Глава 17

– Постой на стрёме, – тихо попросила я. Амириан приподнял бровь, но ничего не ответил, просто чуть повернулся так, чтобы одновременно видеть и меня, и тёмный проход за спиной. Впрочем, я не сомневалась: даже отвернись он полностью, всё равно контролировал бы происходящее. Я опустилась на одно колено и коснулась пальцами сырого камня, а потом начала выводить рисунок. Линии на первый взгляд казались кривыми, грубыми и совершенно бессмысленными. Никакой нормальный маг не принял бы это за рабочее плетение. Слишком несимметрично, слишком странные пересечения. Но в нижнем городе красота никогда не была главным критерием. Главное, чтобы работало. Амириан смотрел. Я чувствовала его взгляд почти физически. Острый, внимательный, хищный. Он подмечал каждое движение. Камень тихо дрогнул. Рисунок засветился. Тускло, натужно, будто свет шёл не с поверхности, а изнутри камня. А потом он начал разрастаться. Плетение растекалось по камню, ползло в стороны, цепляясь за трещины, впитывая влагу, просачиваясь в едва заметные неровности. Оно двигалось не к тупику, как, вероятно, ожидал Амириан, а вдоль пола, к боковой стене прямо перед ним. Остановившись у стены, светящийся рисунок зашевелился. Магия будто вгрызлась в камень, разъедала его. Сырая поверхность почернела и пошла тонкими трещинами, а потом камень начал бесшумно осыпаться пылью. Это была личная разработка Мастера Сулла. Одно из тех плетений, которые не записывают в книгах, не обсуждают на советах и не показывают чужакам без крайней необходимости. Оно не просто проедало норы, а выбирало лучшее место из возможных, учитывая риски: толщину стены, старые трещины, движение воздуха, вибрацию камня, близость пустот, магические следы и даже то, есть ли по другую сторону кто-то живой. Именно на присутствие живых существ он был нацелен в первую очередь, поскольку в подземельях это помогало получить помощь. А в нашем случае это помогало найти демонов. Через несколько мгновений в стене образовался узкий неровный проход. Неудобный, сырой, с острыми краями и осыпающейся пылью, но вполне пригодный для того, чтобы пройти внутрь. – Как ты это сделала? – тихо уточнил Амириан. – Сил вложено немного, но... это противоречит законам магии. Что это за плетение? Я стряхнула с пальцев каменную пыль. – Магия нижнего города. Он изумился. Нет, в самом деле изумился. Какое же редкое это, должно быть, зрелище! – Ты хоть представляешь, насколько трудно меня удивить? – Он хищно, одобрительно усмехнулся и покачал головой. – Теперь мне ещё больше хочется попробовать твою кровь. Ну конечно. Кто о чём. Видимо, это был комплимент? Некоторый аналог фразы "Ты особенная", но в исполнении вампира? По ту сторону прохода находился коридор. Здесь не было ни сырой кладки, ни подтёков грязной воды, ни ржавых труб, ни привычного запаха заплесневелого камня. Стены, пол и потолок были отделаны гладким чёрным камнем с тонкими золотыми прожилками. Отполированный камень поглощал шаги и отражал силуэты так смутно, будто в нём прятались тени. Мы вышли не через ту самую замаскированную дверь из туннеля, которая, как оказалось, располагалась совсем рядом, а через стену. И, пожалуй, это было к лучшему. Если уж сам Амириан не обнаружил переход, значит, на двери стояли не просто чары отведения глаз, а нечто гораздо более сложное и, возможно, опасное. На ближайшей двери висела золотая табличка с надписью: «Лаборатория». Я невольно задержала на ней взгляд. Внутри что-то холодно сжалось. Коридор был пуст, однако это не успокаивало, поскольку нам предстояло сейчас определить, какая из примерно двух десятков дверей нужная. Я только подумала, что придётся проверять все по очереди, как Амириан поднял руку и легонько подул на ладонь. С неё сорвалась стайка чёрных комаров. Они взвились в воздух, закружились вокруг его пальцев, а потом ринулись к дверям. У дверей комары рассыпАлись в маленькие облачка чёрного дыма и просачивались сквозь щели. Амириан прикрыл глаза. Вероятно, сейчас он видит всё, что видят эти комары. Или поддерживает с ними связь, а они передают ему информацию. – Там, – наконец, произнёс он, снова распахнув свои чёрные как бездна глаза. И показал на одну из дверей, самую дальнюю. – Но помни, что я сказал тебе до этого. Мне не нужно было уточнять, о чём речь. Он имел в виду своё предупреждение о том, что мы можем и не найти исчезнувших ведьмочек живыми. Нужная дверь оказалась не заперта, но это отнюдь не успокоило. Вероятно, где-то здесь находились сотрудники лаборатории. Откуда-то издалека временами доносились приглушённые звуки: тихий металлический лязг и редкие постукивания. За дверью обнаружился небольшой зал с колоннами, который тоже был отделан чёрным камнем с золотыми прожилками. А посреди зала находилось сооружение. Настолько жуткое, что я на миг оцепенела. На двух каменных алтарях лежали бледные молоденькие ведьмочки в одном белье. Вокруг алтарей подрагивало зеленоватое свечение от множества наложенных друг на друга чар, будто в одном месте насильно связали десятки совершенно несовместимых заклинаний и заставили их работать вместе. От рук, ног и животов ведьмочек шли чёрные кожистые трубки, похожие одновременно на сильно увеличенные живые кровеносные сосуды и на огромных пиявок. Мерзкие, влажно поблёскивающие, они подёргивались и слегка сокращались, словно перекачивали что-то из тел на алтарях. Другие концы этих трубок лежали на полу между алтарями, собранные в одной точке. Там, над ними, в воздухе подрагивало чёрное облако с зеленоватыми всполохами. От него фонило чем-то настолько омерзительным, что у меня перехватило дыхание. Там сплеталась сила ведьм и что-то ещё. Нечто настолько противоестественное и неправильное, что само его существование оскорбляло мироздание. Одновременно живое и мёртвое. В этом облаке формировался чудовищный зародыш какого-то существа. Нежити, но какого-то запредельного, иного уровня. И моих ведьмочек использовали для того, чтобы напитывать его силой. Но хуже всего было то, что в их телах уже не было душ. Каким-то образом плетения работали так, что поддерживали в них искру жизни, хотя теперь это были лишь пустые оболочки. – Мне жаль, – бесстрастно произнёс Амириан. Разумеется, никакой жалости он не чувствовал, как не чувствовал ужаса и омерзения при виде чудовищного агрегата, нарушающего все законы природы и жизни, которые ведьмы веками старались защищать. Он смотрел на всё это пристально, без эмоций, просто оценивая. – Их не вернуть. Но оставлять это так тоже нельзя. Придётся просто зачистить здесь всё и уничтожить это место. Он сделал шаг вперёд, и я вдруг поняла, что сейчас произойдёт. Амириан выпустит свою силу, и от этого места действительно ничего не останется. Более того, он наверняка позаботится о том, чтобы уничтожить всё так качественно, что явившиеся сюда демоны не найдут ни одной улики. Это место просто исчезнет вместе со всем, что здесь находится. С лабораторией, сотрудниками, алтарями, телами ведьмочек и этим кошмарным зародышем. Он тоже понял, что нельзя дать этому сформироваться и появиться на свет. Увиденная нами нежить была лишь цветочками. Вероятно, она появилась в результате испытаний: демоны пытались понять, получится ли дать жизнь и искру сознания тому, что просто не должно быть живым. И, судя по всему, теперь они зашли куда дальше. – Подожди! – Я шагнула к нему и положила руку на локоть. – Дай мне пять минут.