его губы дергаются, а затем он порывисто прижимает меня к себе.

— У тебя не будет шанса передумать!.. На этот раз нет, Варя! Я не оставляю тебе выбора, ясно?

— Ясно!

— Я больше не отпущу тебя!

— Я от тебя ни на шаг, Леш!.. Даже если гнать будешь!

— Дура… — прихватывает мои губы и царапает щетиной кожу вокруг них, — Куда гнать?.. Я больше не хочу жить в анабиозе.

— Прости, — целую его, — Прости меня!..

— Хватит. Не хочу больше слышать твои извинения. Завязывай, Варь!

— Хорошо…

— Давай, выдыхай! Хорош винить себя!.. — проговаривает он.

— Я пытаюсь.

— Будет сложно, пока ты сама себя не простишь.

— Как ты не понимаешь, Леш?! Я прощу себя только после того, как это сделаешь ты!..

— Со мной все нормально, — усмехается он, — Я понял, что тогда с тобой происходило. И это я виноват, что выдернул тебя из того дерьма силой.

— Ты ни в чем не…

— Варя, — перебивает Лешка, заключая мое лицо в свои ладони, — Давай отпустим прошлое. Обнулимся. И вместе будем смотреть только вперед.

— Давай, — всхлипываю я.

— Ты выйдешь за меня?

— Выйду! Конечно, да!

— Окей, — бормочет он и, сняв меня со своих коленей, идет из комнаты.

Ничего не понимая, я не дышу, пока он не возвращается с бархатной коробочкой в руке.

— Боже!..

Опустившись на корточки, он открывает ее и достает оттуда кольцо. Золотое, украшенное изящной нитью маленьких бриллиантов.

— Леша! — восклицаю осипшим от волнения голосом.

Надев его на мой палец, он обхватывает ладонь и прижимается к костяшкам губами.

— Я так люблю тебя, Лешка!..

— Глобально?

— Да!