Эпилог

Прошло время, прежде чем боль от разочарований и предательства перестала терзать сердце. Время, потраченное, чтобы научиться доверять.

И как ни странно, мой самый близкий враг, мой злейший враг помог больше родных людей. И как выяснилось, не всегда тот, с кем тебя связывает кровь, способен защитить и поддержать.

Приподняла поля шляпки. Щурясь, посмотрела на знойное летнее небо. Прикрыла веки, прислушиваясь к ощущениям в теле. Вторая беременность протекала легко. И далась куда легче первой. Погладила живот, надеясь, что на этот раз у нас будет девочка.

Я решилась на ребёнка не сразу. Всё считала себя неопытным, диким несмышлёнышем. Но, к моему разочарованию, в этот раз всё получилось не так скоро. Три года прошли в безуспешных попытках забеременеть, доводящих меня до истерик. Когда казалось, что ошибка, совершённая родителями, может стать для меня необратимой.

В наказание Шамиль заключил моего отца в тюрьму. Привыкший к комфорту и понимая, что его жизнь закончится за решёткой, вскоре он покончил с собой. Я не сомневалась, что мой супруг не приложил к этому руку. Ибо то, что он оставил его в живых, стало одним из его свадебных подарков. Не каждой невесте дарят чужую жизнь.

Не то чтобы я переживала за господина Вишневского. Нет. Просто смерть не всегда наказание. Порой она избавление. А мне хотелось, чтобы он прочувствовал тяготы жизни, которые легли на мои плечи после его «смерти».

Мама… Вот уж кого я совсем не понимала. Почему она так поступила со своим единственным ребёнком? Пыталась поговорить с ней. Разобраться. Попробовать найти логичное оправдание чудовищному поступку.

Но она лишь смотрела на меня своими стеклянными глазами, не понимая, что сделала не так.

– Глупая, – улыбнулась мама блаженно, – мы же с папой хотели тебе помочь. Зачем тебе нужен был этот ребенок от нашего врага? Ты же всегда любила Соломона. Замуж за него планировала. Зачем ты нужна была ему с приплодом?

И на её лице действительно читались растерянность и недоумение.

Голова начала взрываться от бешенства, медленно, но верно меня захватывающего.

Я не хотела замуж за Соломона. Это вы хотели оставить себе привычный, сытый уклад жизни. За мой счёт. Это вы не хотели, чтобы он меня отверг.

– А ты разве меня спросила, хочу я делать аборт или нет? – склонила голову сокрушённо, ощущая, что передо мной бетонная стена. Её не сдвинуть. Не переломить. И разницу в работе наших извилин не изменить.

Хлопает глазами возмущённо. Будто я её обвиняю в убийстве. Только для меня так оно и есть. А для неё мой нерождённый ребенок – пустое место.

– Ты вела себя с Ямадаевым как шлюха. Залезла в постель к убийце родного брата и обвиняешь меня в том, что я поспособствовала выкидышу? Неблагодарная тварь!

Я отшатнулась, испытав на себе ударную волну ненависти, сравнимую разве что с ядерным взрывом.

Догадалась, что она ещё сдерживалась. Не показывала истинных чувств, рассчитывая на финансовую поддержку. Но тут чеку сорвало, и правда потекла по канализационным трубам. Её настоящие мысли.

На долю секунды мне даже захотелось оправдаться. Напомнить, что именно Соломон и отец пихали меня в сторону Ямадаева. Но сдержалась, понимая, что она всё равно меня не поймёт. Ведь знает всю правду не хуже меня. Только интерпретирует её так, как ей удобно.

Кинула банкноты на стол. Это была наша последняя встреча. И моя последняя помощь.

По дороге к мужу противные слёзы щипали глаза. Сначала он стоял расслабленно, пока меня не заметил. А затем напрягся всем телом, как хищный зверь, готовящийся к прыжку. Чтобы защитить того, кто принадлежит ему.

Боялась, что он начнёт меня отчитывать. Ведь он изначально не хотел этой встречи. Но Шамиль лишь прижал к груди, тяжело вздыхая.

Борясь со слезами, подняла к нему глаза.

– У меня теперь только одна семья. Это ты. Справишься?

Обхватил моё заплаканное лицо руками, в сотый раз целуя мои солёные губы.

– Справлюсь.

И нам выпали испытания на прочность.

Когда возникла угроза, что я не смогу подарить ему столь желанного ребёнка. Диагноз бесплодие пугал до чертиков. И я опасалась, что это станет поводом для раздоров.

Что бы ему помешало найти другую, которая сможет зачать?

Я раз за разом проверяла его. Закатывала истерики. В какой-то момент меня даже посетила мысль самой уйти от него. Сбежать. Потому что возникло понимание, что он меня никогда не бросит. Сам.

Глупые размышления ребёнка, который вырос, но не успел до конца повзрослеть. Может, оттого бог и не посылал нам детей.

Только порой казалось, мой муж способен читать каждую мою мысль.

– Маугли, – едва не рыча, произносит моё прозвище, злясь, – попробуешь совершить какую-нибудь глупость, я заточу тебя в комнате с мягкими стенами. Поняла меня?

И снова стыд и разочарование. В себе.

– Прекрати, – попробовала натянуть на лицо маску циничной стервы, но вышло жалко, – зачем я тебе нужна? Что, если я никогда не смогу родить?

Вижу, как он сжимает челюсти. Любой другой на моём месте, видя злого как чёрт Шамиля, уже пересекал бы границу, сверкая тапками.

Но у меня в груди лишь тепло разливалось. Лечебным эликсиром.

Справился с эмоциями. Подошёл ближе, давая ощутить бурлившую в нём энергию.

– Я люблю тебя, – выдохнул, прижимаясь лбом к моему лбу, потираясь о мой мокрый нос. – Если у нас не будет ребёнка, значит, на то воля Всевышнего.

И снова я расклеилась перед ним, чтобы он собрал меня заново.

– И я тебя, – прижимаюсь ещё сильнее.

– За что ты свалилась на мою голову? – спрашивает едва слышно. Мне даже подумалось, что мерещится.

– Грешил, наверное, много, – ответ пришёл на язык мгновенно. Без колебаний.

– Не так много, Маугли. Не так много, – усмехается.

Успокоилась. Выдохнула. И через девять месяцев родила сына.

Повернула голову к супругу, лёжа на его плоском животе. На лице пугающая щетина. Обслуживающий персонал подходил к нам с опаской. Без своего костюма, в шортах, с голым мускулистым торсом, мой муж куда больше смахивал на головореза, чем на бизнесмена.

Улыбнулась ему, наблюдая за тем, как задумчиво накручивает мою кудрявую прядь на палец. И его лицо мгновенно преобразилось, просветлев.

– Как назовём ребенка, если будет мальчик? – улыбаюсь лукаво.

Закатывает глаза.

– Девочка. Будет девочка. И я уже выбрал ей имя. Амаль. Моя надежда на то, что её мама наконец угомонится.

– Мама, мамочка! – подбежал сынок, сжимая что-то в руках.

Приподнялась, рассматривая «дары», – камешки и ракушки, собранные на берегу под зорким присмотром охраны и нянек.

– Это тебе! – маленькая трёхлетняя копия моего мужа лучезарно улыбался.

– Спасибо, родной, – поцеловала в макушку, взлохматив густые волосы.

Дорогие читатели, вот мы и подошли к финалу дилогии про Васю и Шамиля.

Их пазл сложился, они нашли друг друга. И теперь только хэппи энд)

Для тех читателей у кого возникло непонимание о смерти брата Васи, поясню.

Брат Василисы умер в день покушения. Во время операции. Его не удалось спасти. Но Вася долгое время не находила в себе сил его отпустить, поэтому воображала, что он живой. Думала о нем, о том, какой жизнью он мог бы жить, если бы выжил в операционной. Разговаривала с ним. Но, заметьте, он никогда ей не говорил ничего из того, чего она сама не знала. А потом, когда ей приснился кошмар в жилище Шамиля, когда она проснулась от слёз, у нее получилось отпустить брата. 

Как и обещала, подготовила для вас новинку "Твоя жизнь в моих руках". Она уже опубликована.

Очень рассчитываю на вашу поддержку, лайки и комментарии) 

С любовью и уважением,

Ваш автор.