Дети на работе. Ольга

Детский сад до восьми вечера, дедлайны – круглосуточно.

Поэтому я сразу договорилась с Марком и Денисом, что согласна работать сверхурочно, но тогда буду брать Лею с собой.

– И ты хочешь, чтобы мы ее развлекали? – очень подозрительно спросил тогда Денис.

– Нет, что ты! Я дам ей фломастеры, она будет тихо сидеть и рисовать.

– Понадобится ее кормить и укладывать спать? – уточнил Марк.

– Она уже сама умеет и есть, и засыпать, она не младенец!

– Мы должны будем перестать материться и бухать на рабочем месте?

– А вы это делаете? – удивилась я.

– Нет, но вдруг…

Закончилось все тем, что когда я притаскивала Лею в офис, в первую очередь Денис с Марком и начинали с ней беситься, а остальные – угощать шоколадками и печеньем.

Грядущий проект на фоне остальной работы студии грозил переработками в течение всего месяца. Я впервые задумалась о том, не нанять ли няню, но посчитала по самым скромным тарифам – увы. Не тем я в жизни занимаюсь, если приличная няня зарабатывает столько же.

Так что придется всем привыкать к моему чуду-чудовищу в студийном офисе.

– Так, Лея! – строго шикнула я. – Шоколад – это для уставшей мамы. А ты сегодня наказана, помнишь за что?

– Арсен все равно не хотел пить свой компот… – пробормотала дочь.

– Это не повод выливать его на голову самому Арсену!

– Он хотел покрасить волосы в красный!

– Компотом?!

– Там вишня… – Лея опустила глаза и виновато притихла. – За краски ты бы тоже ругалась…

– То есть ты помнишь, что красить кота тети Маши гуашью – не стоит, но решила, что красить мальчика вишневым компотом – нормально?

– Ну ма-а-а-ам…

Влад откашлялся. Черт, я про него уже забыла!

Шоколад!

– Вообще я предлагал вам обеим, но раз главная принцесса наказана, будет справедливо, если предложение тебе тоже отзову, – заявил он, нагло глядя на меня. – А конфеты там очень вкусные, лично дегустировал. Элитный шоколад, авторские начинки…

– Хорошо, хорошо! – Я закатила глаза. – Ради такого случая наказание переносится на завтра.

У Влада странно подрагивали плечи, когда он вел нас в переговорку. Хотела бы я подумать, что он рыдал над трогательной сценой моей любви к дочери, но, кажется, все-таки ржал.

– Много у тебя еще работы? – спросил он меня, когда Лея радостно набросилась на коробку с конфетами.

Я осторожно взяла одну штучку, переливающуюся, как изумруд. С опаской откусила и чуть не застонала от наслаждения. Горьковатый привкус шоколада отлично сочетался с терпким эстрагоном в начинке.

– Нет, чуть-чуть осталось, допроверю присланное и отправлю дальше.

Считаю, что Лея такую вкусноту по малолетству оценить не способна! Поэтому надо отдать все конфеты в фонд работающих матерей. То есть – мне.

Но угнетать ребенка в присутствии Влада было как-то неловко.

– Ого! – воскликнул Никита, входя в переговорку. – Да вы уже решили реквизит подъесть!

Я рефлекторно положила уже взятую конфету на место, Лея – наоборот, взяла еще две.

– Заранее подкупаю самого важного человека на проекте! – заявил Влад, придвигая коробку с конфетами поближе ко мне.

– Это правильно… – Никита слишком пристально смотрел на мою дочь. Даже захотелось спрятать ее под юбку. Если бы на мне была юбка. – Скажите, а как зовут это чудесное создание?

– Лея! – заявило создание, запихивая еще одну конфету в рот.

– Скажи, Лея, а ты хотела бы сняться в кино? – голосом коварного злодея из мультика предложил Никита.

– Так, стоп! – вмешалась я. – Разве это не у меня надо спрашивать?

– Мам, я хочу в кино! – тут же заявила Лея.

– Это не кино, дочь, это реклама, – ответила я ей, а потом повернулась к Никите: – Если человеку пять лет, это еще не значит, что ему можно дурить голову!

– Похоже, мы неправильно начали, давайте еще разок, – вмешался Влад.

Я возмущенно повернулась к нему, но он тут же выставил ладони вперед:

– Тихо, тихо, грозная богиня Хель, не убивай меня. Я тебе еще пригожусь.

– Во-первых, Хельга! – рявкнула я. – Или отзову свое предложение, будешь звать по имени-отчеству.

– Грозная валькирия Хельга, – поправился Влад. – Ты вообще против, чтобы Лея снималась, или просто Никита просил тебя без уважения?

– Ма-а-а-а-ам! – завопила Лея таким тоном, что стало ясно: вот здесь проще сдаться.

У нее есть три режима капризов:

1) устала;

2) голодная;

3) точно знает, чего хочет, спорить бесполезно.

И сейчас был как раз третий случай.

Я позволила поуговаривать себя еще немножко – и согласилась отдать Лею на роль шоколадной девочки в рекламе Снегова.

– Такая красотка, а волосы какие… – продолжал восхищаться, замаливая грехи, Никита. – Как будто правда кто-то отлил кудряшки из шоколада. У вас, Ольга, волосы совсем другие, хоть и не менее красивые. В папу пошла?

Я закусила губу. Хорошо, что в Москве никто Юрку не видел…

– Ага, в папу, – кивнула быстро и уточнила: – Завтра съемка? Во что ее одеть?

– Что-нибудь новогоднее. Красное, например.

– Ура-а-а-а! – завопила Лея. – Красное платье, которое олень принес!

Влад за моей спиной поперхнулся конфетой и закашлялся.