Глава 10

Тихое шуршание платьев возвестило о появлении сопровождающих. В этот раз мои не-служанки явились в полном составе. Уж не знаю, требовали того обстоятельства и этикет или им просто было любопытно – чем закончилась встреча с князем. Я окинула их теперь уже куда более пристальным взглядом. Обычные девушки – лет двадцати, вряд ли старше. Заметила, что они похожи – не как близнецы, однако принадлежность к одной семье легко угадать. В голове не укладывалось, что они – моя собственность. Дикость какая! Еще совсем недавно я первая осудила бы злостного рабовладельца, у которого есть свои личные люди. Но это в моем мире, а тут все это, как говаривал незабвенный Шурик, – «красивый древний обычай». Так что мне следует не осуждать, а, что называется, помалкивать в тряпочку. И постараться как-то наладить отношения с этими тремя. – Мне жаль, что вчера назвала вас служанками, – начала я, тщательно подбирая слова. Они замерли, как испуганные птички. – Разумеется, то, что вы делаете, – выше и благороднее любой службы. Мои девицы зарделись, заулыбались. Кажется, я подобрала нужные слова и они достигли цели. Только вот княгиня вряд ли ограничилась бы комплиментом и признанием заслуг. – Если бы вы еще и делали это хорошо! – сварливо добавила я. Девицы тут же перепуганно вытянулись во фрунт. – Отныне вы можете обсуждать с мастером Исандером только то, что я лично велю ему сказать! Ясно?! – рыкнула я. – Конечно, ясно, госпожа! – радостно затараторили они. – Уж куда яснее… Кажется, они немного расслабились. Возвращение прежней хозяйки – недовольной и стервозной – их вроде бы успокоило. Так и будем действовать. Я уже решила: легенду о потере памяти им озвучивать нельзя. Важно не дать им заподозрить подмену. Эти очаровашки подарены княгине, готовы защищать ее даже ценой своей жизни. А вот на подселенку из другого мира, подло занявшую тело госпожи, их верность не распространяется. Нет-нет, меньше знают – я крепче сплю. – Сегодня важный прием, – продолжила я повелительным тоном. – Сделайте так, чтобы я была прекрасна и затмила всех! Да на этот раз действительно расстарайтесь! – Да уж расстараемся, – проговорила одна из них, однако в голосе явно слышалось недовольство. Ну что опять? Ох, девки, как же с вами сложно! Мы как раз дошли до комнаты, вошли внутрь и девицы плотно прикрыли дверь. – Что не так? – строго спросила я. – Все так! Все так, ваша светлость! – залепетали остальные две, старательно дергая слишком разговорчивую коллегу за рукава. – Приказываю говорить! – рыкнула я. Две девицы испуганно замолчали, а самая разговорчивая выдавила из себя: – Князь… не заслужил вашей помощи, госпожа. И вжала голову в плечи, словно ожидала, что сейчас будет поколочена за дерзость. Хм… неужели у них тут и такое практикуется? – Не заслужил, конечно, – я не стала спорить. Вспомнила его взгляд сквозь прищур, язвительный тон… Вот его бы я с удовольствием поколотила! Ободренная моим согласием девица затараторила: – Боимся мы за вас, госпожа. Второй раз уже видитесь с князем после приема. И не злитесь на него как прежде… Как околдовал он вас, хотя морока чар вроде и не видно… По спине побежали мурашки. Так они еще и колдовство видят! И мою перемену к князю заметили. Но внешне сохранила спокойствие: – Ну да, я участвую в его приеме. Пока обряд не проведен, я все еще его жена. Так что… – Как «пока»?! – Что значит «пока»? – Вы… вы что, согласитесь?! Это же немыслимо! Они воскликнули это в едином порыве, побледнели, одна даже пошатнулась. Э-э-э… Что? Почему? Почему обряд их так пугает? И почему они уверены, что я должна его бояться?.. И… Что, черт побери, это за обряд? Я как-то очень легко на него согласилась, полагая, что речь идет об аналоге бракоразводного процесса. Но подробностей-то я не знаю. Может, рано я записала князя в белые и пушистые? «Князь… не заслужил вашей помощи, госпожа». А что, если и правда не заслужил? Что, если этот обряд – какая-нибудь из ряда вон выходящая пакость? Спрашивать у своих не-служанок об обряде явно не стоило, ведь, по их глубокому убеждению, я и без того все об этом знаю. Только вот у кого тогда? У князя – было бы вполне логично. Однако я с трудом представляла себе, как заведу столь пикантную беседу на приеме, в присутствии кучи иностранных послов и правителя соседнего государства. Вот уж действительно – неподходящее время и место. К тому же кто сказал, что князь обязательно ответит честно и правдиво? Я ведь как-то сразу записала его в порядочные. Но будем откровенны: влюбленное сердце и разбушевавшиеся гормоны – не лучшие советчики в таких вопросах. Нет, князь не подходит. Но кто же тогда? Пока я так раздумывала, девушки воспользовались паузой и заговорили наперебой. – Ужасный, ужасный обряд, – причитали они. – Сами же все знаете! – После такого девушка считается обесчещенной брошенкой, светское общество разом отвернется! – Ваша матушка первая отвернется! Наследства семейного вам не видать. – Ни один благородный мужчина замуж после такого не возьмет! Разве только в любовницы! М-да… звучало, прямо скажем, не очень хорошо. Особенно обидно было лишиться наследства рода, в чем бы оно ни состояло. Но, насколько я поняла, это значит, что княгиню ожидают финансовые проблемы. – Развод – всегда плохо! А уж с таким, как князь, – сами знаете, совсем ужасно! Да с каким с таким-то? Уже второй раз намекают, что князь какой-то не такой. Но спрашивать, ясное дело, нельзя. – Не губите себя! Вдруг сила драконьего гнева окажется слишком велика – можно и магии лишиться. Они говорили торопливо, приводили аргументы, стараясь убедить неразумную госпожу не делать такую большую глупость. А я внимательно слушала, пытаясь вычленить из этого потока важную информацию. Иногда получалось, а иногда не очень. При чем здесь драконий гнев, например, я так и не поняла. Но это тут же стало не очень-то важным. Я услышала: «Можно и магии лишиться…» Это что же получается – она у меня есть? Эта самая магия? Обалдеть! И что же я могу? Швыряться огненными шарами? Проклинать и наводить порчу? Почему не пользуюсь? – А лишиться магии – это еще хуже, чем честного имени и денег! – продолжали девицы. – Да что я могу сделать? – воскликнула я в сердцах почти искренне. – Наместник уже дал согласие, князь настаивает… Конечно же, я не хочу этого обряда! С чего бы мне его хотеть? Только вот как его избежать?.. Да уж, накуролесила княгиня на свою голову. В таких условиях разводиться – действительно очень плохая идея. Это что же за польза такая была ей от брака с князем, что она пошла на такой риск? Девицы разом замолчали и уставились на меня изумленно. – Как так? – переспросили они. – Сами же говорили, что уже знаете, как выкрутиться. Что есть у вас какой-то план… Ага. Значит, у княгини действительно имелся план. Но, судя по тому, что девушки упомянули «какой-то», в чем именно он заключался – они не в курсе. А значит, княгиня унесла его с собой. Насовсем. Не то чтобы я сильно надеялась на этот план и всерьез собиралась воплощать его в жизнь. Как показывала практика, следовать планам княгини – не лучшая идея для тех, кто ценит собственную жизнь и благополучие. Но хотя бы знать, о чем она думала, было бы неплохо. Просто чтобы иметь больше вариантов. Увы, доступа к ее знаниям у меня не было. Девицы застыли, выжидательно глядя на меня. – Провалился мой план, – буркнула я. – Надо придумывать новый. А времени мало. Вот поэтому я и пытаюсь договориться с князем, делаю вид, что согласна. Нужно выиграть время, пока не придумаю что-то получше. Понятно? Судя по тому, как задумчиво они примолкли, версию я выдала вполне рабочую. Девицы мои явно прониклись важностью момента, поверили. Я выпрямилась и взглянула на них строго. – Так что хватит, дорогуши, лясы точить. Сделайте из меня первую красавицу этого мира. Не для развлечения – для дела надо, сами понимаете, – я вернула им их же фразочку. Старый прием: хочешь с кем-то договориться – используй его же слова. Сколько раз помогало с упрямыми учениками! С не-служанками тоже получилось. Они едва не подпрыгнули на месте, а уже через мгновение развили такую бурную деятельность, что я начала побаиваться за результат: известно, к чему иногда приводит излишнее рвение. Впрочем, вскоре я обнаружила, что все вроде бы идет неплохо. Платье оказалось восхитительным – из ярко-алого шелка, нежного и струящегося. Оно буквально горело и сияло и, как ни странно, отлично подходило к бледной коже княгини. Локоны обрамляли лицо – хоть и замысловато, но с явным расчетом. Скулы казались острее, подбородок – мягче, глаза – больше… Поняв, что эти девицы отлично знают, что делают, я отвлеклась от своего отражения и задумалась совсем о другом. А ведь хорош мой муженек. Да, княгиня сама виновата – тут не поспоришь. И все-таки… вышвырнуть девушку на улицу без денег, без честного имени и даже без магии – это, прямо скажем, не слишком благородный поступок. И после этого он еще хочет, чтобы я изображала из себя прекрасную хозяйку и милую, кроткую жену? Сердце болезненно сжалось. Я ведь считала, что неплохо разбираюсь в людях. А приняла его за этакого рыцаря без страха и упрека. Обидно, черт подери. Что-то мне кажется, мои девицы правы. Не заслужил князь, чтобы я ему помогала.