Глава 16

Василий

Татьяна застывает.

Я чувствую на своих губах ее замершее дыхание, теплое, согревающее, словно лучи весеннего солнца. Весна в этом году не балует теплом, март больше похож на январь. Но сейчас мне тепло, будто эта капризная красотка уже заглянула в гости и навела свои порядки.

Чёрт знает, что меня толкнуло на поцелуй.

Я не из тех, кто опрометчиво заводит романы налево и направо. Тем более, я никогда не спал со своими клиентками.

Это табу.

Если добавить к этому, что я не так уж давно вышел из отношений, которые расшатали меня морально и уничтожили мою карьеру и репутацию, то я должен шарахаться от женщин, как чёрт от ладана.

Максимум, использовать какую-нибудь шлюшку, сняв ее на одну ночь.

Но заводить роман со своей клиенткой, с взрослой женщиной, матерью двух сыновей? Нет, увольте.…

Ничего подобного у меня на уме нет.

Так какого же чёрта я так активно целую Татьяну, замершую без движения?

Ее губы мягкие, теплые и неожиданно отзывчивые. Я немного их лизнул, прикусил и ощутил, как там бьется встревоженный пульс.

К слову, я применил к этому поцелую все свои умения, но женщина стоит, как вкопанная. Ее руки висят плетьми.

Это уже азарт, заставить ее мне ответить так же рьяно!

Чуточку похоже на сумасшествие, словно я подцепил неизвестную лихорадку.

Внезапно Татьяна кусает меня за губу и сильно отталкивает.

Такого я точно не ожидал.

Я забыл, каково это, когда тебя отвергают. Честно говоря, ощущения не из приятных.

Шок. Изумление.

Недоверие.

— Так.… — Татьяна едва дышит. — Так ещё хуже! Ты что задумал? — смотрит на меня с подозрением.

— Ты можешь доверять мне.

— Нет, — качает головой. — Больше никому. Даже родной матери, — говорит с затаенной болью.

Потом она смотрит на часы.

На меня даже не смотрит, но я чувствую, что этим поцелуем я сделал только хуже. Она не доверяет мне.

— Мы опаздываем. Хочу поскорее закончить этот фарс!

Татьяна стремительно выходит первой, оставив меня одного.

Ошарашенного, сбитого с толку, пялящегося на женскую попку сердечком и.… неожиданно сильно возбужденного.

***

Таня

— Танюш, на две секунды.

Вальяжный голос Сашки раздается неожиданно близко от меня. Он цепляет меня под локоть и отводит в сторону.

Перехватывает у дверей зала!

— Я не давала согласия на этот разговор! — отвечаю твердо.

— Не хочу тебя расстраивать, но дело ты уже проиграла, — говорит муженек.

Потом смотрит сверху вниз и обратно.

Глаза сверкнули, дыхание сбилось. Он даже мне в декольте заглянул. Я не могу похвастаться сиськами-мячами, как его девица, но у меня все довольно достойно выглядит!

— В чем дело? — спрашиваю ехидно. — Червячок зашевелился?

— Ты про моего змея, что ли? — фыркает он.

— Не знаю, Саш, какая женщина твой прибор змеем назвал. Но она тебе точно льстит! — вырываю руку из его захвата.

— Что ты ерепенишься, дурная?! — злится он. — Послушала бы…

— Все, что нужно, я уже услышала. «Тебе — карету, а жене — корыто! Тебе, пупсик, шубку за лям с лишним, а сыновья и без обуви обойдутся!»

Он краснеет, поняв, что я все услышала.

— У тебя нет финансовых проблем, признай.

— У меня нет проблем, кроме одной, — багровеет. — Жена не соответствует моему уровню.

— А где ты был, дорогой, восемнадцать лет тому назад? На каком уровне? Бессовестный, тогда ты на меня молился и ноги мне целовал. Помнишь?

Он краснеет и дергает в сторону галстук.

— Я уже другой человек.

— Вот именно, Саш. Другой. Того умного, но немного неуклюжего в быту Сашки больше нет. Мой милый Сашка умер. Пусть земля ему будет пухом, а с нынешним Александром Вадимовичем я никаких дел иметь не желаю!

Вытащив из салфетки сумочку, я протерла руку там, где меня трогал муж.

Не хочу показывать ему свои настоящие эмоции.

Даже если муж перекупил Беляева, и тот феерично продует дело, я не буду плакать на публике.

Они не увидят моих слёз.

***

Когда Беляеву предоставляют слово, Сашка сияет, как начищенный самовар и самозабвенно переписывается с кем-то.

Очевидно, хвастается Пупсику о том, что развод и денежки у него уже в кармане…

— Говорят, хорошее дело браком не назовут, — произносит Беляев неожиданно сильным голосом.

Вроде негромко произнес, но паузы, тембр, глубина…

Ох.

Моё сердце екнуло и провалилось куда-то вниз.

Посмотрев на него, вспоминаю, как жадно он меня целовал.

Он?

Да ну, бред какой-то! Мне от шока привиделось это.

Если и не привиделось, то точно он преследовал какую-то цель, известную лишь ему одному.

Скорее всего, просто хотел сбить меня с толку, но ему это не удалось.

Не верю, что он ко мне воспылал страстью, сам же сказал, что потасканные жизнью женщины его не привлекают. Как-то так он выразился, сноб.

— Брак… Забавно, что у этого слова есть два значения. Первое — это союз двух супругов. Второе — некачественный товар, дефектное изделие. О каком браке мы сейчас будем вести речь? Как о союзе двух супругов, любящих сердец? Или как о дефектном изделии?

Сашка делает губами: «Пфффф…»

Мол, какая глупость, о чем тут вообще идет речь.

Судья тоже не очень доволен.

— Ближе к делу, Василий Григорьевич.

— Давайте посмотрим на брак Александра и Татьяны в самом начале и в его сегодняшней точке…

Беляев выводит на большой экран подборку из фото и коротких видео. Посмотрев на экран, я улыбаюсь: боже, откуда Беляев это нарыл? В моем профиле, конечно! Старые видео я обработала и загружала себе.

Фото с нашей свадьбы, ремонт в первой квартире: я стою с животом и валиком, обмазывая стену, а Сашка читает инструкцию к клею. Как сейчас помню, он нудно спорил, что я клей неправильно развела, утверждал, что обои отвалятся… Потом ещё одно видео: Глеб елозит на животе у Сашки, а я с половником борща.

— Тань, он меня описал! Поменяй ему одежду… — просит Сашка.

Потом ещё и ещё.

Я отмечаю то, что не видела раньше: как много всего Сашка перекладывал на мои плечи. Быт, дети, заботы…

Он всегда весь в расчетах — проверяет, контролирует, командует.

Я как белка в колесе, руки полны хлопот — бегаю, исполняю, довожу до ума.

Чем дальше, тем больше заметно, как становится грузным лицо и тело, каким важным блеском наливаются глаза и как часто он фыркает свысока. На семейных фото и видео он все чаще находится с недовольным видом человека, которого оторвали от важного дела.

— К чему это все? — не выдерживает Сашка, выкрикнув со своего места.

Судья делает ему замечание, но просит моего адвоката быть ближе к делу.

— Последние несколько видео. О том, как сейчас обстоят дела в этом чудесном браке.

Дальше фото и видео моего ржавого форда, мое фото в коротком, и на тот момент, грязном пуховичке и…

Финалочка: несколько фото и виде, где Саша кутит со своим Пупсиком, обсуждает меня без стеснений!

Потом фото и видео, где любовнички милуются полуголые.

Пупсик сняла, как в одном крошечном лифчике она елозит на бедрах Сашки и постанывает, он просит: «Не томи, присядь хорошенько!»

Сашка вскакивает кабанчиком:

— Протестую! В зале несовершеннолетние! Уберите это с экрана, я не давал разрешения! Эти фото… Липа! Украдены!

— Липа или украдены?! — жестко интересуется Беляев.

Сашка захлопывает рот, не зная, как выкрутиться.

— Ваша честь, клиентка Татьяна предоставила меня в личное распоряжение свой телефон. Эти фото и видео были присланные ей любовницей ее супруга. Кстати, там есть видео эротического содержания. С цензом 18+. Прошу секретаря продемонстрировать вам эти видео…

У меня в голове сумбур.

Беляев хочет выиграть мое дело или водит всех за нос?

Казалось, он сначала вообще не был заинтересован, но сейчас… Все как будто изменилось.