Глава 35

Саша подхватил меня на руки и понес в дом. Сердце стучало, как бешеное от страха и волнения, от предвкушения близости с новым мужчиной. В доме уже все спали, свет не горел и мрак, словно окутывал нас тайной, укрывал от любопытных глаз.

В спальне Саша аккуратно положил меня на кровать и не торопясь разделся, будто думал, что я могу передумать, испугаться и убежать, но я решилась, я не передумала бы. И глядя, как он снимает одежду, приподнялась и расстегнула молнию на платье, спустила его с плеч. Саша задышал чаще, его взгляд скользил по моей коже, лаская, и я чувствовала, как начинаю трепетать перед ним, как по телу растекается знакомое тепло, как внизу живота все натягивается в предвкушении близости.

- Хочу тебя, - сказала просто и позволила Саша снять с меня платье и белье. Он почти не касался меня, пока раздевал, и это делало притяжение, возникшее между нами, еще сильнее, обостряло предвкушение от прикосновения. Саша заметил тонкую полоску шрама внизу живота, оставшуюся после операции. Не успела я подумать, что она может показаться ему некрасивой и оттолкнуть, как он покрыл ее поцелуями, легкими, как прикосновение перышка, трепетными, нежными. Он скользил поцелуями по моему телу, оживляя меня ласками, показывая, что я все еще красива и желанна несмотря на то что произошло. Его нежность и любовь стирали воспоминания о боли, исцеляли меня.

- Милая, Лена. Любимая моя, - шептал он между поцелуями и ласками, изучая мое тело губами и ладонями, пока я изучала его, открывала его для себя. Твердые мышцы, гладкую упругую кожу, родинки, мягкие волоски на груди и животе. Тело древнего атлета, прекрасное в своей наготе, сильное, крепкое, надежное.

- Люби меня, Саша. Люби меня, пожалуйста… - шептала сухими, зацелованными губами, отдаваясь пробуждавшемуся во мне чувству, отдаваясь своему мужчине так, словно и не было никогда других.

И он любил…

Всю ночь, до нежно-голубого рассвета над океаном, до зефирно-розовых облаков, тронутых первыми лучами солнца. Мы заснули в объятиях друг друга, связанные нежностью, игрушечные муж и жена, но настоящие возлюбленные.

Проснулась от легкого прикосновения к обнаженной спине. Саша провел по коже кончиками пальцев, осторожно забирая меня из объятий Морфея, чтобы я принадлежала только ему.

- Только не пугайся, - сказал он заговорщицким шепотом и провел вдоль позвоночника, заставив затрепетать каждую клеточку моего тела, - Рита проснулась и уже пару раз прошла мимо двери, выразительно топая ножками, пора вставать, - добавил он.

Я почувствовала, как щеки обожгло румянцем, мы лежали под одеялом, прикрытые, но все равно стало ужасно неловко.

Потерлась щекой о его грудь, мне было так спокойно, тепло и уютно, что вставать не хотелось совершенно. Рядом с Сашей я чувствовала себя в безопасности, хотя еще ни одна из наших проблем не разрешилась.

- Мне было хорошо ночью, - я провела ладонью по его груди, шее, погладила подбородок с отросшей щетиной, колется. Улыбнулась и прижалась к Саше, - не хочу вставать.

Он перехватил мою ладонь и поцеловал с тыльной стороны.

- Мне тоже, милая, - он снова погладил меня по спине, нахмурился, словно хотел сказать что-то еще и это что-то его тяготило, - Лена, я понимаю, почему ты вчера сказала, что не хочешь детей, боишься новой потери, но я был бы очень счастлив, если бы ты стала не только моей женой, но матерью моих детей. Я люблю Риту, она моя дочь. Но я бы хотел, чтобы в тебе росла частичка меня.

Попыталась высвободиться, не готова была говорить о таком, не готова была думать о детях, я все для себя решила. Нет, никогда, больше никогда я не переживу подобной боли. Зря я вчера дала Саше надежду на большее, зря отдалась ему этой ночью. Потому что это правильно, общие дети. Но я не смогу, больше не смогу.

Саша не позволил мне высвободиться, наоборот, обнял крепче.

- Тш-ш-ш-ш, милая, тихо, - поцеловал меня в макушку, в лоб, взял за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза, - я понимаю тебя. И не давлю, если ты не сможешь преодолеть страх, будем растить Риту. Я больше никогда об этом не заговорю, но должен был сказать тебе о своих чувствах. Я люблю тебя и хочу, чтобы у нас были общие дети. Но я пойму, если ты не захочешь.

- Саша, дело не в тебе… я не смогу пережить такую боль еще раз, просто не смогу…

- Я понимаю, милая, прости, что растревожил эту рану. Прости.

Он гладил меня по спине и волосам, пока я не успокоилась, пока не перестала дрожать.

За дверью снова раздался выразительный топоток, Рита давала понять, что ждет, когда мы встанем.

Моя девочка. Доченька.

Я хотела еще детей, хотела всем сердцем, но я бы не перенесла смерти еще одного ребенка. Наверное, это эгоистично и неправильно.

- Саша, я не хочу давать тебе ложную надежду, но если я когда-нибудь буду готова, то я бы хотела, чтобы ты стал отцом моего ребенка, - посмотрела Саше в глаза и радость, промелькнувшая в них, больно уколола меня в сердце. Потому что я не была готова, сейчас точно не была готова забеременеть снова.