Глава 27

Таня

– Таня! Бегом в квартиру и запрись! Они не имеют права ее вскрывать! Сейчас же! – командует Руслан голосом, не терпящим возражений.

– Таня! – дверь из зала распахивается и вбегает Костя, – Таня!

Вот теперь мне хочется выполнить команду Руслана буквально. Я срываюсь с места в сторону квартиры по длинному коридору, но с больной ногой это не быстро, я все еще прихрамываю.

Слышу шаги за спиной и по звуку знаю, что это мой муж, до двери всего пара шагов, ключи висят в замке, чтобы удобней было ходить из кабинета в квартиру и обратно. Это этаж для своих, днем ничего не заперто.

Врезаюсь в дверь с разбегу и уже почти дергаю ручку, чтобы открыть ее, но в мое плечо впивается рука и резко разворачивает.

– Танюшка, любовь моя! – Костя хватает меня и вжимает в себя, утыкает лицом в свое плечо, обнимает меня, что кости трещат. – Девочка моя!

– Ты больной, пусти! – мычу в его куртку.

Отрывает от себя совсем чуть-чуть, руки уже на моих скулах, хаотично целует в лицо, будто реально от избытка чувств. А меня едва не передергивает от отвращения.

– Любимая, солнышко мое! Мне так плохо без тебя! Наконец-то я тебя нашел!

– Отстань! – я с трудом пропихиваю руку перед собой и отталкиваю его ладонью в лицо, лишь бы остановить эти мерзкие поцелуи. Невероятно, как быстро такое проявление любви превращается в самую отвратную пытку.

Меня от него просто тошнит!

Костя резко дергает головой и уворачивается от моей руки.

– Мне так плохо без тебя! Ты заставляешь меня страдать, Таня! Но сколько мне еще нужно корчиться от боли без тебя, чтобы ты меня простила?!

– Простила?! – сдавленно поражаюсь, слышу эти слова, и меня затапливает шок. – За то, что ты со мной сделал? Стерилизовал как животное?! – толкаю его изо всех сил в грудь. – За это я могу сделать только одно!

Не знаю, откуда берутся силы, от выброса адреналина или воспламенения внутри меня неконтролируемого гнева, но я размахиваюсь и бью его коленом в пах. С максимальной силой, на которую способна. Хочу, чтобы ему было максимально больно!

И все равно этого будет мало!

Костя, не ожидавший такого удара, сгибается со стоном и неподдельной мукой на лице, неосознанно утыкается в мою грудь головой. Я хватаю его за волосы и отталкиваю от себя, как мерзкое чудовище.

– Чтоб у тебя все отвалилось! – шиплю, пока он хрипит. На ощупь поворачиваю ключи в двери, выдергиваю их из замка и быстро юркаю в приоткрытую щель.

Захлопываю ровно в тот момент, когда шокированный болью Костя пытается вклиниться в проем и не позволить мне скрыться. Но тяжелая железная дверь закрывается едва ли не ему по пальцам.

– Таня, открой! – ревет раненым зверем и бьет кулаком по двери, но мне хочется, чтобы он страдал еще больше. И я ни за что ему не открою, что бы ни случилось!

– Гори в аду, Ковалев! – кричу сквозь дверь и знаю, что он слышит меня так же хорошо, как и я его.

На мгновение все затихает, а я стою спиной к двери и дышу, будто пробежала не коридор, а пару километров. Сердце больно бьется в ребра, мысли мечутся, но почти ни одна из них не принадлежит Косте.

Я видела, что произошло. Как полицейские вжимали Руслана в стену, и я боюсь, что будет еще хуже. Но отсюда я не вижу и не слышу, что происходит внизу у лестницы, только у самой двери. Что-то дергает меня побежать в маленькую кладовую возле двери, она с окном, выходящим на ту сторону, где служебный вход в ресторан.

Прилипаю ладонями и лицом к стеклу, чтобы к своему ужасу увидеть, как Руслана тащат от двери к углу здания, заломив руки за спину так сильно, будто он опасный преступник и его надо обездвижить.

– Нет, нет! Ну почему же все так?! – бью по стеклу от беспомощности и злости. Это все происходит из-за меня, а я и повлиять никак не могу!

Слышатся глухие удары в металлическую входную дверь и снова голос Кости.

– Таня! Таня, ответь!

Как же я хочу, чтобы он оставил меня в покое! Что ему нужно? Неужели не понимает, что ничего невозможно восстановить? За что он цепляется?

Возвращаюсь к двери. Но теперь я достаю телефон из кармана и включаю диктофон. Пусть наговорит себе максимально поводов для жесткого развода не в свою пользу.

– Уходи прочь, Костя! Я к тебе никогда не вернусь! – кричу через полотно, – никогда и ничем ты не сможешь загладить свою вину передо мной! Ты маньяк и животное! Что бы ты ни сделал, я тебя не прощу!

– Это тебе кажется! Ты злишься! Ты в шоке! – повторяет как безумный и зацикленный. Я это уже много раз слышала, но убеждает он будто бы себя, а не меня.

Слышится хлопок, будто он приложил ладонь. Затихает.

– Это только резать, у нас нет на это времени, ты подставляешь нас всех, – слышу незнакомый тихий голос. – Если ты не можешь забрать свою бабу, это уже твои проблемы! С такой дверью я возиться не буду!

Это он с полицейскими к дверям примеряется? Вскрыть ее?

– Тшш… – одергивает его Костя, – я знаю. Делай что нужно, я сам дальше.

Больше не слышу второй голос, но Костя все еще здесь. Я стою, прижавшись лбом к панели двери. Боже, что же мне делать? Руслан сказал запереться и все. А что дальше? Держать оборону и никого не пускать? А как же он сам? Кто ему поможет?

Я даже думать боюсь, что будет с ним, ведь эти полицейские явно непростые, их будто бы Костя подкупил, а насколько далеко они зайдут?

– Тань! – зовет с той стороны, – ты меня слышишь?

– Я не открою и не выйду. Убирайся! Твоя полиция тебе не поможет! И можешь не рассказывать мне про свои страдания без меня! Это все ложь!

– Мне без тебя плохо, ты половину моей жизни разрушила! Как ты можешь жить, заставляя меня так страдать?

– Отправляйся ко второй половине! Там тебя трое ждут! И Анечка, которую ты так любишь трахать!

– Не хочу я так жить! Неужели не понимаешь?! Ты же своими принципами и капризами уничтожила нашу жизнь! А она была идеальной!

– Я уничтожила? – смеюсь, – ты точно больной, Ковалев!

– Тань… давай начнем все с начала! С нуля! Ну хочешь, я брошу Аньку? Насовсем! Будем только ты и я!

– Боже, Костя, не унижайся ты так! Ты падаешь все глубже в моих глазах, если хочешь кинуть троих детей и их мать! Да ты для меня больше вообще не мужчина!

– Я намного больший мужчина, чем ты можешь себе представить! Ты была счастлива! Все были счастливы! Все были сытыми и одетыми, имели дома, машины, вещи, все, что хотели, как сыр в масле катались! Если бы ты не упрямилась, мы могли бы вернуть все это счастье, ты просто не понимаешь, насколько хорошо нам всем было! Ты этого даже не замечала и не ценила! Никто не может оценить, что я для вас всех делаю, на какие жертвы иду!

– Ты себя слышишь вообще? Так не работает! Фарш нельзя провернуть назад, Костя! Больше ничего не будет, как раньше! Сгорело все! Я подаю на развод и на этом все! Больше никогда… – делаю судорожный вдох, – никогда не попадайся мне на пути!

Глухой удар в дверь заставляет меня вздрогнуть и отшатнуться.

– Я не дам тебе развод!

– Значит, добьюсь через суд! Ты не вменяемый и у меня есть, чем доказать, что вы больные! И ты и твоя Анька, которая накормила меня таблетками! Сейчас ты только усугубляешь все, что можешь! Я расскажу и про ваш полицейский беспредел! Руслан так просто вам его не простит!

– Ах, твой хахаль? – меняется голос Кости, мгновенно доказывая все его притворство, – ты на него значит, рассчитываешь? Хорошо же ты ему тут насасываешь, раз он готов так вписаться! Я так и знал, что ты продалась ему! Ты что думаешь, какой-то мелкий владелец кафешки может мне что-то сделать?

– Ты самоуверенный псих! Не искушай судьбу! Руслан тебя порвет, а я помогу!

– Знаешь, что? – голос становится ближе, будто он почти прижался лицом к тонкой щели, – ты не пойдешь подавать заявление на развод! Потому что, если ты это сделаешь, то хуже будет не мне, а тебе. Ты не представляешь, насколько хуже.

– Это угроза? – смотрю на телефон, он все еще пишет. Хочется надеяться, что будет слышно каждое слово.

– Это предупреждение. И вдумайся в мои слова очень основательно, – делает паузу, – только в браке со мной ты сможешь… жить.

– Жить? – приоткрываю рот, он говорит то, о чем я думаю, или мне показалось?

– Счастливо и в достатке, – добавляет, но я уже не могу отделаться от первого впечатления. – Нам нельзя разводиться. Если ты попробуешь, тебя ждут такие проблемы, которые тебе и не снились, и я не смогу тебе помочь. Люди, которые… – осекается, – вещи, которые повлечет за собой наш развод, тебе не понравятся.

Закрываю глаза. Черт его знает, что это значит, какие-то абстрактные угрозы, когда ничего конкретного помочь не может. Все так завуалировано, что и запись толком ничего не докажет.

– Что за вещи? О чем ты? – осторожно пытаюсь выведать. Если прямо назовет предмет шантажа, за это можно будет зацепиться.

– Неважно, просто поверь. И если ты думаешь, что твой хахаль отмажется сам и тебя вытащит, ты ошибаешься. Вы не сможете.

– Бесполезно меня запугивать, – произношу тише, но если быть честной с собой у него почти получилось. Сердце колотится еще быстрей.

– Ты мне не веришь, я чувствую. Хорошо, раз ты не хочешь слышать про мою любовь, услышь другое. Может, это тебя сподвигнет пересмотреть свою жизнь и будущее. Видел бог, я пытался решить все мирно. У тебя ничего не получится с этим Волковым, потому что вы расстанетесь по твоей вине.

– У меня с ним ничего нет, – говорю, не раздумывая. Это ведь может защитить Рулана? Может ведь?

– Ну, значит, тебе не будет жаль, если он вдруг не вернется.

– Что? – переспрашиваю, но за дверью тишина. Волна жара ползет по позвоночнику. Что он сказал?! Это же блеф. Это не кино. Это жизнь, здесь такого не бывает. – Костя?! О чем ты? – не выдерживаю.

– Я старался тебе помочь как мог. Но не все в моих силах. Если ты не вернешься ко мне, не вернется он.

– Почему?!

– Потому что ему не повезло вляпаться в тебя. А с тем, кому не везет, вечно случаются разные неприятности.

– Какая же ты мразь, Костя.

– Завтра в час ночи ты придешь к нашему дому и расскажешь, как ты меня любишь. И я приму тебя с распростертыми объятьями и всей любовью. Тогда… все будут счастливы.