Глава 20

Остаток дня я провожу, как на иголках. Тётя заразила меня своим энтузиазмом, и теперь мне самой невероятно интересно покопаться в кабинете Виктора. Наконец, до назначенного времени остаётся полчаса. Я звоню Виктору. – Привет, – ласково говорит он, видно, уже отошёл и снова играет в доброго мужа. – Я соскучился. Я приготовил ужин, когда ты будешь? – Мне нужно съездить к клиентке на дом, у неё завтра свадьба. Это важно, – отвечаю холодно. Нет больше нужды играть в любовь. Доказательства измены – это вопрос времени. А потом я буду свободна от его лжи и притворства. – Жаль… Ну ладно, буду ждать, – говорит он и кладет трубку. Я закрываю салон, сажусь в машину и еду в больницу. Задумка с тётей – полная авантюра, но что ж, надеюсь, меня не посадят… Оставляю машину в соседнем дворе. Потихоньку подхожу к черному ходу. Пишу смс: "Я здесь". Дверь тут же открывается, и из неё выглядывает её кудрявая голова. – Давай быстрее, что ты так долго? – шепчет она. Я проскальзываю внутрь. Тётя протягивает мне какой-то халат и заношенные тапочки. – Переодевайся, только быстро. Пока нет никого. – Зачем? – Чтобы ты выглядела как больная и не вызывала подозрений. И вот мы уже в общем коридоре, идем не торопясь, как будто больные, вышедшие прогуляться. Проходим мимо поста медсестры, и никто на нас не обращает внимания. Устраиваемся на небольшом диванчике. – А вы с какого отделения? – вдруг спрашивает меня проходящая мимо медсестра. – С гинекологического, – нахожусь я. – Вот тётю пришла проведать. – Ну, давайте, только недолго. – она уходит по своим делам. – Я чуть не умерла от страха, – говорю я тёте, – зачем я так рано пришла? Пришла бы ночью. – На ночь сторож закрывает двери на засовы, с которыми мне не справиться, – качает головой тётя, – с тобой бы ничего страшного не случилось. Ну, подумаешь, выгнали бы тебя из больницы. Чего ты испугалась? – Ну… было бы трудно объяснить, зачем я здесь разгуливаю в таком виде? – Ну, может, ты тётю пришла проведать, а так как в больнице жарко, принесла халат и тапки с собой. “Действительно, что мне могут сделать в больнице?” – успокаиваю я себя. Но осознание того, что я делаю что-то незаконное, всё-таки пугает и бодрит. Наконец, все больные расходятся по палатам. Только неподалёку маячит бомж, смотрит на нас и бормочет что-то себе под нос. – Слушай, что он вылупился? – шепчу я тёте, – он нам не помешает? – Не помешает, его скоро тоже спать отправят, не обращай внимания. Пойдём, я тебя спрячу, – говорит она. Она ведёт меня в какую-то каморку, где стоят ведра, веники, швабры. – Сиди здесь тихо, – говорит она и выходит. Я остаюсь почти в темноте. Лишь слабый свет луны из маленького окошка под потолком слабо освещает пространство. Сажусь на перевёрнутое ведро, облокачиваюсь на стену и жду. – Жанна, Жанна, проснись! – кто-то настойчиво трясёт меня за плечо. Ох, неужели я задремала, сидя на ведре? Протираю сонные глаза. – Пойдём, Жанна, пойдём. Ну ты и соня! – выговаривает мне тётя, – дежурная медсестра пошла чай пить. Давай быстрее. Если кто спросит, скажем, что в туалет идём. Мы идём к кабинету Виктора. Тётя достаёт какие-то железки. – Это что? Отмычки? – мои глаза округляются. – Нет, это всего лишь шпильки. Замок тут простейший, – она тихо смеётся. – Где ты этому научилась? – Ты забыла, где я работала? Замок щёлкает, и мы проскальзываем в кабинет. Свет включать нельзя – а вдруг кто-то увидит. Мы включаем фонарики в телефонах. – Где будем искать? – Ты ищи в столе, а я в шкафу посмотрю. Я подхожу к столу и начинаю проверять бумаги – какие-то выписки. Но ничего не понятно. – Что мы ищем, тётя Кара? – Всё, что касается лекарств, Жанна. Всё фотографируй на телефон. Я начинаю щёлкать телефоном, а тётя Кара копошится у шкафа. – Что вы здесь делаете?! – вдруг спрашивает спокойный мужской голос. Я взвизгиваю и роняю телефон.