Глава 33

Зима уже перевалила за середину, подходил к концу декабрь, начались предновогодние хлопоты. Кирилл, не знаю, каким чудом, договорился, чтобы Лидочку приняли в садик. Две недели моя дочь с удовольствием ходила играть с другими ребятишками, удивительно, я ожидала слёз, но в садике ей понравилось. Я так и не представила детей Лесовскому, так сказать, официально. В тот вечер, когда он вёз нас от Олега, дети почти его не запомнили, а потом мне казалось, что после скандалов бывшего мужа они не готовы знакомиться с чужим дядей. Кирилл отнёсся к этому с пониманием, забирал и отвозил меня на работу, раза два в неделю мы могли прогуляться, чтобы побыть наедине. Дмитрий Петрович и Полина Михайловна оставались с детьми чуть подольше, давая нам возможность встретиться. Вот и сейчас мы брели с Кириллом, прогуливаясь по нашему маленькому скверу. – Вестей от твоего бывшего мужа не было? – Спросил Лесовский, – что-то он притих, странно это. То все телефоны обрывал. – У него проблемы с магазином, тот прикрыли, я толком не расспрашивала, но знаю, что его новый бухгалтер украла деньги из кассы и на закуп, не оплатив налоги. Теперь ему будет тяжело выбираться из долговой ямы. – Тебе его жалко? – Удивился Лесовский. – Нет, жаль свой труд, я ведь иной раз ночами не спала, проверяя счета, документы, а Олег всё спустил за такое короткое время. – Тоня, – Кирилл остановился, повернувшись ко мне, – мы знакомы больше месяца, понимаю, возможно для тебя это малый срок, но, если ты не против, разреши пригласить тебя на Новый год к себе, вместе с детьми, разумеется, тогда мы и познакомимся с ними нормально. Я замялась, не зная, что ответить. С одной стороны, Кирилл вёл себя как джентльмен, а с другой… после Олега поверить вновь кому-то было сложно, и месяц для меня и правда, слишком маленький срок. – Сомневаешься? – Улыбнулся Кирилл, – тогда готов пригласить твоих старичков-соседей, лишь бы тебе было спокойней. Места и еды хватит на всех. Я улыбнулась: – Прости, не хочу тебя обижать. Со мной непросто, да? – Знаешь, как говорят, – хохотнул Кирилл, – трудности закаляют мужчин. Так ты согласна? – Да, – я уткнулась к нему в грудь, вдыхая терпкий аромат его парфюма, ставший почти родным, – осталось уговорить Дмитрия Петровича и Полину Михайловну. – Для начала составь мне список того, что можно подарить детям, не хочу попасть впросак с каким-нибудь глупым презентом. Старичкам скажи, что мой дом находится в чудесной сосновой роще, воздух там целебный: прогуляются, подышут. – Ты живёшь за городом? – Помнишь, я рассказывал, что у меня два любимых места. Второе – то кафе, где мы были на свиданье, когда познакомились, а первое – мой дом. И туда попасть гораздо сложнее, приглашаю только близких мне людей. – Не боишься, что мои дети разнесут твоё жилище? Кирилл рассмеялся: – Там настолько всё безупречно, и мне просто необходимы несколько маленьких детей, обжить дом как положено. Пока там царит неуютная стерильность, понимаешь? Я люблю это место, но живу почти всё время в гостинице, домой сбегаю, когда меня заедает работа. Только одному мне скоро становится не по себе, – Кирилл наклонился ко мне, нежно целуя в губы, – там не хватает семьи. Я ответила на поцелуй, голова чуть кружилась от счастья. С неба тихо посыпались крупные хлопья снега, тая на разгорячённых щеках слезами радости. Взглянула наверх, и в этот миг мне казалось, что вдвоём с Кириллом летим навстречу звёздному небу. Лесовский запрокинул голову: – Словно мы одни на целом свете, нет, в безбрежном космосе, среди далёких планет. – Ты сейчас описал мои чувства, – тихо ответила я. Кирилл покрывал поцелуями, которые были легче невесомых снежинок, мои щёки, но его прикосновения, в отличие от холодных морозных кружев, были горячи, точно маленькие угольки. – Тоня, ты невероятная. Я с нетерпением буду ждать Новогодней ночи. – А я хожу дома в халате, – рассмеялась тихонько. – Замечательно, – кивнул Кирилл, – знаешь, у моей мамы был чудесный халатик с рюшами, тёмно-зелёный с ромашками. – Не поверишь, у меня есть такой же, – хихикнула в ответ. – Мне не терпится его увидеть, – Кирилл прижал меня к себе. – Значит, вместо вечернего платья, приехать в домашнем? – Нет, сменить после праздника, красивый наряд на уютный и родной, – Кирилл чмокнул меня в лоб. Мы пошли дальше по аллее, снег наряжал город в праздничную мантию, что укрывала деревья, шапками ложилась на крыши, стелилась по дорожкам узорчатым ковром, будто мы оказались в чудесной сказке. – Знаешь, я впервые почувствовал себя живым, то есть по-настоящему, – вдруг сказал Кирилл, сжав мою ладонь. – Как это? – Удивилась я. – Работа, гостиничный холодный номер, снова работа. Как робот. Каждый день в точности похож на предыдущий. А мне нравится заботиться о вас, даже устройство Лидочки в садик, как необычный квест. Не просто должностная обязанность, а помощь маленькому человечку. И тогда, на этой вечерней аллее, я поняла, как одинок был мужчина, что шёл рядом. Ведь наши чувства во многом схожи. Он тоже боялся после предательства сблизиться с кем-то. Почему выбрал меня? Не знаю. Так ли это важно, если рядом друг с другом нам тепло, по-настоящему, когда согревается давно застывшая от боли душа.