56

Ева

— Ненавижу! Ненавижу! Ну, вот зачем! Для чего! За что! — Ругаюсь я на Натаниэля.

— Ладно Вай! Она стерва со своим интересом! Но ты! Ты же говорил, что я тебе дорога! Что ты будешь рядом со мной! А сейчас? Что ты делаешь сейчас? — Сама не замечаю, как срываюсь на крик.

И плевать, как это выглядит со стороны!

— Мужественно принимаю справедливые удары судьбы. — Пытается пошутить золотой дракон, чем раззадоривает меня еще сильнее.

— Это нифига не смешно! Это низко! Сначала приманить добром, а потом! Потом взять и вот так бросить! — Кажется, все-таки начинаю плакать.

Но это не слезы горя или жалости.

Это слезы злости, если такие вообще существуют.

— Ты ни чем не лучше моего бывшего мужа, который… — Договорить я не успеваю, потому что неведомая сила неожиданно каак меня скрутит, кааак сдавит грудь невидимыми цепями.

В следующее мгновение, букет, изрядно потрепанных роз, выпадает из моих вмиг ослабевших пальцев.

Вот только просто так я сдаваться не собираюсь.

Поэтому еще какое-то время размахиваю руками в воздухе, стараясь добраться до блондинистого гада!

— Ты как Герман! Ненавижу! Ненавижу тебя! — Кричу я.

Но очередная порция ругательств застывает в горле, когда я ощущаю, как мои ноги отрываются от земли.

— Ну, и чего ты хочешь? — С вызовом спрашиваю я дракона. — Сразу предупреждаю, оправдания твои мне не нужны! Я увидела и услышала достаточно! — Вдох и мое тело медленно подлетает к Натаниэлю.

Демонстративно отворачиваюсь от него.

Благо, что хоть шеей я еще могу двигать.

— Ева, я не Герман. — Чуть ли не по слогам произносит блондин. — Не та, странная тень, которая занимает тело Асфара Оскуарда. И предавать я тебя не собирался и не собираюсь.

Удар сердца и он осторожно, пальцами, поворачивает мою голову так, чтобы я смотрела на него.

— Я уже понял, что у тебя было очень не простое прошлое. И то, что ты увидела — может быть тобой воспринято, как новое предательство. Но уверяю тебя, это не оно.

— Я требую развод! — Рыкаю я не хуже дракона, как только лекарь делает паузу, чтобы набрать побольше воздуха в грудь.

— Нет. — Безапелляционно заявляет он. — Ну, или да, если мне не удастся вернуть себя свое нормальное тело. Но в любом случае, нас ждет свадьба.

— Нет! — Теперь приходит мой черед отвечать. — Я почти тебе поверила! А ты! — Ругаюсь я, и снова пробую пошевелить руками и ногами. Не получается.

— Ева, милая. Я понимаю твое состояние. И вместе с тем, то что ты увидела, совсем не то, что ты думаешь! Между мной и этой женщиной ничего нет и быть не может. Мне просто надо разобраться в том, что происходит. Дорогая. Клянусь тебе! Ты единственная женщина в моей жизни. — Но я ему уже не верю.

Не верю! Не хочу верить! Гааад!

Но работа есть работа.

И истерика, это конечно хорошо, но вечером ко мне припрется многоликий слуга, который уже мне угрожает.

Значит Ева, давай. Взяла себя в руки.

Выдохнула гневно, и коротко рассказала своему будущему бывшему супругу, о странной, утренней встрече.

Сказано — сделано.

— И что ты ему ответила? — Внимательно меня, выслушав, спрашивает Натаниэль.

— Что мне надо подумать. Потому что я ему не верю! И тебе тоже не верю! Но пока, выбирая из двух зол, ты наименьшее. Хотя в чем-то большее.

— Понял. — Задумчиво тянет мужчина, после чего, наконец-то, бережно, опускает меня на пол, впрочем, не спеша полностью снимать странное заклинание неподвижности.

— Из охранников его кто-нибудь видел? — Спрашивает он, серьезно глядя куда-то прямо перед собой.

— Нет. Как и ту, кого ты только что совершенно бессовестно целовал! — Не могу сдержать я свой праведный гнев.

Но золотой дракон, почему-то не реагирует на мой выпад.

Вместо этого он продолжает думать.

— Эй! Я все еще тут вообще-то! — Напоминаю я про себя, потому что просто так стоять и не двигаться очень тяжело. Особенно когда внутри меня бушует настоящий ураган из совершенно разных чувств.

— Да. Конечно. — Наконец отмирает лекарь, когда пауза становится слишком длинной.

И только я хочу снова начать засыпать его обвинениями, как вдруг он начинает говорить — собранно и четко.

— Значит так. Слушай меня внимательно. — Командует он. — Сейчас, я тебя оставлю на полчасика, а ты в это время — подумай, какие вещи тебе могут потребоваться для комфортной жизни. После этого — мы экстренно вылетам домой. Там, ты быстро собираешься, и я отправлю вас — Маргарэт, Лиеру и Аврору, в свое тайное убежище, где вы будете находиться пока я не вернусь. Все ясно? — Аааа. Да, в мысле!?

— Нет! Я не собираюсь сидеть, сложа руки, пока ты рискуешь своей жизнью! Да и что скажет и сделает Себастьян, когда не застанет меня на месте? Ну, и если уж быть честным до конца, он, действительно мне помог. — Почему-то начинают беспокоиться я.

Уж очень воинственно звучит Натаниэль.

— Ева, это не обсуждается. — Спокойно отвечает золотой дракон.

— Мне жаль, что ты увидела то, что увидела, и вместе с тем, я не собираюсь отказываться от своих слов. Ты моя жена. Нравится тебе это или нет. Я перед богами этого мира, поклялся своей жизнью тебя защищать. Ну и я действительно испытываю к тебе очень нежные и теплые чувства. И когда это все закончится, я буду каждый день тебе их доказывать. Словами, поступками, чем угодно. Но сейчас, тебе придется следовать моим указаниям. Нравится тебе это или нет. Потому что как-то так получилось, что от твоего благополучия теперь зависит не только твоя собственная жизнь, но и жизнь нашей неожиданно появившейся маленькой семьи.

— У нас нет сем… — продолжаю ругаться я, но замолкаю на середине слова, под серьезным взглядом Мэдгарта.

— Все настолько серьезно? — Пробую я сменить гнев на милость.

— Да. Кто-то решил пойти ва-банк, и кто мы такие, чтобы ему не подыграть? — Неожиданно бодро произносит врач, и уже в следующее мгновение, в его глазах загораются озорные огоньки.

И вот я даже не знаю, что пугает меня больше — странный дворецкий с множеством лиц, или советник императора, входящий в раж грядущего сражения.