Глава 68

Карина

- Наглец, что это? – мои глаза округляются при виде количества блюд, которые официанты расставляют на столе. Тут и курица, и стейк, и лосось на гриле, том-ям и роллы. – Тебе не кажется, что ты перебарщиваешь с заботой?

- А тебе? – Ярослав сверкает штормовым взглядом из-за меню и вздергивает вопросительно бровь. – Я сказал, что тебе нужно нормально поесть, а ты заказала траву.

- Это полезно.…

- Белок тоже полезен, - непререкаемым тоном заявляет Ярослав. Откладывает меню в сторону и разрезает стейк. Под моим внимательным взглядом отправляет кусок мяса в рот. Прожевывает и указывает вилкой на блюдо с рыбой передо мной: - Ешь.

Как послушная девочка, отрезаю небольшой кусочек и зажмуриваюсь от удовольствия: вкусно! Рыба так и тает во рту.

Неожиданно для самой себя сметаю и рыбу, и курицу по – азиатски, запивая все свежевыжатым соком.

- Я всё равно всё это, - обвожу вилкой остатки блюд на столе, - не съем.

Наглец лениво, как пресытившийся кошара, отпивает свой эспрессо и невозмутимо пожимает плечами:

- Попросим упаковать с собой. Десерты выберешь или ещё не определилась?

Тяжело вздыхаю. Мои нехорошие подозрения всё же подтверждаются.

Решительно отодвигаю от себя тарелку и откидываюсь на спинку диванчика. Складываю руки на груди и прожигаю тяжелым взглядом невозмутимого Наглеца.

- Я не беременна, - заявляю твердо, глядя в темные глаза. В них зарождается десятибалльный шторм и недюжинное упрямство.

- Уверена? В последнее время ты очень эмоциональна, глаза на мокром месте по поводу и без…До кучи сегодня теряешь сознание и уже который день отказываешься от завтрака. И я видел уведомление из твоего приложения в телефоне. Ты забыла мне сообщить, что у тебя задержка, - обвиняющие нотки всё же прорываются.

Перед глазами встает мутная пелена, и образ Царева немного расплывается.

- Задержка ничего не значит. Я делала тест, Ярослав. Он отрицательный. Поэтому и промолчала. У меня гормональный сбой. Такое бывает при моем диагнозе.

Мой мужчина поджимает губы и упрямо тянет:

- Ты же врач… Понимаешь, что тестам веры нет.…

Выдыхаю раздраженно и качаю головой. Цокаю и закатываю глаза к потолку:

- Ты не Наглец. Ты - Сказочник.

Ярослав тянет губы в порочной ухмылке и неопределенно пожимает плечом. Не спорит, но по глазам вижу – остается стоять на своем. Готов отстаивать свою точку зрения до хрипоты.

Отворачиваюсь к окну, закусывая губу. Меня прорезает волна липкого страха. Возможно то, что я сейчас скажу, оттолкнет от меня Наглеца. И я потеряю мужчину, которого так люблю. Но я просто обязана быть честной с ним. До конца.

- Ярослав, - начинаю и на одном выдохе, пока не передумала, продолжаю. Получается сумбурно, сбивчиво, но зато искренне: - Послушай, если тебе так важен ребёнок…. Если ты хочешь ещё одного… Я понимаю, когда видишь Макса, когда появляется надежда, то невозможно не думать…Не надеяться…В общем…Я согласна. Мы можем попробовать ещё раз ЭКО. Я же не отказываюсь. Тем более, как показала практика, шансы есть. Но надежды на самостоятельную беременность выброси из головы. Либо, если ты всё же не можешь смириться, нам лучше.…

- Не продолжай, - осекает жестко. Подается вперед и полосует тяжелым взглядом. Он меняется на глазах, превращаясь из милого пушистого котика в опасного хищника. С которым, известно, шутки плохи. – Я похож на того, кто отпустит любимую женщину из-за…пустяка? Я, может, и Сказочник, Тигрица, но не идиот. Мне важна ты. И я приму все, что с тобой связано, как данность. Нет детей – не беда. Захочешь ЭКО? Я согласен, но после полного твоего обследования. Захочешь приемного? Мы выберем малыша в нашу семью все вместе: ты, я и Макс.

В конце голос Наглеца становится нежным и ласковым, и я не выдерживаю. Закрываю лицо ладонями и всхлипываю.

Да что ж такое-то?!

Уже через несколько секунд меня обнимают сильные руки и прижимают к горячему телу. Наглец баюкает, как ребёнка, целует в макушку и упирается в нее подбородком.

- Точно не беременна?

Мотаю головой и заливаюсь слезами пуще прежнего.

- Ну-ну, Кариш, успокойся. В конце концов, будь милосердной: ты сейчас зальешь слезами весь ресторан, не уточнив, умеют ли посетители плавать.

Наглец нежно отнимает ладони от лица и смотрит так ласково, что в груди щемит и печет от разливающейся любви к нему. Губы сами плывут в робкой улыбке.

- Так-то лучше. Не плачь, Кариш. Это вредно для тебя.

Закатываю глаза, но улыбка так и не сходит с лица.

Неугомонный Наглец!

Но такой мой…

Ярослав бросает взгляд на наручные часы и кивает взглядом на стол:

- Ты закончила? Нам нужно нашего сына, - произносит медленно, как будто наслаждается этим словосочетанием, - из садика забрать.

- Я наелась, спасибо. Попроси официанта, пусть все упакуют с собой.

Царев кивает и делает парню знак рукой. Просит счет и собрать оставшиеся блюда.

- И скажи, пусть добавят ещё наполеон. И муссовое пирожное в виде сердечка, - добавляю капризно, пряча лицо на груди. Которая тут же взрывается от громкого хохота.

- С удовольствием, Кариш.

С ним так просто! Быть слабой, уязвимой, настоящей. Его маленькой и любимой девочкой.