Глава 14

— Общение с мертвыми приближает к смерти и того, кто общается. Но не приближает к жизни тех, с кем общаются, — глубокомысленно заметил Ораций. — Так что… Ах, не хотел вам этого говорить, но вы будете чувствовать слабость, головокружения… Вам будут сниться кошмары. Постоянно.

— Моя жизнь и так похожа на кошмар, — проворчала я, залезая под кровать почти полностью.

— О, поверьте… Вы еще не знаете настоящего кошмара, — вздохнул он.

— А призраки — они ходят везде, где хотят? — спросила я.

— Ну, здесь вам повезло! — усмехнулся Ораций. — Обычно призраки привязаны к какому-то месту. Например, к месту смерти! Но также они могут являться там, где они жили… Но дальше нет… Вот я, например, привязан к этой башне. И к своей старой лаборатории. Я бываю то здесь, то там… Так что, если вы вдруг увидите призрака, знайте, что чаще всего — это место его смерти… Здесь, в башне, я остался один. Остальные разошлись по домам! И теперь тиранят родственников.

— А много призраков во дворце? — спросила я.

— Достаточно! Грустная дама… Но она чаще всего на лестнице появляется. Ее столкнули с лестницы. За что, она не помнит. Она довольно интеллигентная. Это из тех, кого я знаю! Мертвая фаворитка. Ее отрубили голову по приказу императора. Давным-давно. Вообще-то не все призраки появляются постоянно. Иногда о них лет сто не слышно… А потом… О! Здравствуйте!

Ораций помолчал и усмехнулся.

— Так что не переживайте. Сюда они не суются. Здесь есть только я!

Под кроватью пахло вековой пылью и мышами. Паутина липла к лицу, щекотала шею, но я не смела отдернуть руку. Пальцы скользили по голому полу, натыкаясь на комки грязи.

Вдруг кожу царапнула боль. Я замерла. Нащупала холодное, гладкое стекло. Оно было тяжелым и острым, как лезвие бритвы.

Это был кривой осколок зеркала.

Я приготовилась, подошла к светильнику и поднесла осколок к лицу. Из темноты на меня смотрела незнакомка.

Светлые волосы, слипшиеся от пота, обрамляли лицо, которое я не узнавала. Глаза — слишком светлые, слишком большие. В них стоял чужой ужас.

Я провела пальцем по щеке. Отражение повторило движение.

— Это не я, — прошептала я. Голос звучал чужим.

Мой взгляд упал на лоб. Багровый рубец пульсировал, словно живое существо под кожей. Он жег пальцы, отдаваясь болью в висках. Это была не просто рана. Это было клеймо.

В глубине зрачков незнакомки, мне показалось, мелькнуло отражение золотой маски.

Я уронила осколок. Звон стекла в тишине башни прозвучал очень громко.

— Мадам? — голос Орация дрогнул.

Я обхватила голову руками, чувствуя, как реальность плывет. Иры больше нет. Есть только эта женщина со шрамом. Безумная жена императора.

И тут за дверью послышались шаги, ужасом отдающиеся в моем теле.

«Он решил меня убить!» — пронеслось в голове. И от этой мысли я вздрогнула.

Я дернулась и прижалась к стене, слыша, как громыхает засов. Через мгновенье дверь откроется.