Глава 32

Алевтина

Сегодняшний день можно было бы назвать худшим днем за всю мою жизнь. Но месячные, пришедшие в двенадцать ночи, раскрасили его гранатовыми красками радости и спазмами внизу живота.

Нет. Я не дрянь. Очень хочу родить доченьку, но явно не от мужа. И, точно не сейчас. Вспоминаю дочь мужа, как мучилась с ней целый день.

Тут же мои мысли перескакивают на мужчин, с которыми пришлось сегодня общаться. Ёжусь.

***

Подъезжаем к двухэтажному зданию школы, и Лиза гундосит себе под нос:

- Мне не нравится школа! Фу.

- Почему «фу»?

Выталкиваю девчонку из машины.

- Здесь всего два этажа, - говорит так буднично, будто в ее маленьком мозгу уже сложилась точная картинка ее прекрасной жизни – элитной школы в элитном здании.

- А ты ожидала увидеть башню как Москва-сити? – подначиваю ее.

-Да! – отвечает спокойно. Чем злит меня. Ума не приложу, что у этой крохи на уме, и как ее воспитывали родители.

Я росла в состоятельной семье, и то относилась к окружающему миру проще.

Сейчас она напоминает мне моего мужа. Он тоже никогда не довольствуется тем, что имеет, всегда хочет чего-то большего, лучшего.

Идет на всё, чтобы получить это и ему плевать на последствия.

Иногда они бывают чудовищными, но как правило, для других людей.

Я пыталась раньше объяснить Глебу, что так нельзя поступать с людьми. Небеса могут наказать. Но на все возражения получала грубый отпор.

- Аля! Сиди дома и помалкивай! Ты не понимаешь, что по-другому с этими людьми нельзя.

- Попробуй им объяснить, не лишай их бизнеса и единственного жилья. (Глеб сносил три ветхих дома в небольшой деревушке, чтобы построить на том месте большую ферму для заказчика).

- Женщина, не лезь в это!

- Меня тошнит…

- Тошнит, когда люди плюют на других людей, чтобы достичь своей цели. Так вспомни своего отца, он же ради прибыли, целые жилые кварталы снес.

Тону в отчаянье, вспоминая, как папа взял заказ на застройку большого жилого квартала в южном городе. А люди не пошли на его условия, не захотели покинуть частные дома. Спустя месяц кто-то поджег весь квартал и деревянные дома сгорели «заживо». Хорошо хоть люди спаслись. Оставшись без крова, они вмиг согласились на его условия.

Спустя два часа, уладив все дела со школой, мы покинули ее стены и направились к машине.

- Если бы ты была гордая, то не купила бы папу! – Лиза снова давит на больную мозоль, едва мы садимся в машину.

- Если бы ты не была такой занозой, то могла бы получить от меня намного больше, чем от своего отца или от своей матери! – парирую в ответ.

- Типа познакомиться с твой подругой?

- Типа, да. И не только.

- Мама приедет сегодня! – неожиданно сообщает малышка.

- Что?.. – схожу с ума от услышанной информации. – Зачем? Куда?

- Она будет жить со мной, в моей комнате! Мы так давно мечтали перебраться в Москву. К папе. А он всё сваливал на тебя. Говорил, что ты не даешь разрешение. Вредная!

Меня снова штормит и ощущение такое, будто я во сне. Понимаю, что настала пора проснуться.

Набираю супруга, шиплю в трубку:

- Виктория сообщила дочери, что сегодня прилетает в Москву! Останови это. Немедленно!

- Я не знал. Честно, - отвечает растерянно.

Но я уже бросаю трубку.

- Ты плохая! – девочка пытается расстегнуть ремень безопасности.

- Только попробуй!

Спустя мгновение срываюсь с места, автомобиль несется по шоссе к дому. А в душе так погано, и некому помочь. Рана, нанесенная изменами мужа, саднит очень сильно.

Одичало смотрю по сторонам. Бросаю взгляд на притихшую девочку. У нее такое лицо, будто я – ее кровный враг.

Подъезжаю к дому, требую у девчонки, чтобы она выходила.

- Ты обещала свозить в город, в модельную школу. Обманщица!

- Ты сама изменила наши планы, - даже не скрываю, что информация о ее матери сломила мою решимость и сделала из меня неуверенную истеричку.

Лиза выходит из авто, смотрит на меня взглядом «сверху вниз».

- Знаешь, если будешь так вести себя, то никто и никогда не полюбит тебя!

- Больно надо! – спорит со мной.

- Поверь, люди любят, когда их любят!

- Глупости! –кричит и убегает в дом.

- Ну вот, нажила себе врага. Поздравляю! – из дома выходит Назар.

- Что вы здесь делаете? Почему в доме. Не на объекте? – спрашиваю, отступая от мужчины на шаг.

- За тобой присматриваю, чтобы чего не натворила. Ты же бежать пыталась еще накануне.

Широко распахиваю глаза, спрашиваю:

- Это вы меня остановили?

- Мой человек.

Провожу ладонью по горящему лицу. Едва сдерживаюсь, чтобы не закричать. Из груди рвется вопль негодования.

- Как вы могли предать память моего отца?

- Я стараюсь не для него.

- А для кого?! – шиплю как можно тише, заметив, что Лиза вышла на балкон второго этажа.

- Для себя. Для той, которую люблю много лет.

Звучит как приговор. Он меня любит и хочет, чтобы я оставалась рядом.

Кусаю губы. Кажется, признание мужчины расстраивает меня окончательно.

- Я люблю мужа…

- Иногда поступки мужчины могут разбудить в женщине любовь. А я больше не хочу прятаться. Достало. Хочу взять своё!

Хохот рвется наружу. О какой любви говорит охранник?

- Счастье без настоящей любви невозможно, - констатирую я.

- Вот как? Когда тебе изменяют, вытирают об тебя ноги, привозят в твой дом чужого детеныша – это проявление большой любви? – мужчина вцепляется в мое лицо внимательным взглядом.

- Семейная жизнь не всегда простая.

Охранник наступает на меня, цедит очень тихо.

- Алечка, всё намного проще, чем ты думаешь…

-Назар, вы меня пугаете, - отталкиваю мужчину и убегаю в дом. Надо будет поговорить с мужем об охраннике сегодня же!

В эту же секунду до меня доходит, что мужу я не доверяю еще больше, чем Назару.

Господи! Кому верить?

- Поеду за сыном в школу.

- Сами? – мужчина сканирует меня тяжелым взглядом.

- Сама! Нужно проветриться!

Возвращаюсь в автомобиль и выезжаю из ворот дома. По дороге набираю адвоката. Андрея Князева.

- Андрей, простите, - лепечу в трубку. – Вы меня еще ждете?

- Уже рассчитался с официантом, иду на выход, - слышу приятный баритон в трубке.

- У меня форс-мажор, но я уже еду.

- Хорошо. За подобные ожидания введу штрафы, пропишу в нашем договоре.

- Хорошо, - отвечаю быстро и отключаюсь.

Совсем не хорошо! Услуги Андрея стоят баснословных денег, за простой он сдерет с меня три шкуры. А мне сейчас деньги пригодятся самой.

Бракоразводный процесс с Шиловым обойдется мне в потерю одной трети того, что причитается.

Выдохнув, давлю на педаль газа.