Глава 21

Мы встретились с девочками перед клубом, и я почувствовала, как внутри нарастает смесь волнения и тревоги. На пороге этого места, со всеми его яркими огнями, громкой музыкой и толпами людей, я ощутила себя чужой. Девочки были все в ярких платьях, выглядящие уверенно и расслабленно, как будто были здесь уже сотни раз, как будто это был их второй дом. А я чувствовала себя словно в чужой оболочке – всё казалось таким ярким, шумным, настолько отличающимся от моего привычного серого быта. Когда мы зашли внутрь, меня тут же оглушила громкая музыка. Басы били в грудь, свет прожекторов пробегал по толпе людей, и в этот момент я словно ощутила, как клуб поглотил меня с головой. Девушки были возбуждены, сразу направились к барной стойке, заказывая коктейли и смеясь, обсуждая что-то на повышенных тонах, чтобы перекричать музыку. А я стояла рядом, пытаясь понять, что делать, куда себя деть, как вписаться в эту обстановку. Мне было жутко неудобно, я чувствовала, что совсем не в своей тарелке. Мои глаза пытались привыкнуть к полумраку, к ярким вспышкам, которые освещали лица на мгновение, и снова оставляли их в тени. Я пыталась найти себе место, стояла у барной стойки, оглядываясь и чувствуя, как вокруг шумит жизнь – такая полная веселья, беззаботности. Но я не могла почувствовать этого веселья. Моё тело было здесь, но мысли были где-то далеко – в заботах, в детском саду, в моей маленькой квартире, где Ксюша сейчас мирно спит. Алина подошла ко мне, вручив в руки коктейль, и улыбнулась, словно пытаясь подбодрить: – Ну давай, Алён, отпусти всё, просто расслабься, мы ведь здесь, чтобы повеселиться! Я улыбнулась ей в ответ, хотя эта улыбка была слабой. Я взяла глоток коктейля, чувствуя, как алкоголь обжигает горло, и попыталась настроиться на нужный лад. Девочки начали двигаться к танцполу, захватывая меня с собой, и я позволила себя повести, хотя внутри чувствовала себя так, будто попала не туда. На танцполе всё вокруг было пульсирующим и живым. Люди двигались в ритм музыке, тела переплетались в танце, и вся атмосфера была наполнена чем-то, чего мне, казалось, не хватало. Я пыталась двигаться в такт, но ноги словно отказывались слушаться, а внутри ощущалась какая-то неловкость, как будто каждый мой шаг был неправильным, лишним. Музыка гремела, вокруг смеялись, кто-то кидал на меня взгляд, но я чувствовала, что не могу стать частью этого мира. Всё здесь казалось чуждым. В этом шуме, в этой суете и толпе я чувствовала себя ещё более одинокой. Может быть, дело было не в клубе, не в людях, а во мне самой – в том, что я всё ещё не готова отпустить то, что было. Не готова вернуться к жизни, где можно было просто расслабиться и веселиться, как будто ничего не произошло. Алина вернулась с барной стойки, улыбаясь, и, неожиданно для меня, в руках она держала не только коктейль, но и что-то белое, пушистое. Оказалось, что это была короткая фата на ободке – аксессуар, который подруги специально приготовили, чтобы каждая из нас могла почувствовать себя частью этого девичника. – Смотрите, девочки, фата для всех! – радостно объявила Алина, и остальные тут же завизжали от радости. Она подошла ко мне и протянула одну. – Давай, Алён, надевай! Это будет весело. Я взяла ободок и слегка усмехнулась. Фата была такой милой и нелепой одновременно, что мне захотелось хотя бы на миг подыграть этому духу вечеринки. Я надела её на голову, почувствовав, как мягкая ткань коснулась моих щёк. Вокруг меня девочки тоже надели свои фаты, хихикая и смеясь, делая селфи, чтобы запечатлеть этот момент. Они выглядели счастливыми, беззаботными, и в этот момент я ощутила, как меня накрывает волна смешанных эмоций. Я улыбнулась, стараясь поймать настроение этого вечера, хотя внутри всё ещё чувствовала себя чужой. Но я старалась не показывать этого. Я тоже сделала пару селфи с девочками, улыбалась, шутя с ними, хотя внутри была совсем не та весёлая и свободная Алёна, какой хотелось казаться. Алкоголь, который сначала, казалось, помогал немного расслабиться, в итоге сыграл злую шутку. Вместо того чтобы поднять настроение и заставить забыть о всех заботах, он только усугубил мои тревоги. Я чувствовала, как мысли начали метаться в голове, не находя себе места. С каждым глотком коктейля меня всё больше охватывало беспокойство. Я стала задумываться, правильно ли я поступила, оставив Ксюшу на ночь у матери. Конечно, я хотела отдохнуть, но правильно ли это было? Особенно учитывая, что мама, мягко говоря, не была в восторге от этой идеи. Она даже писала мне сообщения с намёками, что, мол, "может, хватит уже там веселиться, и пора бы забрать дочь?". В этих словах чувствовалось недовольство, и, честно говоря, она никогда особенно не поддерживала мои попытки хоть как-то отвлечься и побыть наедине с собой. "Может, я не такая уж и хорошая мать?" – эта мысль настигла меня в самый неподходящий момент, когда вокруг всё кипело от веселья. Музыка играла, люди смеялись и танцевали, а я стояла в углу, пытаясь побороть чувство вины, которое поднималось всё выше. Внутри меня будто что-то сломалось, и я уже не могла найти того энтузиазма, с которым пришла сюда. Казалось, что я просто не имею права на это веселье, что мой долг – быть рядом с дочерью. – Алён, с тобой всё хорошо? – Алина подошла ко мне, положив руку мне на плечо, и посмотрела в глаза с тревогой. – Да, – соврала я, стараясь улыбнуться, но это выглядело натянуто. – Просто, кажется, этот клуб не совсем моё место. Алина кивнула, как будто понимая. Она обняла меня одной рукой и сказала: – Ты можешь уйти, если хочешь. Никто не обидится. Главное, чтобы ты была в порядке. Мы можем увидеться в другой день. Сняла ободок с фатой, аккуратно положила его на стол и, попрощавшись с девочками, направилась к выходу. Выхожу из клуба, я почувствовала, как на меня накатывает холодный ночной воздух. Почувствовала, как слегка кружится голова. Алкоголь, выпитый внутри, явно сказывался, и я чувствовала себя немного пьяной и от этого дезориентированной. Всё вокруг казалось каким-то нереальным – огни улицы, люди, проходящие мимо, тёмное небо над головой. Я обвела взглядом всё это, и мне внезапно захотелось сесть, почувствовать под собой что-то устойчивое. Нашла ближайшую лавочку на тротуаре и, слегка пошатываясь, присела. Голова всё ещё немного кружилась, и я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на своём дыхании, чтобы успокоиться. Холодный воздух приятно остужал мои щёки, и на мгновение мне показалось, что я могу вернуться к реальности, но чувство дезориентации не отпускало. Всё вокруг размывалось, мысли перескакивали с одного на другое, и я вдруг почувствовала себя невероятно уязвимой. Я опустила голову, уперев локти в колени, и попыталась привести себя в порядок. Неожиданно к лавочке, на которой я сидела, подсел какой-то парень. Он выглядел значительно моложе меня – лицо ещё совсем юное, глаза немного мутные от опьянения. От него разило алкоголем и табаком. Парень наклонился ближе ко мне, и я почувствовала себя неловко, его присутствие вторгалось в моё личное пространство. – Привет, красавица, чего тут одна сидишь? – произнёс он, едва не заплетаясь в словах, а затем продолжил что-то расспрашивать, но я почти не слушала его. Музыка из клуба всё ещё гремела в моей голове, смешиваясь с его невнятным голосом. Я отвернулась, стараясь показать, что не заинтересована в разговоре. Парень же явно не собирался уходить. Он внезапно стал говорить мне комплименты, что-то о том, как я красива, какая у меня потрясающая улыбка. Вздохнула, испытывая острое раздражение. Посмотрела на него, и внезапно внутри меня всё закипело. Это раздражение, накопившееся за последние месяцы, эта усталость, это желание отдохнуть от мужчин – от всех без исключения. – Хватит, – сказала я резко, прервав его поток слов. – С меня достаточно мужчин. Вы все – как будто проверка на прочность для женской психики. После общения с вами только и остается, что лечиться у психолога. Молодой человек на мгновение замолчал, явно не ожидая такого ответа. Затем его губы изогнулись в какой-то кривой усмешке, и он ответил, качнув головой: – Да у тебя просто мужика нормального не было, вот и всё. Тебе нужен тот, кто умеет заботиться о тебе. – Его голос был полон самоуверенности, как будто он знал меня лучше, чем я сама. Я фыркнула, сдерживая желание разразиться гневным монологом. Этот юнец, сидящий рядом со мной, понятия не имел, что я пережила, и думал, что всё так просто, что всё можно решить, просто найдя "нормального мужика". – Ну, как знаешь. Удачи тебе, красавица, – пробормотал он, отошёл и, шатаясь, скрылся в толпе людей, проходящих мимо. Я осталась сидеть, чувствуя, как в груди постепенно успокаивается буря эмоций. Это было ещё одним подтверждением того, что мне пока не нужны никакие новые знакомства, никакие мужчины. Мне нужно разобраться с собой. Всё. Никаких мужиков!