Глава 15

– Мамочка, а мы здесь надолго? – спрашивает Лиза, присаживаясь ко мне на диван и обнимая. – Погостим немного у тёти Ксюши, – улыбаюсь дочке. – А когда поедем домой? Я хочу домой, – говорит она с какой-то грустью. – Тебе здесь не нравится? – Просто я хотела остаться у бабушки с дедушкой. – Я понимаю, малыш. Но у бабушки сейчас нельзя. И домой тоже… – Вы с папой поругались, да? – дочь заглядывает мне в лицо, и я хочу провалиться сквозь землю, чтобы не объяснять ей происходящее. – У нас с папой есть вопросы, по которым мы не сошлись во мнении. И какое-то время нам лучше пожить врозь. – Я так и думала, – кивает она и утыкается личиком мне в плечо. – Почему? – Потому что ты не улыбаешься. И папа… он почти не разговаривает и не смеется. Все время думает о чем-то. Надо же, даже Лиза заметила перемены в наших отношениях. А я до последнего надеялась выплыть из той безнадеги, в которой мы оказались. Егор тоже хорош… Хочет, чтобы ребенок наблюдал за всем этим и считал, что такая семья – это норма? А потом она вырастет, выйдет замуж и молча будет терпеть от мужа мерзкое отношение к себе. Не бывать этому! Не выйдет! – Папа нас больше не любит, да? – звучит из уст ребенка тот самый вопрос, который заставляет спину покрыться ледяной испариной. – Папа тебя всегда будет любить, независимо от того, что происходит между нами, – по крайней мере, так должно быть. И я верю, что у Исаева еще осталось хоть немного достоинства и после развода он не забудет о существовании дочери. Но в ответ на мои слова Лиза всхлипывает, а затем начинает плакать. – Ну, малыш, – прижимаю ее к груди и глажу по голове. – Не плачь, солнце. – Я не хочу, чтобы вы разводи-и-и-ились, – протяжно плачет она, и у меня сердце кровью обливается из-за того, что ребенку приходится проходить через подобное. – Такое случается, солнце, что мужчина и женщина перестают любить друг друга. И чтобы они улыбались, им надо разойтись. – Меня вы тоже теперь не будете любить? – чувствую, как футболка промокает от слез дочки. – Ну что ты, родная. Ты мое сердечко, мое сокровище, моя радость. Ты самое драгоценное, что у меня есть в жизни. Ничто и никогда не сможешь сделать так, чтобы я перестала тебя любить, понимаешь? – Да, – всхлипывает она. – И не забывай об этом, – целую ее в лоб. – Эй, вы чего тут мокроту развели? – заходит в гостиную Ксюша. – Пойдемте чай с шарлоткой пить. – Ты шарлотку испекла? – удивленно смотрю на нее. – Вержбицкая, ты в своем уме? Будто мне есть когда стоять у плиты. Это мне благодарная гражданка подарила! – говорит подруга довольно. – А ты уверена, что это съедобно? – Уверена. Она мне каждую неделю выпечку таскает. Я на ее харчах уже три кило набрала. А мне ведь нельзя поправляться. – Почему это? – Блюду фигуру для будущего мужа. – И уже на примете есть кто-то? – Не только на примете, но и встречаемся уже шесть месяцев, – расплывается в улыбке Ксю. – Серьезно? Ксюха, я так за тебя рада! И кто счастливчик? – Счастливчик? – она смотрит на меня как на умалишенную. – Скорее, несчастный! Я же его за яйца так возьму, что у меня ни шага вправо, ни шага влево. Посмотрел в сторону – расстрел! Я смеюсь над Ксенией и чувствую, что Лиза замирает и во все глаза смотрит на странную тетку. – Как это расстрел? – спрашивает она изумленно. – Дочь, не по-настоящему. Тётя Ксюша так шутит. Никого она расстреливать не будет. – Как знать, – загадочно подмигивает дочери Ксюха. – А не съезжаетесь почему? – я поднимаюсь с дивана и, взяв Лизу за руку, иду на кухню. – Мурыжу мужика, чтобы посмотреть, насколько крепки его нервы и стальные бубенцы. Хлюпику со мной не по пути. А если быстро ручки сложит или налево начнет поглядывать, то такой мне и подавно не нужен. Я понимаю Ксюшу. Один раз она очень сильно обожглась и теперь старается обезопасить свои чувства. – И как он? Выдерживает? – Пока старается, – говорит немного задумчиво. – Интересно, кто из вас быстрее сдастся? Но, зная тебя, я уже его жалею. – Я не поняла, ты на чьей стороне, подруга? – смотрит возмущенно Ксения, уперев руки в бока. – Конечно на твоей! – Тогда садись пить чай, – ставит перед нами чашки. – Ты сегодня больше не поедешь на работу? – Нет. Сегодня я вся ваша. А утром мы едем на встречу с адвокатом. Только при мысли о том, что сейчас начнется волокита с дележкой имущества, опекой и прочие распри, меня кидает в пот. – Что сникла? – спрашивает она у меня, глядя на то, как Лиза уминает шарлотку. – Страшно, – признаюсь. – Он так просто меня не отпустит. – Пусть не надорвется только, пытаясь удержать. Мы его самого по стенке размажем. – Кого? – испуганно спрашивает дочь. – Таракана одного, – подмигивает Ксюша. – Ты ешь и беги мультики смотри. Но спустя минуту дочь подскакивает и бежит в коридор, заслышав звонок своего телефона. – Лиза не отвечай! – кричу ей, но уже поздно. – Да, папочка! – говорит она в трубку. – Мы в гостях у тёти Ксюши, – сдает нас с потрохами.