Глава 29

— Я больше не хочу жить с тобой, — дрожащим от нервов голосом произношу я, подбирая самые жесткие слова. — У меня просто нет сил это терпеть. Я хочу развода.

— Позволь узнать, что именно тебе приходится терпеть? — ровным тоном спрашивает он и откидывается на спинку стула.

Он выглядит победителем. И звучит так же. Снова в нем эта неисчерпаемая уверенность в том, что с его стороны все в порядке. Это я бросаю претензии на пустом месте.

— Твое отношение ко мне. У тебя нет ни капли уважения ко мне. Ты не считаешься ни с моими чувствами, ни с мнением, ни с желаниями. Что ты вообще о себе возомнил?

— Ты видишь то, что хочешь видеть, — все так же спокойно продолжает он.

— Да что ты? — веду я бровью. — Ну да, я сама все себе придумала. Ты же белый и пушистый, да? Ты от меня ничего не скрывал и не заставлял думать, что у тебя есть другая. Не ушел жить отдельно, потому что тебе самому так захотелось.

— Ты сама себе придумала, что я сто-то от тебя скрываю, — отвечает Марк, накаляя меня до предела. — И про раздельную жизнь мы с тобой уже говорили ни раз, почему это и для чего. Ты сама себя зачем-то нервируешь, а виноватым выставляешь меня.

— Это какое-то издевательство, — бормочу себе под нос и нервно усмехаюсь. — Ты считаешь свои действия оправданными, но я так не считаю! Ты просто свалил и живешь своей жизнью, наслаждаешься одиночеством и тишиной. Ты утверждаешь, что пожить раздельно необходимо для того, чтобы наладить отношения, но ничего для этого не даешь! Все становится только хуже и хуже! Хочешь оставаться моим мужем? Так это не просто штамп в паспорте! Это участие в семейных делах! Любовь и забота о своих родных.

— Ты сама говоришь, что штамп в паспорте не имеет никакого значения. Для чего тогда настаиваешь на разводе?

Меня сейчас просто разорвет на части! То ли он ни черта не понимает, то ли я говорю что-то не так, неправильно доношу до него свои мысли.

— Для чего нам оставаться в браке, которого уже не существует? — всплескиваю руками и сжимаю челюсти. — Ты сам по себе, а я сама занимаюсь домом, забочусь о дочери. Я не чувствую себя замужем!

— А разве заниматься домой — это не обязанности женщины? — искренне изумляется Марк. — Раньше ты это делала, и не было никаких возмущений. А сейчас что поменялось?

Нет, я точно говорю что-то не то.

— Да, ты прав. Я делала это и раньше. Но тогда ты взамен давал мне любовь и заботу, а сейчас этого нет.

— Так ты сейчас для меня ничего и не делаешь, — пожимает он плечами.

Перед глазами все плывет, руки трясутся. Я в эмоциональном аду, который сжигает меня изнутри. И не знаю, как остановить это.

Живот скручивает от жуткого болезненного спазма, и боль отдает в поясницу. К горлу подкатывает тошнотворный ком. Чувство очень знакомое. Так же было во время месячных в юности. А еще тогда, когда я лежала на сохранении с Лизой.

Вскакиваю из-за стола, поймав на себе непонимающий взгляд мужа, и бегу в туалет. Я не ошиблась, у меня начались месячные. Или случился выкидыш, если я все же была беремена. А все из-за нервов. Марк довел меня.

Привожу себя в порядок и возвращаюсь на кухню, где по-прежнему сидит Марк:

— Я считаю, что разговор нам пора закончить. Ты ничего не делаешь для того, чтобы наладить наш брак, и я не вижу смысла не разводиться.

— Полин, а что делаешь ты? — Марк встает со стула и становится напротив, вперившись в меня взглядом. — Конкретно ты какие действия предприняла?

— А ты и не дал мне возможности что-либо предпринять, — мотаю головой. — Домой ты не стал возвращаться, хотя я просила, несмотря на свою обиду.

— А, так ты еще и обиженная, — с насмешкой произносит Марк. — А я должен был терпеть твои пустые обвинения и оставаться дома, продолжая их выслушивать?

— Так не терпи! Не нужно! Просто разведись со мной и живи в свое удовольствие! Чтобы никто не заставлял тебя, бедного, страдать.

— Полин, тебе нужно обратиться к психологу. То, что с тобой происходит, совершенно ненормально. Я сейчас говорю с тобой спокойно, а ты постоянно нервничаешь и орешь.

— Так это ты меня довел до такого состояния! — я уже готова разрыдаться от бессилия. — А теперь говоришь, что со мной что-то не так.

— Ты сама себя довела до такого состояния, — вкрадчиво произносит он, изо всех сил убеждая меня в своих словах. — Да, тебе нужна помощь. И когда тебе станет лучше, мы сможем вести более конструктивный разговор.

— Мне станет легче, когда тебя не будет рядом, — выплевываю я. — И поэтому мы с Лизой уедем на море.

— Правильное решение. Тебе нужен отдых, — кивает Марк.

— Уж как-нибудь справляюсь без твоего ободрения, — бросаю в ответ и ухожу в спальню, хлопнув дверью.

В полуобморочном состоянии падаю на постель и прислушиваюсь к звукам. Не хочу, чтобы Марк пошел за мной следом. Я уже не могу с ним говорить.

И, к счастью, он не приходит. А через несколько минут я слышу, как хлопает входная дверь.

— Мам, папа ушел, — в комнату входит расстроенная Лиза. — Даже не поиграл со мной.

— Не расстраивайся, — жестом подзываю дочь к себе, и она ложится рядом, прижимается ко мне.

— Он сказал, что мы поиграем, когда мы вернемся с моря, — продолжает она. — И дал мне денежку, чтобы я себе что-нибудь купила.

Хотя бы о дочери подумал. И на том спасибо.