Глава 34
Карина
Аркаша с Наглецом напоминают шакала и льва, случайно встретившихся в саванне. Только если Ярослав с присущим ему достоинством спокойно выжидает ответа от меня и пытается задвинуть к себе за спину, то Аркаша «играет» грязно.
И он пытается укусить того, кто слабее.
Меня.
Муженек демонстративно бросает веник цветов на грязный подъездный пол, сплевывает туда же и прячет руки в карманы брюк. И выливает на меня тонну презрения и дерьма.
- То есть, вместо того, чтобы сесть за стол переговоров, попытаться сохранить семью, ты просто легла под другого мужика. И спишь с ним на глазах у ребёнка. Ещё вчера был муж, а сегодня перед ним другой мужик практически голый расхаживает. Охренеть, Карина. Ты бы хоть психику ребёнка поберегла.
- Послушай, ты, - Наглец мгновенно встает в стойку. Напрягается и выступает вперед. – Я предупреждаю один раз: выражения выбирай.
- Что-то ты не больно заботился о психике моего сына, - поглаживаю Царева по руке, успокаивая. На весь подъезд от злости хрустят суставы Аркаши. - Когда вызвал полицию на глазах Макса. И устроил весь тот спектакль.
Моя щека просто полыхает от прожигающего взгляда Наглеца. Я готова провалиться сквозь землю от того, что он невольно стал участником нашего грязного скандала. Но если я и готова обсудить все с Ярославом, то никак не при участии общественного мужа.
Аркаша же криво ухмыляется, но почему-то никак не комментирует ту ситуацию.
И в голову закрадывается ооооочень нехорошая мысль.
Но она не успевает сформироваться, потому что Аркаша с самодовольной ухмылкой подставляет «подножку».
- А твой мужик вообще в курсе, что ты замужем?
Немая сцена. Мы стоим втроем друг напротив друга, прожигаем взглядами так, что мне начинает казаться, будто чувствую запах паленой кожи. Пульс отбивает чечетку, в ушах шум набирает обороты, и меня начинает тошнить.
Краем глаза замечаю, что Наглец подбирается. Готовится к прыжку и разодрать противника. Даже если он и злится на меня за мою маленькую грязную тайну, то ни одним мускулом на лице не показывает этого. Царев по-прежнему невозмутим и почти спокоен.
- Когда прое**л женщину и понимаешь, - выплевывает с ненавистью Наглец, - что хрен ее вернешь, то решаешь напоследок поднасрать, да? Бабский поступок. В принципе, в твоем стиле.
Аркаша подается вперед, но натыкается на препятствие в виде меня.
- Ты вообще не лезь в семейные дела, - огрызается муженек в ответ, сжимая кулаки от бессилия. - Ты - никто. Так, чисто приятно время провести, пока мы с женой в ссоре.
- Прекрати сейчас же! Что ты несешь?!
- Это ты что творишь?
Мы заходим в тупик. Снова повисшая тишина давит на нервы. Я буквально горю со стыда. И хочу скорее выставить Аркашу за дверь.
Поэтому поворачиваюсь к Наглецу и умоляю его всем своим видом:
- Пожалуйста, оставь нас наедине. На пять минут. Я потом тебе все объясню.
Царев скрипит зубами, часто и недовольно дышит, расстреливает глазами противника, но коротко кивает и медленно отступает назад.
- Если что я рядом, за дверью, - и это сказано больше для Аркаши, чем для меня.
- Как ты нашел мой адрес? – накидываюсь на муженька, едва Ярослав скрывается в гостиной.
- Какая разница? Я готов на все, чтобы вернуть тебя, Карин. Потому что люблю и дорожу семьей. И докажу, что достоин второго шанса.
У меня зубы сводит от этого откровенного вранья. Когда любят, не добавляют наркотики и не пишут заявление на «любимого» человека. Какая-то извращенная любовь получается. Или я чего-то не понимаю.
В свете открывшихся результатов анализов я боюсь муженька ещё больше. Особенно, когда не знаю истинных его мотивов. Но сообщать Аркаше о своем открытии я пока не намерена. У меня тоже должен быть козырь.
- Когда ты создавал вторую семью с Миланой, то не учел одного момента – я не прощаю предательства. А у тебя оно двойное: ты предал меня и предал собственного новорожденного ребёнка. И нет никакой гарантии, когда я предоставлю тебе второй шанс, что ты не повторишь своих «подвигов». Ты также будешь изменять. Просто скрываться станешь лучше. Так что не будет никакого шанса, а будет развод.
Аркаша трансформируется как по щелчку пальцев. Превращается в того монстра, каким я его видела в то утро на кухне при полицейских.
- Я хотел по-хорошему, едва ли не в ногах валяюсь…, - муженек хватает меня за обожжённую руку и дергает на себя.
Не удерживаюсь, вскрикиваю и зажмуриваюсь от боли и звездочек перед глазами.
А дальше все закручивается, как коктейль в шейкере.
Из гостиной выскакивает взбешенный Наглец. Хищник, который сейчас раздерет свою жертву.
Он действительно настоящий лев. Опасный и взбешенный.
Потому что подлетает, мягко оттесняет меня в сторону. Вцепляется в шею ничего не понимающему Аркаше и выталкивает того в подъезд.
- Ярослав.…
- Уйди отсюда, Тигрица. Сейчас здесь будет мужской разговор.
- Наглец!
Но Царев меня не слышит: он ногой захлопывает дверь, отсекая меня от возможного мордобоя.
- Дядя Ярослав уже ушел? А дядя Аркадий? – в коридор выглядывает растерянный Макс.
- Нет, они….
Пока я подбираю слова, на лице сына растекается озорная мальчишеская улыбка.
- А, я понял! Сейчас дядя Ярослав даст дяде Аркадию по жопе? Класс!
- Максим! Нельзя так говорить! Это плохие слова!
На что сын пожимает плечами:
- Я же правду сказал! А ты учила всегда говорить правду!
И, оставив последнее слово за собой, сынок уносится снова в свою комнату.
А я остаюсь наедине со своими страхами и переживаниями и расхаживаю из угла в угол, кусая ногти.
Ярослав появляется минут через шесть. С замиранием в сердце, преодолевая жгучий стыд, поднимаю голову и вглядываюсь в его лицо. Оно бесстрастно. Абсолютно. Лишь глаза потемнели, зрачки слегка расширены, а губы сжаты в тонкую линию.
- Пойдем-ка, поговорим, - жестким и приказным тоном командует Наглец и проходит мимо меня на кухню.
Покорно следую за мужчиной, осторожно опускаюсь на краешек стула и складываю ладони на коленях. Ну, примерная школьница, ни дать, ни взять!
Ярослав нависает сверху, упирает ладони по обе стороны от меня, заключая в плен. Гипнотизирует темным штормовым взглядом и вкрадчиво, четко произнося каждое слово, приказывает:
- А теперь рассказывай. Все. С самого начала.