Глава 20
Глава 20
Он
— Что с ним?
Сквозь злость, раздражение пробивается страх за сына.
— Не знаю! Показатели дрянные, сын побледнел, упал в обморок. Я так боюсь за него, Тема… — всхлипывает. — А еще…
— Что еще? — тру виски.
— Пришли повторные результаты анализов. Твой материал не подходит. Выход только один — нужен второй малыш. Слышишь? Нужен второй малыш! — кричит со слезами. — Я не могу потерять ребенка! Я потеряла все, я не могу потерять еще и сына…
Ее голос звенит в голове, я отключаюсь. Отбрасываю телефон на сиденье.
Не могу больше находиться в этом напряжении.
Последние дни будто в аду. Даже алкоголь не расслабляет, нервы струной натягиваются.
Хотел ли я детей? В прошлом хотел, конечно.
От Полины хотел.
Бывшую я любил безумно.
Все от нее внутри переворачивалось. Ее манкость, плавность, изящество. Ее непредсказуемость, легкость на подъем и… ум.
О да, она умная, начитанная образованная. Почему все девушки предпочитают качать губы, а не мозги?
Сексуальнее красавицы с обколотым в идеал личиком та девушка, с которой есть, о чем поспорить и обсудить. Сколько раз мы спорили, в пух и прах ссорились, расходясь во мнениях, а потом жарко занимались сексом прямо там же, иногда в рабочем кабинете.
После таких споров секретарша стыдливо прятала глаза, наверное, наши с Полиной стоны и звуки стола, бьющегося в стену, слышали все!
Как же с ней было, ааа…
Вот только обратная сторона большого ума, харизмы и жажды подняться выше — чрезмерная амбициозность и жадность, жажда нового Ее увлек более состоятельный мужчина, а я за бортом остался и выгрызал из нутра память о ней.
Сразу после болезненного разрыва я даже аренду в том здании бросил, хотя договор был по сходной цене. Но я снял другое здание, намного дороже, только чтобы стены мне не напоминали о Полине.
Сменил круг знакомых, ввязался в новые проекты, выжигал себя дотла, забывал усиленно и пытался забыться. Но все как-то шло с трудом, склеивалось с натяжкой. Изнутри я чувствовал себя дряхлой развалиной.
Полюбил ездить подолгу по городу поздним вечером и смотреть на недостроенные дома, зияющие провалами пустых окон. Я чувствовал себя таким же — недостроенным, пустым и холодным, а потом…
Потом я встретил Аню.
Увлекся ей сначала просто как очередной симпатичной мордашкой, но сам не заметил, как ее простой, но светлый образ вытеснил из сердца образ роковой красотки.
С Полиной мне постоянно приходилось прыгать выше своей головы. Иногда я даже сам не понимал, кто я такой, где я и для чего эта вечная гонка.
С Аней я вздохнул, набрал полные легкие свежего воздуха и просто получал кайф от того, что все получалось. Сложности, конечно, были, но без надрыва, и ощущение, что пашу на пределе, пропало. Мне было легко с ней, тепло. Я приходил к ней и буквально выдыхал от всего, проблемы становились мелкими, незначительными.
Если сравнить то, сколько всего я сделал за годы в браке с Аней и то, чего я достиг, когда был с Полиной, разница сразу заметна. Я даже не уверен, что чего-то достигал с Полиной, больше суетился, жил, как на адреналиновой игле, вечно в движении, и казалось, что нельзя ни на миг остановиться, как она сразу же подпинывала: действуй!
С Аней — все стало иначе.
И если бы не отсутствие детей, нашу жизнь можно было бы назвать идеальной.
Но все же бездетность капала на мозги. Не только мне, и не сколько мне, как родителям, а те, в свою очередь, Ане…
И эта спираль напряжения становилась все туже и туже, пока не выстрелила совершенно неожиданным образом.
Родители встретили мою бывшую в торговом центре.
Случайно, разумеется.
Полину с ребенком…
Полина им нравилась когда-то, они сразу же рассказали об этой встрече мне, мама разохалась: какой у Полины ребятенок симпатичный, по глазам — вылитый ты!
И меня начало крыть.
Медленно, но верно разъедать изнутри ядом, пока снова не бомбануло плохой новостью.
Теперь уже сама Полина ко мне обратилась.
С криком о помощи…
Но сделала это не через меня, а через моих родителей. Приехала к ним домой, попросила мой номер…
Потом и брат узнал.
Вся семья была в курсе, родители так вообще…
Все, кроме Ани.
Я слов подобрать не мог, чтобы рассказать ей об этом, и считал, что не имею права раскачивать нашу лодку быта.
Но она уже раскачивалась из стороны в сторону: я в тайне нервничал, злился, не мог решить, как выпутаться с наименьшими потерями…
Может быть, моя нервозность передалась Ане. Потому что она стала крайне вредной в последнее время, капризничала по пустякам.
Ее настроение могло измениться несколько раз за час…
То, что я в ней ценил больше всего, мягкость, уют, стабильность вдруг изменилось, и я не находил себе места.
***
Дом стал другим без моей жены.
Совсем другим!
Еще не все потеряно, приободрил я себя, но сам полез в ее шкафчик и взял с полки парфюм, сняв крышку.
Ее любимые духи.
Аромат популярный, многие ими душились, но ни на ком этот парфюм не пах так, как на ней — он пах солнцем.
***
Просыпаюсь и долго смотрю в вечереющее небо после заката. Я, что, уснул?
Сказались последние бессонные ночи и напряжение последних дней, когда изо всех сил делаешь вид, что все в порядке, но внутри — покрывается трещинами и рассыпается.
За телефоном приходится плестись обратно в авто.
Там десятки пропущенных от всевозможных контактов, но я ищу в этом длинном списке вызов только жены.
Ищу и не нахожу.
Ищу и…
С трудом держу телефон в руках, хочется крушить все.
Она не перезвонила.
Не вернулась.
Отпущенные три часа пролетели.
Куда она могла пойти? К кому обратиться? Кажется, я знаю!